Вся беда оказалась в том, что личные едовые качества Пончика заключались в его чрезвычайной едовой недисциплинированности.
Большинство людей любят думать, что они правы.
прошлое вечно тянется за нами следом. И каково бы ни было это прошлое, сражаться с ним бессмысленно. Оно живет в вашей душе и возникает из самых потаенных ее уголков, когда ему самому того захочется, и, куда бы вы ни пошли, ваше прошлое последует за вами туда же.
– Ты не забыл.
– Конечно. Что мне нравится в днях рождения, так это то, что они остаются на месте. Из года в год, на одном и том же листе календаря.
– Зато годы летят все быстрее, заметил?...После ухода он вдруг поймал себя на том, что снова блуждает по улицам, хотя уже знает дорогу к станции метро. Холодный дождь, блестящий от влаги асфальт, шуршание автомобильных шин. И мысли об огромной пропасти лет между восемнадцатью и пятьюдесятью.
Каждый человек в своей жизни рано или поздно сталкивается с подобной ситуацией, когда мир вокруг, словно в кино, на миг останавливается. Исчезают звуки и запахи, прекращается любое движение, а мысли превращаются в сплошной комок и ты забываешь делать элементарные вещи как дышать. Когда я повернулась, чтобы поблагодарить своего спасителя, то ощутила, как внутри что-то перевернулось и изменилось... навсегда...
Если вы боитесь кого-то потерять — потеряйте уже и не бойтесь
В эти первые, бесконечно долгие моменты, глядя на выбегающих из леса детей, обнимавших друг друга, на роскошную тропическую растительность, я вдруг ощутил, как мною завладевает первобытная красота, человеческая и природная.
Чем больше мы твердим себе, что всегда должны быть счастливы, что счастье – самоцель, тем хуже все становится.
– У меня что, на лбу написано, что я идиотка, Брайант?! – кипела она. – Почему люди считают, что могут врать нам без зазрения совести и это сойдет им с рук? Почему они не могут рассказать всё и сразу?..
Сержант молчал.
– Ему что, не пришло в голову, что мы будем копать, то есть делать свою обычную работу?
Брайант продолжал молчать.
Еще бы решить с пансионом. Вот на кого его оставить, как не на себя?
Ромка Сапог с самого детства любил убивать: кузнечикам отрезал головы, кошек вешал, собакам вспарывал животы. Мать нарадоваться не могла: – На скотобойне именно такие нужны. А платят там хорошо.
Детишки все еще очень маленькие, а я уже тогда на их фоне выделялась ростом и имела возможность залезть на стол. Разумеется, я этой возможностью и воспользовалась. Получилась картинка маслом: все дети собрались вокруг и плачут. Им же завидно! А я, счастливая, довольная и гордая, лежу на этом столе, сучу ножками и балдею. Год мне был тогда примерно, не больше.
Внимательно рассматривать каждый предмет - это и есть способ выработать в себе писателя.
Одно дело — допустить пару ошибок в личной жизни, и совсем другое — стать жертвой самой настоящей зависимости от отношений.
Расслабься, милая. Да вот так. Боже какая ты узкая. Как хорошо. Тебе нравиться? — Он вклинивался, постепенно входя на всю длину. — Я вошел!
Смелость-это полная уверенность в себе и тотальное доверие к пространству или, если хотите, ко Вселенной.
И я подумал: лед - это просто вода, значит,, и в нем тоже должны быть радуги. Когда вода замерзает, радуги остаются запертыми внутри, как рыба а мелком пруду, вмерзшая в лёд. А солнечный свет выпускает радуги на волю.
Может, не стоит писать: "Жизнь до - жизнь после"?
Легкое отвращение перед будущим, что зовется тревогой.
Когда-то Люк вызывал у меня бабочек в животе. Ной порождал птеродактилей-мутантов.
- Давай полежим, - сказала Эш.
- Только что лежали, - ответил Джона.
- Знаю, но тут мы еще не лежали. Я хочу опробовать с тобой каждую кушетку и каждую кровать.
- В мире? - спросил он.
- Ну, со временем. Но начать можем с этой.
Каждый заслуживает свою историю. Бурную, страстную, смешную, трогательную и временами переживательную, а главное, неповторимую.
— В твоем возрасте, — проговорил он, — я полагал, что смогу перекроить мир заново. Я верил, что миру нужно одно: честность и доброта. Я верил, что если обходиться с людьми по-доброму, если дать им мир и справедливость, они ответят благодарностью. Я думал, что смогу уничтожить зло добром. — Артур помолчал. — Наверное, я принимал людей за собак, — удрученно продолжил он. — Дескать, если дарить их любовью, они сделаются мягки и кротки, да только люди не собаки, Гвидр, они — волки
"Раб зарплаты не имеет права думать." (с)
А не обязательно выставлять напоказ все, что знаешь... людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их.