Мы имеем дело с сюжетом. А с сюжетом сражаться бесполезно. Сюжет уничтожит всех, кто окажется у него на пути. Сюжет всемогущ. Сюжет властвует безраздельно. Он правит нами, правит Вашингтоном, правит всем. Естественно, ты спросишь: "а что такое сюжет?"
- Сюжет - это определенный набор предположений, в которые верят средства массовой информации, возможно даже сами об этом не догадываясь. Все происходит совсем не так, как если бы журналисты собирались каждое утро и решали, какую ложь выдать сегодня. Нет, это слишком грубо и прямолинейно. Скорее, это комплекс достаточно расплывчатых взглядов на действительность, с которой эти люди никогда не сталкивались, подогнанных таким образом, чтобы подкрепить их идеальные представления о самих себе, о собственной значимости и о том, как надо проживать жизнь. Это способ подвести все под некие шаблоны, в которые они верят, не называя вещи своими именами. Вся наша культура проникнута этим. Например, журналисты знают, что Буш тупица, а Обама святой. Знают, что угроза коммунизма была липовой и выдумали ее правые "ястребы" как рычаг для усиления исполнительной власти. Знают, что у Саддама не было оружия массового поражения, что подготовку к урагану "Катрина" осуществили из рук вон плохо, что пытки подозреваемых никогда не приносят желаемых результатов, а спятивший снайпер Карл Хичкок, ветеран войны во Вьетнаме, убил святых борцов за мир. Чейни дьявол, Байден гений. Мягкая рука — хорошо, твердая — плохо. Прощение — это великолепно, наказание дает обратный эффект, а смертная казнь — грех. Понимаешь, Ник сражается с сюжетом. Ник пошел против сюжета, а сюжет этот подозрительно совпадает с предвзятым мнением средств массовой информации, как это было с выдумками Джейсона Блэра и документами авиации национальной гвардии Дэна Разера. Сюжет — это краеугольный камень журналистской культуры, фундамент их веры, алтарь церкви. Эти люди даже себе не сознаются, что они искренне верующие, потому что на словах презирают любую истинную веру. Однако, твою мать, они без всякого сожаления уничтожат каждого, кто усомниться в их постулатах, а у Ника хватило дерзости сделать это, хоть и неосознанно. Вот почему ведомые Банджаксом и тем, кто сливает ему информацию, должны растоптать Ника. Не представляю, кто или что стоит за всем этим, но ясно одно: все карты у них на руках и, если ты ввяжешься в эту игру, тебя тоже растопчут.
- А почему нельзя просто разрушить сюжет?
- Старлинг, он повсюду. Во всем. Внизу. Вверху. Он в воздухе, в музыке, в мебели, в ДНК, в крови, если у этих козлов есть кровь. Он вечен.
- Я говорю: разрушить.
- А я говорю: ты сама будешь уничтожена.
...
- Значит, вы считаете, что это безнадежно? - Спросила она.
- Старлинг... агент Чендлер... Джин - Джин, тебя так зовут? Послушай, тебе не надо вмешиваться в игры этих стервятников. Они хитрые и безжалостные, они улыбаются и смотрят тебе в глаза, но ради чего-то, что они считают правдой, они без колебаний вырвут из твоей груди сердце и оставят умирать на солнцепеке. Зачем тебе это? У тебя впереди светлое будущее, работа по призванию, а если Нику достанется по шее топором, а потом достанется по шее топором и мне, значит, так было угодно топору. Ты же продолжишь свою карьеру, упечешь за решетку множество плохих ребят и не застрянешь в этом зловонном городе. С Ником все кончено, как это ни печально; боюсь со мной тоже все кончено, и это тоже печально. Ты нам ничем не обязана; ты в долгу перед той глупой дамочкой с повязкой на глазах и весами в руке. Это перед ней ты в долгу, а не перед нами. Я, старый козел, повторяю тебе, маленькой девочке: не лезь в эту грязь. Ничего хорошего не выйдет.
