Не человек диктует условия короне, а она подчиняет его себе. Власть ревнива, ей не нужны конкуренты. Есть только она и человек, который ей обладает, все остальные - лишние.
Своя рубашка, а не чужая к телу липнет.
Мне кажется, ничто так не характеризует человека, как его видение жизни, тот образ - будь то дорога, поле, растущее дерево или бурный океан, - с которым связывается в его сознании понятие жизни.
Швейцарцы счастливы, потому что они предпринимают максимум усилий, чтобы не вызывать зависть у окружающих. Они инстинктивно знают, что зависть – главный враг счастья, и будут делать все, чтобы ее избежать. – У нас говорят, – объясняет Дитер, – не светите на себя прожектором слишком ярко, вы можете получить пулю.
Я всегда считала любовь самой летучей субстанцией во вселенной. Она извергается, вспыхивает, а затем испаряется без следа…
Думаю, я начинаю понимать природу единения двух сердец.
Они не напирают друг на друга, как больные растения на подпорки.
Не душат, как лианы, туго оплетающие свои опоры.
Два любящих сердца - это два дерева: два самостоятельных организма с отдельными корневыми системами, со своей структурой расположения веток. Их листья по-своему впитывают солнечный свет, по-своему дышат. Два дерева объединенных тем, что между ними висит: гамак, или гобелен, или качели - что-то третье, прекрасное, без которого оба зачахнут.
Сердца соединяются, как ладони.
Не по необходимости.
По собственному желанию.
Наблюдать - всё равно что фотографировать природу: нельзя вмешиваться в жизнь ее диких обитателей.
Я заметил, в самоубийство Есенина не верят в основном люди непьющие.
Похоже, пьющие знают чуть больше о жизни.
Вот это и есть моя работа. Я не принадлежу к числу фотографов, которые пытаются выстраивать новые образы. Я не стремлюсь поразить зрителя или внушить ему сильные эмоции. Я также не отношу себя к мастерам документалистики и не претендую на создание объективных свидетельств нынешнего состояния мира. Я хочу уловить краткий миг ожидания между тем, чего уже нет, и тем, чего еще нет, - запечатлеть неопределенность.
Если сам видишь, что не получается, значит, не все потеряно.
Я
узнал, что у наркозависимых есть веская причина, из-за которой они употребляют. Это
может быть их отец или дядя, который насиловал их в детстве, а может, само детство
было ужасным. Алкоголики и наркоманы – люди с травмированной психикой, а
выпивка и наркотики заглушают их боль.
Моя травма заключалась в том, что я был заброшенным ребенком. Моя мать забросила
меня в детстве. Она не защищала меня, когда я нуждался в защите. Моя подруга Ким
разошлась со мной в начальной школе без видимой причины. Моя подруга Кори
перевелась в другую среднюю школу. Еще одна девочка из школы – Джейми –
поругалась со мной и уехала. Клаудия бросила меня. Анна бросила меня. И Дженнифер,
моя последняя подруга и созависимая, сдержала ли она свое обещание? Ведь она
обещала, что мы никогда не расстанемся. Я давно ничего не слышал о ней.
Я поясню это: эти создания тогда только вторгаются в душу нашу и прирастают к нашему сердцу, когда мы, родив их, следим за ними с детства, не разлучаясь, с первой улыбки их, и затем продолжаем родниться взаимно душою каждый день, каждый час в продолжение всей жизни нашей. Вот это семья, вот это святыня! Семья ведь тоже созидается, а не дается готовою, и никаких прав и никаких обязанностей не дается тут готовыми, а все они сами собою, одно из другого вытекают. Тогда только это и крепко, тогда только это и свято. Созидается же семья неустанным трудом любви.
где бы найти переводчика с женского? хотя бы на полдня?
Нельзя осуждать человека пока не поставишь себя на его место.
...насилию предшествует некий инкубационный период. Убийца еще не знает, что хочет убивать. Он подпитывает экстремальным сексом зверя, которого носит внутри, и тем самым постепенно опускается в самые дальние тайники своей природы.
Хочешь победить - меняй настрой. Нельзя заранее настраиваться на проигрыш, главное - воля к победе, а с ней и шансы появятся.
Но душевные страдания прекрасны. Они приносят боль, ты словно в гору взбираешься, пытаясь вернуться к здравому смыслу, становясь в процессе сильнее, яростнее и увереннее, чем прежде.
Плохому танцору и ноги мешают, плохому врачу – пациенты …
- М-да… - с тяжелым вздохом Антон Петрович отложил журнал и снял пенсне. – Печально я гляжу на наше литературное поколенье. Грядущее его иль пусто, или темно. А настоящее ужасно.
- Вы так полагаете? – спросил Роман.
Антон Петрович махнул рукой:
- Безыдейность, безнравственность, бесталанность – вот три Б, на которых покоится нынешняя русская литература.
- Дядюшка, вы слишком обобщаете, - откликнулся Роман после небольшой паузы. – Хорошие писатели есть.
- Не отрицаю, друг мой, не отрицаю. Но общее состояние плачевно. Упадок, упадок и разложение. И это – русская литература, литература Пушкина, Тургенева, Толстого! Литература, на которую равнялась Европа. Печально, печально…
-Мы проснулись , госпожа! хором произнесли они. - И готовы служить тебе!
-Дожила, - пробормотала я под нос. - Кто-то до чертей допивается, а я доплакалась до драконов.
— Предлагаю сделку, — с нажимом, чётко по слогам повторила я.
— Ты не в том положении, чтобы это делать.
— А в каком я положении? — Моя интонация получилась далеко не такой беззаботной, как у него. Это вообще трудно — вести с кем-то серьёзный разговор, сидя под скатертью в подпрыгивающей и надсадно скрипящей телеге.
— В очень интересном.
— Здравствуйте, приехали! Я на лавке одна спала!
Смерть - это боль, от которой мы можем вылечиться. А незнание - рана, которая никогда не заживает.
Выполняя обещание, я позвала сотского, и мы не торопясь двинулись в сторону парка. Вареньке было явно тяжелее скакать на костылях по тропинке, чем по гладкому полу дома, но она не жаловалась. Только когда мы вышли к пруду, попросила
Со зла зачем-то нашипела на Люция и Вальта, что они совсем своего товарища не защищали. И вообще непонятно, как и чему учатся у таких «замечательных» деканов. Парни, надо отдать им должное, мои нападки выдержали стоически, хотя рыжий и пытался мимикой продемонстрировать, что о моих высказываниях думает.
Первые дни в корпорации пролетели для меня как один миг. Я много общалась, много знакомилась с новыми людьми. Атмосфера отдела творцов отличалась меньшей субординацией и большей душевностью