— Я пойду, — вырвала у моего мужа из руки тест брюнетка. Но муж, даже не заметил ее исчезновения. — Теперь ты не можешь отрицать очевидное, Марк. — Маша, это ничего не значит. — А ей ты говорил другое, — вспомнила услышанное. — Не хотел, чтобы она устроила скандал. Она для меня ничто. Пустое место. — Тогда, получается, что пустое место родит тебе ребенка. — Этого не случится, — отрезал он. — Ты моя жена и только ты будешь мне рожать. — Теперь я могу сказать, что этого не случится, Марк....
- Не устраивай истерику на пустом месте. Оступился. С кем не бывает? Какой бы еще мужик не оступился, если бы его жена не могла забеременеть три раза с ЭКО? - Ты еще меня обвиняешь в этом? От меня ничего не зави...Подожди. У нас было четыре ЭКО. Ты, что. - Да, я знаю. И поверь, тебе лучше не знать, как я на тебя зол. Я не буду спрашивать почему ты решила скрыть от меня ребенка. - Да правда, почему? Мы же в разводе из-за твоей беременной любовницы. Все. Уходи, Мирон, - скидываю с плеч его...
Стас выходит из машины, огибает её, открывает дверь и помогает ей выбраться. Ещё бы… Такие шпильки. Полы её плаща разлетаются, и я замечаю округлившийся животик, не успеваю переварить эту ситуацию, как мой Стас всё проясняет и страстно целует свою коллегу. А у меня внутри все обрывается. У нас были прекрасные, доверительные и экологичные отношения, пока мой муж не сел на рейс, потерпевший крушение. Ну, так думала я, пока он сам не позвонил мне из «разбившегося самолета» сообщить, что...
Он сказал мне, что уходит, прямо во время родов. Был рядом все восемь часов, а когда пришла пора сыну появиться на свет, произнёс: - Делаю это, чтобы ты меня никогда не простила. У меня другая и я к ней ухожу. На содержание Арсения буду присылать деньги на карту. Показалось, что боль душевная затмила физические страдания. А Кирилл действительно ушёл. Прямо за полчаса до рождения нашего сына. Миновало три года. Я назло бывшему мужу не стала называть ребёнка так, как хотел Кир. И назло...
- Я не понимаю, что случилось с Вадиком, но сейчас он очень отстранился от меня и нашей старшей дочери. Невысокая рыжеволосая незнакомка положила руку на аккуратный живот и улыбнулась мне во все тридцать два. Веснушчатое лицо ее стало каким-то простецки неприятным. - Он все ждёт, когда ваш сын сделает дарственную на тот дом. Но, наверное, уже не дождётся. Вы не могли бы с ним поговорить? Сказать ему, что раз у вас всё давно кончено, то ему нужно нести ответственность за нашу дочь и будущего...
— Демид, прекрати этот спектакль… Хватит! Я не хочу больше слушать твою ложь!.. Между нами всё кончено!.. Только скажи… Чего тебе не хватало? Ты же говорил, что тебе нужна только я!.. Что с тобой не так?! Муж, в бешенстве, с криком раненого зверя, начинает швырять всё вокруг. Он хватает кресло, бросает его в светящийся логотип нашей компании и тот разбивается на сотни мелких осколков. — Я только тебя хотел. Тебя любил. Тобой дышал… Готов был в лепёшку расшибиться, лишь бы ты была счастлива! А...
"Иначе отчислят" — звучит как приговор.
Мне 19, и я не хочу проходить медкомиссию. Но выбора нет: без медсправки меня выгонят из универа.
Я нахожу частную клинику «доктора Вальтера» и уже через минуту хочу оттуда сбежать.
- Свадьбы не будет! – со спины раздается тяжелый бас, и я вздрагивая оборачиваюсь назад. Свадебный букет от неожиданности падает из моих рук прямо на пол. - Я что-то не помню, чтобы тебя приглашали на церемонию! – мой жених, нахмурив лоб со злостью отвечает мужчине. - Пасть закрой! Я с тобой разговоры вести не буду. С тобой поговорят братья Эммы, которой ты сделал ребенка, шакал! Собравшиеся гости непонимающе смотрят на нас. Сотрудница ЗАГСА недовольно сверлит мужчину глазами. Но тот лишь...
