Потому что я хочу, чтобы вы знали: даже не используя меч, не имея при себе ничего, кроме того, что вы называете "кривой дорожкой Пути Тьмы", я все равно останусь на недосягаемой высоте, а вы будете смотреть мне в спину.
(Вей У Сянь)
странные сны несут глубокий смысл.
Когда человек чего-то боится, он старается заглушить свой страх наигранным весельем и пытается казаться намного более уверенным, чем это есть на самом деле.
– Тоже верно, – сказал Гарри. – Предлагаю его все – таки отпустить. Кто «за»?
– Я – против, – сказал Бозел.
– Я тоже, – сказал стрелок. – Если мы оставим его здесь, то он окажется у нас сзади. Я не хочу ждать удара в спину.
– Итак, большинством голосов решено тебя отпустить, – сказал Гарри.
Дела имеют свойства накапливаться — не решишь сегодня, завтра все будет гораздо сложней.
Признаться, в жизни мне доводилось драться за многое и со многими. Но чтобы биться с однокурсниками за наставника… Никогда не думала, что фразу «защитить диплом» будет столь буквальной.
Никто не имеет право на счастье за счёт кого-то ещё. Принимая — отдавай, отражая — отражай.
— Ничего. Ничего не сделал. А я имею претензию на то, чтобы мой парень делал. Такая вот я неблагодарная нахалка!
Каким же будет твой следующий шаг, а? Мое сердце?
"...не было у меня еще ухажера, который в итоге не оказался бы редким засранцем. Если красивый, то обязательно бабник. Если богатый, то обязательно жадный. А если умный, то обязательно страшный. Короче, баланса достичь так и не удалось, к сожалению. И неважно, из какого мира мужик, будь он хоть драконом, хоть чертом лысым. Все они из одного теста слеплены!"
собственная совесть самый страшный судья.
Сколько мужа не корми, а на следующий день будто и не ел вовсе.
- А вам я советую уйти! А то я сейчас как выйду, и вы получите диезом по бемолям! Так, что чистенько возьмёте си второй актавы.
Советник неожиданно прервался на полуслове и замер, потрясенно смотря куда-то вниз. Король Максимельян последовал его примеру, опустил глаза... и почему-то напрягся.
Поддавшись общему любопытству, я повернулась набок и заинтересованно вытянула голову.
Что же так сильно могло заинтересовать двух взрослых мужчин на полу женской спальни, если они даже процесс 'перевоспитания принцессы' прервали?
А посмотреть действительно было на что...
Из-под моей кровати торчала... мужская нога!
Красивая такая, изящная и, хочется верить, живая. Потому что перспектива совместно проведенной ночи с трупом под кроватью, вызывала во мне мало восторга.
- Юлий? - свешиваясь с кровати, спросила я у пятки.
В ответ на мои слова, нога дернулась и рванула под защиту свисающего почти до пола края простыни.
Фух! Значит, никто меня в убийстве эльфийского дипломата не обвинит. Пустячок, а приятно.
"
Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он сумел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников.
Очень плохо,если ребёнок постоянно держится за материнский передник,но ещё хуже, если мать оказывается привязанной к слюнявчику своего дитяти.
Взрослые и дееспособн люди все. Каждый принимает решения сам, исходя из своих интересов и потребностей. И сам несёт за них ответственность. Останови машину!
моё сердце не настолько вместительно, чтобы любить то, что утрачено навсегда..
Перелистывать страницы дней дано только, глядя назад. Двигаясь вперед, горизонта не достичь.
Иногда, люди понимают только по-плохому. По-хорошему до них не доходит.
Мне бы насторожиться, еще раз все перечитать, но – жаден, каюсь. Потому что беден.
Аристотель оказался мудрым старым греком, и Роб сам увидел: если содержание книги тебя захватывает, то учение превращается из повинности в удовольствие.
Люди проводят его так, как не провожали никого раньше. Для Хьялмы выстроят великую усыпальницу, и к ней еще долго будут приносить корзины с фруктами, зерном и охапками цветов — как дань памяти. Над гробом воздвигнут скульптуру: вот он, князь, лежащий над своей домовиной. На его лбу — халлегатский венец, в руках — меч, на теле — одежды, и на них камнерезы вытеснят каждый узор. Лицо статуи будет умиротворено и строго, устало опустятся гранитные веки, на которых удастся разглядеть каждую морщинку, появившуюся раньше времени...
«Вот ни фига себе загадочная русская душа: страдалец всегда ей родной, от чего бы ни страдал — а работящий удачливый человек неприятен и неинтересен»
Когда знаешь, чего бояться, оно как-то легче.