Если у тебя есть выбор смеяться или плакать, лучше смеяться.
Мы гонимся за планами руководства, за премиями, повышениями и назначениями. Мимо нас проносятся наши молодые годы, старость родителей, юность наших детей. Остановиться даже на день в этой гонке для многих означает – безнадежно отстать от других, и день за днем люди продолжают бежать этот бесконечный марафон.
– Жаловался?! На меня?! – возмущенно ахнула Рита. Тут же с криком: «Вадимчик, лови!» швырнула из окна горшок с геранью.
От Будды до Шопенгауера, существует продолжительная философская традиция, позиционирующая, причём обоснованно, что жизнь не стоит того, чтобы жить. Я не буду здесь повторять аргументы пессимистов, но позвольте мне указать на тот факт, что для нового взгляда на физическую вселенную и эволюцию сознания характерен образ распространяющегося океана страдания и растерянности там, где раньше их не было. Также становится очевидно, что психологическая эволюция никогда не оптимизировала нас для непреходящего счастья; напротив, она поставила нас на гедонистическую беговую дорожку. Мы вынуждены искать удовольствие и радость для того, чтобы избежать боли и депрессии. Гедонистическая беговая дорожка это мотор, изобретенный природой для того, чтобы заставлять организм продолжать бег. Мы можем распознать эту структуру в нас самих, но мы никогда не будем способны убежать от неё. Мы и есть эта структура.
Давай мы теперь будем всякое говно бояться и ходить только там, где оно не валяется.
В одиночестве ничтожный человек чувствует свою ничтожность, великий ум - свое величие, словом, каждый видит в себе то, что он есть на самом деле.
Нам кажется, что одним из самых глубоких различий между русскими и американцами является отношение к своим правительствам. Русских учат, воспитывают и поощряют в том, чтобы они верили, что их правительство хорошее, что оно во всём безупречно, что их обязанность ― помогать ему двигаться вперёд и поддерживать во всех отношениях.
В отличие от них американцы и британцы остро чувствуют, что любое правительство в какой-то мере опасно, что правительство должно играть в обществе как можно меньшую роль и что любое усиление власти правительства ― плохо, что за существующим правительством надо постоянно следить, следить и критиковать, чтобы оно всегда было деятельным и решительным.
В это трудно поверить, но врачи викторианской эпохи практиковали женскую гинекологию и урологию без осмотра. Даже катетер вставляли вслепую - руки врача орудуют по простыней , а взгляд благопристойно устремлен в сторону. К счастью, обладателям степени доктора медицины разрешалось рассматривать гениталии трупов и тренироваться на них - так врачи учились профессии "по Брайлю".
Мой дядя Филипп, это тот, что живет во Франции с тетей Таней, учит русский язык... ...И написал на открытке: "Мои дела - кака бычна".
Оказывается, когда попадаешь в такую ситуацию очень сложно принять правильное решение. Перечеркнуть все что было или продолжать бороться. Отказаться от человека, который столько лет был центром Вселенной, или все же закрыть на все глаза и жить дальше.
Поистине надо быть калекой, гнилушкой, надо иметь дырявую голову, чтобы отказываться от работы в наше время, когда предоставляется поле для широчайшей деятельности, когда весь мир устремлен к будущему. И он поднял на смех всех отчаявшихся, пресытившихся, всех нытиков, всех заболевших от достижений науки, всех, кто на грандиозной современной стройке принимает хнычущий вид поэта или жеманную позу скептика. Какое восхитительное, уместное и разумное занятие — зевать от скуки, когда другие заняты творческим трудом!
Немногим удавалось пересечь границы Ночного двора и вернуться, чтоб рассказать об увиденном. Никто не знал наверняка, что таится на севере Притиана. Горы, тьма, звезды и смерть.(c) перевод katerinakondrenko
– Тебе ещё что-нибудь нужно, а то я пойду повеселю твою мамочку? Она очень требовательная, ну, ты понимаешь, в сексуальном смысле.
– Ты сам виноват – зачем тебе нужно было её выкапывать? Надо было оставить там, где мы её похоронили.
- Я скорее умру, чем предам его доверие.
- Большое дело, ты ведь и так уже мертвый, - заметил Рон.
- Ты всегда тактичен, как затупившийся топор, - оскорбился Почти Безголовый Ник.
Комната без книг - как тело без души. Цицерон
– Это твой лучший друг, – объяснял дядя, поглаживая приклад. – Это вообще лучшее, что создал человек. Разумное существо от неразумного отличается тем, что умеет стрелять. И стреляет метко. Понимаешь? Что бы там тебе ни говорили в школе, а наш мир держится не на музыке или там твоих книжках, а на порохе. Это хорошо, сиди читай своего Пушкина, но, когда к тебе в дом придёт беда, ты вспомнишь не о книгах – о ружье. И порадуешься, что в тихое время не забывал за ним ухаживать.
«Кожа создана для ран».
Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной? А вот и неправда ваша! Бывает - если женщине ничего от мужчины не нужно!
-Диспатер - что это?
-Это место, где заперты тени. Плохие тени. Тени - убийцы. Тени - воры. Тени, несущие зло.
В нищете время тянется медленно. И нищета - она как лавина. Один маленький промах-камешек вываливается, ударяется о другой, сбивает с места ещё несколько, и все скользит, катится прочь.
...интеллект человека, каким бы развитым он ни был, чрезвычайно ограничен. Он поражается чудесам и страшится цельного восприятия Вселенной. И все же, несмотря на ограниченность, человеческий разум дает ощущение безопасности, тепла, уюта.
– Подумать только, как ужасно может вести себя человек, – с удивлением сказала Энн, перестав всхлипывать. – Человек, который так чудесно пишет и, казалось бы, если судить по его книгам, так уверен в себе…
– Книга – это одно, а человек, который ее пишет, – другое. Чаще всего книга – это маска, а не портрет автора.
Для кого-то эта ночь, ночь после выпускного бала, была лирической, таинственной, мечтательной. <...> Кто-то кого-то провожал и целовался в кустах отцветающей городской сирени. Наши трудяги учителя давно спали в своих кроватках с чувством исполненного долга.
А я боролась за себя, за свою честь, любовь, жизнь. Я теряла всё в эту выпускную ночь: надежды, радость, гордость, силу, Чёрта.
Основная трудность попыток шпионить за кем-то состоит в том, что ты не можешь ни на мгновение расслабиться. Стоит чуть отвернуться в сторону, и ты упустишь свой единственный шанс.
Мы все постоянно умираем, потому что вообще-то начинаем делать это уже при рождении.