Чтобы представить жизнь человека, надо определить его доминанту, которая есть важное, существенное в его жизни; то, что обуславливает его мысли, поступки, творчество. В данной книге осуществлена попытка представить доминанту М.Ю. Лермонтова и его окружения. Итог исследования – необычная трактовка некоторых эпизодов биографии поэта и возникновение новой версии «дуэли». Для читателей, интересующихся жизнью и творчеством М. Ю. Лермонтова.
Диада – неустранимая реальность в существовании человека. Вся жизнь – это диада, движение. Любая реальность является таковой и существует, поскольку установлена в отношении. Диада формирует сознание, «шахматную доску» рациональности, модус самодвижения в существовании. Человек обучился своим логическим и эмотивным модусам из первой диадической связи. Важно понять тот факт, что диада информирует, структурирует не только логические, но и эмотивные модусы.
В книге представлена философская теория об устройстве человеческой психики и общества. Откуда берется агрессия и злоба? Природа культуры насилия в государстве и семье – как она образовывается и как ей противостоять. Показан принципиально новый подход к определению социальной структуры общества. Написано простым и понятным языком.
Новая книга Елены Айзенштейн «Неизвестное о Марине Цветаевой» рассказывает о пьесе «Каменный Ангел», о стихах 30-х годов, о цветаевском восприятии русской иконописи, о культурных символах одежды в ее текстах, о прижизненных книгах Цветаевой. Издание второе, исправленное. Первое цифровое издание — «Воздух над шелком» — опубликовано в 2014 году.
Перечитывать сказки, знакомые с детства, — это всегда необычное ощущение. Иногда мы с удивлением замечаем, что история раза в три короче, чем нам казалось. Порой — к счастью, редко — изумляемся, как эта книга вообще могла нам понравиться. Чаще же всего между строк всплывают новые ассоциации и шутки, а сюжет предстаёт совсем в другом свете. Так сейчас читаются и «Три Толстяка» Юрия Олеши. С одной стороны, становится видна сложная структура истории, через которую рассказчик осторожно помогает...
(настоящая фамилия — Леонтьев) — прозаик, драматург. По образованию — офицер-артиллерист. В 1883 г. вышел в отставку и занялся исключительно литературным трудом. Внучатый племянник скульптора Петра Клодта (автора Аничкова моста в Петербурге, памятников святому Владимиру в Киеве и Крылову в Летнем саду)
(настоящая фамилия — Леонтьев) — прозаик, драматург. По образованию — офицер-артиллерист. В 1883 г. вышел в отставку и занялся исключительно литературным трудом. Внучатый племянник скульптора Петра Клодта (автора Аничкова моста в Петербурге, памятников святому Владимиру в Киеве и Крылову в Летнем саду) Издание представляет собой дорожные впечатления и кабинетные заметки Ивана Щеглова об Александре Сергеевиче Пушкине, сосредоточенные, по преимуществу, на мотивах и подробностях, мало или совсем...
Мало того, что Кржижановский, мало того, что Сигизмунд, так он еще и Доминикович. «Прозёванный гений» русской литературы. Читайте! Завидуйте! И продолжайте читать! Дабы правильно всё понимать и о первых, и о вторых, и о третьих в этой летописи -- Русской литературе.
Мало того, что Кржижановский, мало того, что Сигизмунд, так он еще и Доминикович. «Прозёванный гений» русской литературы. Читайте! Завидуйте! И продолжайте читать! Дабы правильно всё понимать и о первых, и о вторых, и о третьих в этой летописи -- Русской литературе.
Мало того, что Кржижановский, мало того, что Сигизмунд, так он еще и Доминикович. «Прозёванный гений» русской литературы. Читайте! Завидуйте! И продолжайте читать! Дабы правильно всё понимать и о первых, и о вторых, и о третьих в этой летописи — Русской литературе.
Настоящее ФИО: Разумник Васильевич Иванов. Русский критик, мыслитель. Был близок к левым эсерам, активно поддержал Октябрьскую революцию. В 1918 году оказался «левее Ленина», категорически не приняв Брестский мир. В последующие годы неоднократно подвергался арестам. Известен своей редакторской деятельностью: издания Панаева, Белинского, Ап. Григорьева, Салтыкова-Щедрина и других. В 30-е годы подготовил собрание сочинений Александра Блока.
