Цитаты

Это иногда так важно — выплеснуть словами наболевшее, то самое, что свернулось в глубине души язвой и сжирает тебя год за годом изнутри.

Цена доверия. Кн.1. Шаг вперед, два назад

Инна Чеп

Кому какое дело до чужих хочу и нравится, когда речь идёт о политических играх и интересах государства? Двоим приказали заключить брак — и они выполнят волю правителя, как верные поданные. И кому интересно, что брак для этих двух — вещь нежеланная, а будущий супруг/супруга вызывают слишком много вопросов и опасений?

Иные потрясения оказываются настолько мощными, что ломают нас, независимо от того, счастливые они или наоборот.

Дети Ноя

Эрик-Эмманюэль Шмитт

Действие повести «Дети Ноя» происходит во время второй мировой войны. Католический священник в пансионе укрывает от нацистов еврейских детей. Посвящается всем Праведникам Мира.

Надежда - это невидимая, но могучая сила. Не надо её списывать со счетов

Побег от Гудини. Охота на дьявола

Керри Манискалко

Одри Роуз Уодсворт и ее партнер по расследованию преступлений Томас Кресуэлл путешествуют через Атлантику на борту роскошного парохода «Этрурия». Особое развлечение для пассажиров первого класса – труппа цирковых артистов, гадалок и очень харизматичный молодой иллюзионист. Но как с ними связаны шокировавшие всех на борту жестокие убийства знатных молодых девушек? Ясно одно: убийцу необходимо вычислить, пока «Этрурия» не прибыла в порт назначения. * * * Одри Роуз Уодсворт и Томас Кресуэлл...

Без истории люди перестают быть людьми.

— Ты сможешь достать ее! — крикнул Джордж. — Сделай сальто через щупальца или придумай еще что-нибудь!
— Сам крути сальто! Это ты напортачил! Когда научишься правильно бросать вещи?
— Это ты мне говоришь? Сама сначала научись бутылки кидать!
— Мне позволительно, я девушка. И, в конечном итоге, я помогла ему погасить пламя, разве не так?
Ну, в каком-то смысле это было так, конечно. Но только отчасти. Наш лидер пытался влезть назад в окно. Его лицо позеленело, пальто все еще дымилось. На лбу Локвуда появился аккуратный красный кружок — на том месте, куда попала бутылка с водой. Судя по выражению его лица, поблагодарить меня за это Локвуд не спешил.

Шарко осознал, до какой степени неустойчиво равновесие общества. Оно зиждется на песке, и природа, о которой мы слишком часто склонны забывать, может поколебать его в любой момент. В тот день, когда она решит вновь вступить в свои права, когда ей надоест беспечность людей, она обрушит на них такое бедствие, которое сметет человечество в два счета. Земля будет по-прежнему существовать, но без нас. И это не помешает ей вращаться

Пандемия

Франк Тилье

Равновесие – штука хрупкая, минуты спокойствия преходящи. Комиссар Франк Шарко, начиная расследование убийства, даже не подозревал, что речь пойдет ни много ни мало о выживании человечества. А начинается все сравнительно безобидно: в заповеднике на севере Франции находят мертвых лебедей, в Париже несколько человек заболевают гриппом. Однако это не обычный осенний всплеск заболевания, служба биологической безопасности Института Пастера утСПбверждает, что речь идет о совершенно новой, более того,...

Я должна научиться, а это порой значит ошибаться, а потом найти собственное решение.

Не выходи из дома

Сьюзен Льюис

Супруги Джек и Дженна решаются на авантюру – отправляются с детьми в Ирландию, чтобы изменить жизнь. Но переезд, который начался как приключение, вскоре превращается в дурную сказку. Дженну очень тревожит, что Джек странно себя ведет, часто отлучается из дома и непрестанно говорит с кем-то по телефону. Она думает об этом день и ночь и за этими мыслями упускает важное: с ее пятнадцатилетней дочерью Пейдж творится неладное. Рассорившись с приятелями, девочка все больше погружается в себя и однажды...

