"С женщиной интересно вести переписку, - говорил Исаак Дизраэли, - когда она не лезет в твою жизнь".
это мне тоже нравилось – что он знает, чего хочет, и хочет меня.
"Когда речь заходит о деньгах, любая размолвка может перерасти в скандал".
Если название города кончается на "честр", значит там у римлян был военный лагерь.
("Честр" - это искаженное латинское слово "castrum", означающее "форт". В Британии достаточно много городов, в названии которых есть суффикс, - Честер, Манчестер, Чичестр, Винчестр и т. д.)
"Снег-это удовольствие. Я высунула язык и поймала им снежинки. Я поймала снег рукой и лизнула его. Я огляделась. Мне по-прежнему было семнадцать лет."
Паскаль:
Я вот когда приеду к себе в съёмную, в Долгопрудный
пройду сразу в ванную и воду включу
и она будет сначала течь чёрная
долго-долго, прям как будто целый год будет чёрная
но на самом деле минут пятнадцать
а потом она будет течь ржавая
а потом она будет течь такая, ну, серенькая
а потом...Янда:
чистая никогда не будет течь
Она особенно не разбиралась и с удовольствием писала стихи о чем угодно, лишь бы это было что-нибудь грустное. Стоило кому-нибудь умереть, будь это мужчина, женщина или ребенок, покойник еще и остыть не успеет, а она уж тут как тут со своими стихами. Она называла их «данью покойному». Соседи говорили, что первым являлся доктор, потом Эммелина, а потом уже гробовщик; один только раз гробовщик опередил Эммелину, и то она задержалась из-за рифмы к фамилии покойного, а звали его Уистлер. От этого удара она так и не могла оправиться, все чахла да чахла и прожила после этого недолго.
Когда твой отец — мудила, который словно сумасшедший, которому доверили расписать стены дурки, взял и разбрызгал свою сперму по всему городу, нужно быть начеку.
Лучше иметь сына, вернувшегося с войны солдатом, но живым, чем сына офицера, "погибшего смертью героя".
Все на свете, даже самое худшее, имеет конец.
Я вот только что сказала это самое брату Фелпсу. Он говорит: «Ну, что вы думаете, сестра Гочкис?» – «Насчет чего это?» – говорю. «Насчет этой мой ножки: как это так ее перепилили?» – говорит. «Что думаю? Не сама же она отвалилась, говорю, кто-нибудь ее да отпилил, говорю. Вот мое мнение, а там думайте, что хотите, говорю, а только мое мнение вот такое, а если кто думает по-другому, и пускай его думает, говорю, вот и все». Говорю сестре Данлеп: «Вот как, говорю…»
...милосердие заключается в том, чтобы помочь вынести боль, но не в том, чтобы принудить кого-то жить, когда в его теле больше нет сил.
Нет ужаснее рабства, — а рабство это самое ужасное в мире, — если человек до мозга костей возмущается насилием над ним, но подчиняется во имя чего-либо сильнее его.
Порой мы принимаем решения и совершаем поступки, которые кажутся нам правильными, но потом, оглядываясь назад, видим, что ошибались. Но некоторые кажутся правильными даже при оценки задним числом.
Чудовище. Чудовище с нежными руками и совершенным телом, с зелеными глазами и нечеловеческим сознанием. Совершенное зло.
Не спрашивай меня ни о чем, и я не солгу
-... Вы приехали на Турнир Самоубийц?
Турнир Самоубийц? Звучало заманчиво.
— Хотите билетик? – предложил торговец. – Отличное место, первый ряд.
— Спасибо, я лучше поучаствую.
Действительно ли мы ушли уже так далеко от того времени со всеми нашими электрическими дорогами и эмпиричесими психологиями? Неужели, действительно, культура (если только существуют культурные ценности) измеряется состоянием науки, которая всегда имеет характер социальный, но не индивидуальный, числом лабораторий и народных библиотек? Является ли культура чем-то внешним по отношению к человеку, не лежит ли она прежде всего в нем самом?
Нет. Он не станет загадывать. Он помнит об опасностях, которые таятся в желаниях, исполненных по взмаху волшебной палочки. Старик загадывает золотой рыбке дворец, а в нагрузку к нему получает злобную старуху. Нет уж, спасибо!
Поставьте себе задачу и выполните ее прямо сегодня. Завтра – и это главное – снова ею займитесь, пока она не успела перерасти в проблему.
И еще одно незыблемое правило – хвали при всех, критикуй наедине.
Всё прекрасное - прекрасно и ужасно одновременно. Уж не знаю, откуда мне это известно, но я уверена, что это так.
Кошки как женщины, они никогда не забывают.
Каждой женщине необходима изюминка — то, что притягивает взгляды, делает ее центром внимания.
Нет, нужно настоящее дело, в котором можно испытать себя и в конце концов понять, на что ты способен. Каждый должен понять это для себя.