Настоящее ФИО: Разумник Васильевич Иванов. Русский критик, мыслитель. Был близок к левым эсерам, активно поддержал Октябрьскую революцию. В 1918 году оказался «левее Ленина», категорически не приняв Брестский мир. В последующие годы неоднократно подвергался арестам. Известен своей редакторской деятельностью: издания Панаева, Белинского, Ап. Григорьева, Салтыкова-Щедрина и других. В 30-е годы подготовил собрание сочинений Александра Блока.
Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».
В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.
Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».
В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.
Книга израильского писателя Даниэля Клугера рассказывает о происхождении и развитии детективной литературы от античных времен до наших дней. Обширнейшая эрудиция и оригинальность суждений автора вкупе с занимательностью изложения делают «Баскервильскую мистерию» поистине захватывающим чтением — под стать жанру, который она исследует.
Знаменитый поэт, сказочник и ученый Сакариас Топелиус (1818–1898) в истории культуры Финляндии сыграл ту же роль, что и Пушкин в России. В эту книгу вошли избранные сказки Топелиуса, тесно связанные с легендами Скандинавии, финскими и карельскими рунами. На страницах книги вас ожидают встречи с троллями, домовыми и великанами, принцами и принцессами, а также обыкновенными мальчиками и девочками, с которыми происходят настоящие приключения. Настоящее издание выходит при поддержке...
В своей статье, доктор филологических наук Екатерина Зыкова рассказывает об истоках готической литературы и о зрелом и позднем творчестве англо-ирландского писателя Джозефа Шеридана Ле Фаню, которого при жизни ставили в один ряд с Уилки Коллинзом и Эдгаром По.
Великий французский просветитель и редактор «Энциклопедии» Дени Дидро (1713–1784) выступал как художественный критик и написал «Опыт о живописи». Отношение Гете к сочинению Дидро было двойственным. Принимая многие его мысли, немецкий писатель, однако, отвергал те положения Дидро, которые клонились к защите реализма, как его понимал французский просветитель. Критика Гете обусловлена его стремлением защитить и обосновать принципы веймарского классицизма в противовес просветительскому реализму,...
С произведениями выдающегося английского поэта Джорджа Гордона лорда Байрона (1788–1824) Гете впервые познакомился в 1816 году и с тех пор с неизменным вниманием следил за его творчеством и деятельностью. Он считал его «представителем новейшего поэтического времени» и «величайшим талантом века».
Эта статья вряд ли поставит точку в многочисленных спорах об использовании современной музыки в современных церквах. Автор не строит иллюзий по поводу того, что все прочитавшие эту работу станут его единомышленниками. Цель этой статьи — помочь взглянуть на проблему современной музыки со стороны несколько непривычной «официальному отношению ко всякому там року, рэпу и прочей мерзости…»
П.Бегичев, 2005 г.
Книга Э. Г. Бабаева — опыт целостного анализа исторического, нравственного и художественного смысла романа Л. Н. Толстого «Анна Каренина». Исследование сюжета и композиции, характеров, стиля и самого «образа времени» позволяет автору во многом по-новому раскрыть художественное своеобразие русского романа и его значения в «истории души человеческой».
В последнее время в левых кругах большой резонанс получил так называемый русский вопрос, который, как нам представляется, руководством КПРФ трактуется, как современная российская разновидность национального вопроса, обеспечивая, тем самым, выдвижение лозунга национально-освободительной борьбы...
Я старался не врать ни в одном факте, ни в факте жизни, ни в факте творчества, ну а трактовка… да что ж трактовка? Филология — такая странная вещь, что любое высказанное в ней положение может быть заменено на противоположное с той же мерой надежности и достоверности. Как для кого, а для меня лично она убедительна лишь в той степени, в какой сама является литературой. Я ничего не абсолютизирую и заранее приветствую всех оппонентов и не глядя принимаю любые доводы. Но хотел бы отвести лишь одно...