Впечатления юности пишутся жирным шрифтом на девственно-чистой странице, и запись получается ясной и четкой. А в пожилом возрасте впечатления фиксируются в лучшем случае на палимпсесте , с поверхности которого хоть и соскоблили прежние пометки, но они проступают сквозь пергамент, они никуда не делись.

Там, где билось мое сердце

Себастьян Фолкс

1980-й год. Лондон. Психиатр Роберт Хендрикс получает письмо-приглашение от незнакомца – француза по имени Александр Перейра, живущего на крохотном средиземноморском острове. Перейра, которому за восемьдесят, пишет, что служил вместе с погибшим на войне отцом Роберта и хранит его письма, фотографии и другие документы. У Роберта за плечами собственное военное прошлое. Ветеран еще одной мировой войны – Второй – он участвовал в высадке десанта союзнических войск в Италии, где был ранен и встретил...

Должно быть, мне на роду написано: «Ты влюбишься в женщину, которая не сможет ответить тебе взаимностью, потому что она уже будет влюблена в другого, а значит ты будешь страдать, и так тебе и надо».

Отец. Теперь отец, при жизни звал его я папкой. Как-то бумажно. Теперь вот ёмко.

Оспожинки

Василий Аксенов

Так сложилось, что в эту раннюю осень Иван Васильевич Войсковой приехал к матери в Сретенск, что под сибирской Яланью – то ли просто навестить родное гнездо, то ли отрешиться от городской суеты, то ли по иной причине. Разве поймешь сразу, когда и жаловаться на жизнь вроде не принято, а на вопрос «Как дела?» в ответ слышишь немногословное «Нормально». И вроде обычные деревенские заботы. И река Кемь та же. И Камень никуда не делся. Но что в таежной глуши может связать Сибирь и Сербию? Не только...

После всего, что британцы наворотили за последний год… Предали и продали всех, кто им доверялся. Но всё равно – белые и пушистые, символ демократии, средоточие миролюбия и прогресса. Опостылели, честно говоря. Хоть стелись перед ними, хоть пляши краковяк – только задницу почешут и опять расползутся по своим Гемпширам, Стаффордширам и прочим ширам. Хоббиты хреновы.

На мохнатой спине

Вячеслав Рыбаков

Семейная драма персонажей книги разворачивается на фоне напряжённого политического противостояния СССР и западноевропейских держав, в котором главный герой по долгу службы принимает самое непосредственное участие. Время действия – между заключением Мюнхенского соглашения четырёх западных держав о передаче Судет Гитлеру и вводом советских войск на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии. Что это: историческая реконструкция? политическая фантастика? эротическая драма? актуальная аллюзия...

Буратино сказал:– Пьеро, катись к озеру, принеси воды.Пьеро послушно поплёлся, бормоча стихи и спотыкаясь, по дороге потерял крышку, едва принёс воды на дне чайника.Буратино сказал:– Мальвина, слетай-ка, набери веток для костра.Мальвина с укоризной взглянула на Буратино, пожала плечиком – и принесла несколько сухих стебельков.Буратино сказал:– Вот наказание с этими хорошо воспитанными…Сам принёс воды, сам набрал веток и сосновых шишек, сам развёл у входа в пещеру костёр, такой шумный, что закачались ветви на высокой сосне… Сам сварил какао на воде.– Живо! Садитесь завтракать…

Она во что-то влюблена, может, в меня, может, в саму любовь.

Приятно поговорить с кем-нибудь о всякой чепухе и послушать рассказы о чужой жизни, выслушать чужие мнения и мысли, когда не хочешь обдумывать собственные.

Ничего больше

Анна Тодд

Мы возвращаемся к тем временам, когда Хардин и Тесса были в ссоре. Но даже на расстоянии сила их страсти столь велика, что в их отношения вовлечены все, кто рядом. Лэндон пытается выжить между двух огней: лучшей подругой и сводным братом. А еще, как назло, именно в тот момент, когда он вновь влюбляется, в его жизни появляется бывшая девушка, и она весьма настойчива… Читайте – первая книга из серии о Лэндоне!

– Пойдем, провожу тебя в комнату. Поспишь и все пройдет. Это сейчас кажется, что выхода нет. Он всегда есть. Просто нужно открыть глаза, чтобы его увидеть.