- Если бы найти слабые места... А они должны быть. Столько заносчивой самоуверенности - слабые места есть обязательно. Мы не можем просто...
- Это только погубит тебя. Прислушайся к словам мертвеца: это тебя только погубит.
Стр. 223 "Сейчас, посреди ледяного царства стояло три десятка человек, больше сотни из которых одарённые." ??????? И коза кричала не человеческим голосом.
Должен признаться: твоя идея меня, безусловно, заинтересовала. Возможно, мы сможем вместе еще подумать над нею, когда ты окажешься в Урубаене. Но для этого необходимо еще, чтобы наш правитель позволил нам видеться наедине. Чего, скорее всего, не произойдет. Я думаю, ему удобнее будет держать нас порознь.
Что можно найти в дамской сумке? Такой маленькой, скромненькой, килограммов на пять живого веса и объемом в три-четыре черные дыры?
Теоретически – все.
Расческу, книжку, косметику, ключи, даже картошку, если очень надо, специи, пряности, кучу детских вещей, вязание, вышивку… просто – всё. Говорят, при шитье сумок в них вшивают карман в четвертое измерение, и глядя на горку содержимого, в это начинаешь верить.
Стандарт — это то, что удерживает колебания в пределах определенного, фиксированного общего курса. Все должно делаться в соответствии с формулой. И если это так, оно считается «нормальным».
Вот пример: большинство мужчин предпочитает вставлять временно увеличивающиеся, распухшие части тела в волосатую дыру, которую являет собой женский половой орган; большинство женщин воспринимает это тычковое вторжение восставшей мужской плоти внутрь своих колец восторга как необходимое предварение перемещения мужского семени — краткий выброс спермы, который заставляет их чувствовать себя желанными, приносит детей и, самоочевидно, ведет к появлению собственной машины и дополнительной карточки Visa.
…И эти люди пытаются уверить меня, что я — странный тип…
Я типичная горожанка, достаточно оставить меня возле трех сосен и вскоре можно будет забирать высохший труп.
Если чувства есть - надо создавать семью, и абсолютно пофиг, сколько прошло времени
Я твердо решила быть одновременно хорошенькой и суровой, какой, говорят, была мама. Только потому, что я девушка, интересующаяся мужской работой, не означает, что мне нужно перестать быть похожей на девушку. И кто дает определение этим ролям?
Впервые была столь честна с родителями, но каково же было мое разочарование и возмущение, когда мама сказала, что она никогда не подозревала, что я умею так бесстыдно врать, и, главное, зачем?!
Когда нет права на промах, уступи тому, кто не ошибётся.
Чем больше разум верит в то, что нечто является истиной, тем с большими шансами он сумеет превратить это в истину.
Приводить в порядок собственный дом - тяжёлая работа. За неё не дают ни чинов, ни наград. На ней не сколотишь состояние и не прославишься в веках. Со своими проблемами одна сплошь морока. То ли дело - подглядывать через забор к соседям! Вот т свора у его трона из таких. Им не до России, пропади она пропадом, ведь за забором сербов обижают и болгар...
Смерть, она дождётся, никуда от неё не деться. Потому надо жить и радоваться каждому дню.
Я посмотрел Гвен в глаза... Ее взгляды все дольше задерживались на мне, мои - на ней, в глубинном осознании троглодитами того, что следует держаться вместе, чтобы не замерзнуть, производить потомство, не давать прерваться человеческому роду.
Под шерстяной тканью четко обозначились ее соски. Я превращался в животное.
Он нарисовал замечательный паровоз с вагонами, которые везли буквы — как заголовок. А подзаголовок — «проектная работа» написал прямо на вагонах, как на табличках в настоящих поездах. Было очень красиво.
— Нет, не оценят, — держа кисточку и рассматривая свое творение, сказал муж, — не поймут.
— Ну что ты. Так здорово.
Легли поздно, встали рано. Муж кинулся обводить буквы фломастером.
Сдавать работу отправили няню. Она вернулась расстроенная.
— Светлана Александровна сказала, что все хорошо, только паровоз не нужен. Нужно только название написать и все. Переделать.