— Немедленно вернись! Ты все еще моя жена! — Ильяс угрожающе схватил меня за плечи и припечатал к стене. — Ни за что, — гордо выдохнула я. — После твоей измены — никогда! — Думаешь, что сможешь без меня? Да ты сейчас даже дышать без меня не сможешь. — Мужчина сомкнул руки на моей шее и чуть сжал. — Ты немедленно вернешься и будешь покорной, услужливой и на все согласной. Поняла меня? — последние слова он выдохнул мне в губы. — Иначе я заставлю тебя сильно пожалеть. Ты принадлежишь только мне....
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность. Подхожу к водительскому окошку, сыночка крохотного к себе прижимаю: — Извините! — пытаюсь перекричать музыку из машины. Красивая брюнетка окидывает меня презрительным взглядом: — Здесь не подают, свали! — Мне не нужны никакие подаяния! — торможу раздражающую даму. — Подвезите в больницу. У ребенка...
Я влюбилась в него так, как обычно засыпают. Сначала медленно, а потом одним махом. Он подарил мне вечность, за считанные дни. Он заставил меня поверить в настоящую любовь. Но я и подумать не могла, что именно от него получу удар в спину.
Придя в закрытый клуб, где проводили аукцион мастеров, я не представляла, что сама буду участвовать в нем. Меня выбрал мистер Секс, обещая, что я буду кричать от удовольствия…
***
Содержит нецензурную брань.
Ее брови принимают свое нормальное положение, а улыбка исчезает. Тана хмурится. – Только не говори мне, что все это имеет какое-то отношение к тому, что твоя мать путалась со всеми мужиками в городе и позволяла им содержать себя. Вот вам и вся радость иметь подругу, которая накачивает вас вином с тем, чтобы вы поделились с ней историей своей жизни. Но сейчас она не совсем права. Причины, по которым я покинула Нью-Йорк, гораздо важнее. – Тана! – Черт возьми, Холли. Я знала, что так...
Я не бегу от обязательств, просто еще не встретила нужного человека... Пока не столкнулась с одним из лучших творений Бога, мужчиной. Вау, детка. Высокий, накаченный, выточенный, словно шедевр Микеланджело Давид – но с более крупным достоинством. С него течет пот – и я наполняюсь будоражащим желанием. Наблюдая за тем, как он рычит, напрягая мышцы, чтобы поднять весь этот вес, мое внутреннее «Я» стонет от фантазий, где он нагибает меня. Быть няней мне не очень-то и хотелось, если честно....
Познакомьтесь с Джейн. Недавно она приехала в Бирмингем, штат Алабама, и теперь выгуливает собак в Торнфилд-Эстейтс – частном районе с блестящими внедорожниками и скучающими домохозяйками. В месте, где никто не заметит, если Джейн заприметит выброшенные безделушки или снимет украшения с туалетных столиков своих обеспеченных клиентов. Где никому не придет в голову спросить, настоящее ли ее имя – Джейн. Удача изменяет ей, когда она встречает овдовевшего Эдди Рочестера, одного из самых загадочных...
— Ты сам все расскажешь или мне помочь? — я заметила как у него дрожат коленки. — Милая, прости меня, — голос у него также дрожал, — ты же меня не бросишь, если узнаешь, что из за меня у тебя не получалось беременеть? Я же не бросил тебя, все это время был рядом, когда мы думали, что это у тебя не получается забеременеть? — он встал на колени передо мной, взял мои руки в свои. Таким грустными глазами сейчас смотрит на меня, как будто слезы застряли в них. — Мы думали? Это ты и твоя родня...
Представьте, что парень и девушка дружат в течение нескольких лет. Ну, как дружат? Девушка безнадежно влюблена, а парню она удобна, поскольку умна и всегда поможет. Представьте, что она ему надоела, и перед своим совершеннолетием он заключил пари на ее невинность с лучшим другом. А теперь попробуйте представить, что будет с девушкой, если ворвавшись в пустующий кабинет, где обсуждают это пари, вместо извинений она получит лишнюю порцию издевок. Не получилось? Тогда читайте.
— Боишься меня? — хриплый голос вибрацией проходит через грудь, горячее дыхание мужчины обжигает губы. — Я не знаю… — неуверенно отвечаю. — Немного… — Я уже говорил тебе, Лера. Страх — это правильное чувство. От понимания того, насколько я беззащитна, меня начинает лихорадить. Он — хищник. Чужак. Человек, которого ещё совсем недавно я не знала и не уверена, что знаю сейчас. — Прошу, не надо, — сиплю еле слышно, нервно сглатывая застрявший в горле комок. — Поздно бояться, девочка, — тяжело...