Мальвина Его Темнейшества

Юлия Ханевская

Я не такая, как все. Передвигаюсь с помощью коляски, не говорю, крашу волосы в синий цвет. А еще, сны переносят меня в другие миры, где становлюсь другой: смелой, беззаботной, здоровой. Делаю всё, что душа пожелает. Ведь просыпаясь, уверена – дважды в одну дверь меня не впустят. Но вcё меняется, когда очередное путешествие забрасывает в мир, в котором я уже была. Мир совершенно далекий от волшебной доброй сказки. Мир, где живет мужчина, которому я успела сильно насолить в прошлый свой визит....

... она благодарит доброго Бога, который даровал ей теплое одеяло забвения и маленькую подушку мудрости в придачу, чтобы она хоть в старости обрела, наконец, покой.

Боже, храни мое дитя

Тони Моррисон

«Боже, храни мое дитя» – новый роман нобелевского лауреата, одной из самых известных американских писательниц Тони Моррисон. В центре сюжета тема, которая давно занимает мысли автора, еще со времен знаменитой «Возлюбленной», – Тони Моррисон обращается к проблеме взаимоотношений матери и ребенка, пытаясь ответить на вопросы, волнующие каждого из нас. В своей новой книге она поведает о жестокости матери, которая хочет для дочери лучшего, о грубости окружающих, жаждущих счастливой жизни, и о...

Прошёл уже целый час, а Иван Гермогенович совсем забыл, где он находится и зачем пришёл сюда. Ему казалось, что он сидит у себя в кабинете, склонившись над микроскопом, и перед ним один за другим проходят его старые знакомые.Но что микроскоп?! Разве через стёкла микроскопа увидишь всего паука сразу? Конечно, нет. Микроскоп позволяет рассмотреть только глаз паука или кончик его ноги, или коготок, похожий на гребень, или узел паутины. А тут перед профессором сидел весь паук, огромный, как бык, и можно было сразу разглядеть его восемь глаз, две пары челюстей, восемь ног с коготками-гребнями и вздутое мягкое брюхо.Но больше всего радовало Ивана Гермогеновича то, что паук был живой и охотился.

Необыкновенные приключения Карика и Вали (с иллюстрациями)

Ян Ларри

Брат и сестра Карик и Валя, выпив чудесную жидкость профессора И. Г. Енотова, превращаются в крошечных человечков, таких крошечных, что даже обыкновенная стрекоза кажется им огромным чудовищем. Взгромоздившись на стрекозу, дети отправляются в фантастическое путешествие по реальному миру живой природы. Много опасностей и трудностей подстерегает их на пути, но и массу интересного и необычного узнают путешественники о жизни растений и насекомых.

Мы начинаем понимать, что такое родительство. Это значит однажды оглядеться вокруг и понять, что ты на аттракционе с другим человеком. Ты сидишь с ним в одной кабинке, прочно пристегнутый к креслу, и никогда, никогда не сможешь сойти. Теперь у нас одни чувства на двоих: восторг и паника, замирание сердце и счастье. Никто не сможет понять твоих чувств, кроме того, кто пристёгнут рядом с тобой.

Воин любви. История любви и прощения

Гленнон Дойл Мелтон

Трогательная, блестящая, забавная, шокирующая, разбивающая сердце и вдохновляющая книга «Воин любви» поднимает провокационные вопросы о том, что возможно для человека в браке, семье, в жизни. Эта история настойчиво призывает не останавливаться – мы можем исследовать собственные страхи и комплексы и бороться с ними. Каждый может измениться, стать совершенно новым человеком, с новой любовью, новыми надеждами, новыми силами. Это ошеломляющий и честный взгляд на жизнь удивительной женщины. Но и удар...

С неба на нас смотрела убывающая луна - одна ее щека похудела. А может, луна ее втянула, потому что у неё болел зуб.