Я позвонила мужу. Сказала, что работу зарубили.
— Я так и знал.
— Не расстраивайся.
— Я и не расстраиваюсь. Она хоть объяснила, почему паровоз не нужен?
— Ну, у них свой паровоз.
— А что значит — «оформить»? Что они имеют в виду, когда просят «оформить»?
— Надо, наверное, рамочку нарисовать, — высказала предположение я.
— Я не буду рамочки рисовать. Это же примитивно! — кричал муж в трубку.
Брак, Анна, - это всегда партнерство: что-то отдаешь, что-то получаешь.
В соответствии с "зконами Ману", если женщина изменила мужу с представителем более высокого сословия, она могла быть восстановлена в правах жены после истечения срока наказания; если же она сделала тоже самое с представителем низшего сословия, ее следовало бросить на растерзание собакам.
С этими словами я опять привстала, приподняла подол сорочки и аккуратно Ринариона оседлала. Потом уперлась ладошками в широкую, еще влажную грудь и прошептала патетично
— Ты с этим Хустито поосторожней. Он человек опасный, сам понимаешь. Хуже крыс.
Навалившись на стол, Крысолов свирепо вперялся в него рыжеватыми бегающими зрачками.
— Нет, крысы, они добрые, — говорил он.
Нельзя читать мораль ближнему, если у тебя самого совесть нечиста.
Основа воспитания детей - это развитие в них способности удивляться.
Ночью 18 октября заложникам в «Новоевропейской» приказали собраться с вещами в холле. Большинство решили, что их освободят или переведут в лучшее место. Заложников вывели на улицу и вместе с тринадцатью другими заключенными из Пятигорской тюрьмы повели в здание ЧК. Узникам велели снять верхнюю одежду и связали за спиной руки. Двадцать пять человек отвели на городское кладбище, где их встретил кладбищенский сторож. Пятнадцать человек поставили на краю огромной свежей могилы. Все молчали. Им приказали встать на колени и вытянуть шеи. Палачи достали сабли.
Опыта у палачей не было, и большинство жертв были убиты не сразу. Одним из первых погиб генерал Рузский. Его палач чекист Георгий Атарбеков позднее хвастался, как убивал старого генерала. Атарбеков спросил полуголого старика, стоявшего на коленях, признает ли он наконец великую русскую революцию. Рузский ответил: «Пока что я вижу один грабеж». Атарбеков достал свой черкесский кинжал и вонзил его генералу в горло. После пятого удара мертвый генерал упал в яму. Убийство заняло более часа. Все было тихо, слышны были только звуки клинков, вонзаемых в плоть, и хруст костей. Сцена насилия была столь жуткой, что двое палачей отказались выполнять работу и ждали окончания у ворот кладбища. После убийства первых пятнадцати десять оставшихся заложников были зарублены над второй ямой. Прежде чем уйти с кладбища, солдаты велели сторожу не ложиться спать. Перед рассветом были казнены еще тридцать человек, в том числе одна женщина. На следующую ночь новые узники были зарублены на кладбище. Палачам платили по десять рублей за каждую жертву. Когда кладбищенские сторожа утром 12-го числа пришли присыпать могилы песком, оказалось, что некоторые жертвы еще живы. Из-под груды изуродованных тел слышались стоны.
- Да я не знаю подробностей, - отмахнулась Розали. – Знаю только, что там драки постоянные. Он приходит подратый стабильно раз в месяц. Плохие новости, мать: раз он выпил досуха и выгнал старую каргу, значит, лечить его теперь будешь ты. Поэтому он тебя сюда и поселил, чтобы не делась никуда
"... Слишком многих политиков уничтожили коллеги, а не противники..."
Возьмет человек и уплывет в свое прошлое далеко-далеко, и берега не видно. За стеной прожитых лет его и правда не видно. А стоит нырнуть в память – и промчатся мыслью скорые воспоминания – кажется, вновь все пережил. А на самом деле и пяти минут не прошло…