Правило 69 для толстой чайки

Дарья Варденбург

Одиночная кругосветка – давняя мечта Якоба Беккера. Ну и что, что ему тринадцать! Смогла же Лаура Деккер в свои шестнадцать. И он сможет, надо только научиться ходить под парусом. Записаться в секцию легко. А вот заниматься… Оказывается яхтсмены не сразу выходят в открытое море, сначала надо запомнить кучу правил. Да ещё постоянно меняются тренеры, попробуй тут научись. А если у тебя к тому же проблемы с общением, или проблемы с устной речью, или то и другое вместе – дело еще усложняется…

Забежавшая вперед Лия вернулась и протянула мне целую пригоршню мелких красных ягод.
– Они не ядовитые! – с жаром уверила меня она. Судя по перемазанному личику, она сама в этом убедилась.
Голодная я проглотила ягоды разом. Они оказались чуть кислые, по вкусу чем-то напоминали костянику.
– Ну или ядовитые, но яд действует не сразу, – весело добавила Лия и поскакала дальше.
Под истеричное хихиканье серебряного паучка я закашлялась.

Культ смерти избранных

Екатерина Флат

Обычная жизнь не задалась с самого начала. Хотелось спокойствия? Получи тотальную опеку. Хотелось настоящих чувств? Пожалуйста, вот тебе неприязнь на грани ненависти. И пусть стихию не вернуть. А того, кто стал дороже всех на свете, тем более. Но скрытое пламя не позволит сдаться так просто! Вот только у последователей культа смерти на тебя свои планы…

Есть те, кто бросает, а есть те, кто заставляет себя бросить. Так же и с друзьями, думаешь, что виноват один, а происмотришься - совсем другой.

История нового имени

Элена Ферранте

Вторая часть завоевавшего всемирную популярность четырехтомного «неаполитанского квартета» продолжает историю Лену Греко и Лилы Черулло. Подруги взрослеют, их жизненные пути неумолимо расходятся. Они по-прежнему стремятся вырваться из убогости и нищеты неаполитанских окраин, но каждая выбирает свою дорогу. Импульсивная Лила становится синьорой Карраччи; богатство и новое имя заставляют ее отречься от той себя, какой она была еще вчера, оставить в прошлом дерзкую талантливую девчонку, подававшую...

Нас больше не существует. Неподвижные контуры этого мира мы оставили земле. И мы вновь обретем жгучее великолепие наших жизней. У нас захватывает дыхание, которое никогда не останавливается. Вход мира вновь закрылся на нас. И мы собираемся отдать все наши силы, чтобы упасть почти мертвыми. Для нас это – удивительное наслаждение.

Любая ведьма приносит счастье. Только одна – своим присутствием, а другая – отсутствием. И лишь от ведьмы зависит, кого и как она захочет осчастливить

Никогда не надо поступаться принципами. И не надо опускаться ниже плинтуса, совершать вынужденные ходы, как в шахматах. Не надо жить вынужденно, хватит хотя бы должностных паллиативов. Жизнь представляет тебе возможность выбирать. И выбирать то, что для тебя органично, что не заставит тебя потом мучиться от стыда за собственное безволие.

Метель

Владимир Сорокин

Что за странный боливийский вирус вызвал эпидемию в русском селе? Откуда взялись в снегу среди полей и лесов хрустальные пирамидки? Кто такие витаминдеры, живущие своей, особой жизнью в домах из самозарождающегося войлока? И чем закончится история одной поездки сельского доктора Гарина, начавшаяся в метель на маленькой станции, где никогда не сыскать лошадей? Все это — новая повесть Владимира Сорокина.

Над старыми местами боев "белых" и "красных" прошел кровавый вал второй мировой войны. Новая русская кровь пролилась на тех же полях, где спят в ожидании Вечного Судьи бывшие враги, белые и красные.

Дроздовцы в огне

Антон Туркул

«„Дроздовцы в огне“ – не воспоминания и не история – это живая книга о живых, боевая правда о том, какими были в огне, какими должны быть и неминуемо будут русские белые солдаты» – так охарактеризовал свой труд генерал-майор А. В. Туркул. На страницах книги автор красочно рисует картины боев и походов знаменитой Дроздовской стрелковой дивизии в годы Гражданской войны, акцентируя внимание читателей на личностях генералов, офицеров и солдат белой армии. Книга рассчитана на самый широкий круг...