"Каждый подросток, имеющий физический изъян, мнит себя тайно избранным"
Картер даже не пытался объяснить им, что добро и зло, красота и уродство - узоры бесконечного орнамента и приобретают смысл лишь в связи с ним.
Из дневника Фандорина.
"У моего народа есть две идиомы, которые я ненавижу, потому что они отражают самые скверные черты русского национального характера. В них причина всех наших бед, и пока мы как нация не избавимся от этих присказок, мы не сможем существовать достойно.
Первая отвратительная фраза, столь часто у нас употребляемая и не имеющая точного аналога ни в одном из известных мне языков: "Сойдет и так". Её употребляет крестьянин, когда подпирает подкосившийся забор палкой; ее говорит женщина, делая дома уборку; ее произносит генерал, готовя армию войне; ею руководствуется депутат, торопящийся принять непродуманный закон. Поэтому всё у нас тяп-ляп, на авось и "на живую нитку", как будто мы обитаем в своей стране временно и не обязаны думать о тех, кто будет после нас.
Вторая поговорка, от которой меня с души воротит, тоже плохо поддается переводу. "Полюбите меня черненьким, а беленьким меня кто угодно полюбит", любит повторять русский человек, находя в этой максиме оправдание и расхлябанности, и этической нечистоплотности, и хамству, и воровству. У нас считается, что прикидываться приличным человеком хуже и стыднее, чем откровенно демонстрировать свое природное скотство. Русский хороший человек непременно "режет правду-матку", легко переходит на "ты", приятного собеседника с хрустом заключает в объятия и троекратно лыбзает, а неприятному "чистит морду". Русский плохой человек говорит: "все одним миром мазаны", "Всем кушать надо", "Все по земле ходим" или шипит: "Чистеньким быть хочешь?" А ведь вся цивилизация, собственно, в том и заключается, что человечество хочет быть "чистеньким", постепенно обучается подавлять в себе "черненькое" и демонстрировать муру "беленькое". Поменьше бы нам достоевско-розановского, побольше бы чеховского".
Ты можешь продолжать слушать новости, а новости - всегда плохие, даже когда их пытаются подать как хорошие. Или же ты можешь сконцентрироваться и постараться услышать нечто совершенно иное.
Мой папаша когда-то учил меня, когда подарил мне первое мое ружье: даже не наводи его ни на что, если не хочешь стрелять. Я принял совет к сведению и никогда не целился ни по какой добыче, если не был готов убить ее.
-Зачем терять время?
- Ты не теряешь время, ты, напротив, выигрываешь его. Чтобы поспать, подумать о своих и сказать себе, что существует жизнь и помимо работы. Кажется, так просто, да? Только ведь ты осознаешь это, когда у тебя уже не остается ничего, кроме старых фотографий.
как бы ни был страшен реальный мир, это единственное место, где можно найти истинное счастье.
Кристиану Диору тоже завидовали. Его называли "нормандским джентльменом". При необходимости он мог работать и в Лондоне, но больше всего он любил свой скромный дом в Фонтенбло, где он выращивал фруктовые деревья, делал клубничный ликер и гулял в лесу среди своих любимых ландышей.
- Как ты на этой неделе, пап?
- Все еще нахожусь по правильную сторону от травы. Думаю, это все, что имеет значение...
Всё, что мы сделали только для себя, умирает вместе с нами. Всё, что мы сделали для других и мира, остается навечно.
(с) Альберт Пайк
Первой жертвой войны всегда становится истина.
Нет ничего более губительного для детского сознания, чем потеря надежды.
Никогда не предугадаешь, за какую соломинку ухватится тонущий разум.
Когда убивает женщина, страшно вдвойне. Это идет вразрез со всеми представлениями о том, какой должна быть женщина. Как только речь заходит о женщине-убийце, приходится добавлять, что она действовала с особой жестокостью. Или в состоянии полного безумия. Эти оговорки нужны, чтобы совсем не потерять веру в человечество. К мужчинам таких высоких требований не предъявляют.
Нет, люди все-таки не боги.
"- Хорошо ли спалось вашей милости? – осведомился голос.
Жаворонок обернулся. Лларимар, его верховный жрец, – высокий, тучный мужчина в очках, со спокойными манерами. Его кисти почти полностью скрывались в широких рукавах красно-золоченой рясы, и он держал толстый фолиант. И ряса, и книга ярко вспыхнули, как только вторглись в ауру Жаворонка.
– Я спал великолепно, Шныра, – зевнул Жаворонок. – Сплошные кошмары и смутные грезы – все как обычно. Замечательно отдохнул.
– «Шныра»? – вскинул брови первосвященник.
– Да, – подтвердил Жаворонок. – Я решил дать тебе новую кличку. Шныра. По-моему, подходящая: вечно шныряешь вокруг, суешься во все подряд.
– Почту за честь, ваша милость, – ответил Лларимар, присаживаясь на стул.
«Во имя цвета – да можно ли его разозлить?» – подумал Жаворонок." (с)
We teach our kids the importance of good dental care, proper nutrition, and financial responsibility. How many of us teach our children to monitor their own brain health, or know how to do it ourselves?
Вся наша жизнь — это война и любовь.
В фешенебельном бакалейном магазине Дрегерс, в городе Менло-Парк, штат Калифорния, Айенгар установила дегустационную кабинку с джемами. В одни дни в кабинке было представлено шесть сортов джема, в другие – двадцать шесть. Маркетинг учит нас, что чем шире выбор у потребителя, тем больше шансов, что он что-нибудь купит, потому что при широком выборе наверняка найдет товар, полностью соответствующий его запросам. Однако Айенгар эмпирическим путем установила совершенно другую истину. Из тех, кто заглянул в кабинку, когда было выставлено шесть сортов джема, 30 % покупателей купили джем; когда было выставлено двадцать шесть сортов джема, сделали покупку только 3 %.
любовь слепа и человек от нее глупеет
Чем более уверенно дается обещание платежа, тем выше шанс его нарушения.
Если у тебя есть порядок, ты не нуждаешься в богах. Когда все упорядоченно и послушно правилам, можно не бояться неожиданностей. Если ты понимаешь все, магия ни к чему. Только когда ты растерян и напуган, ты взываешь к богам, а они любят, чтобы к ним взывали. Тогда они чувствуют свою силу и потому-то хотят, чтобы мы жили в хаосе.
Жизнь подобно поезду несётся по кем-то проложенному маршруту, но для этого он и приходит в движение... и не счесть разных дорог, но каждому отведена лишь какая-то одна...
Не прими в укор, Семён Ульяныч, но ведь ты исполненья своих дел жаждешь по гордыне. А гордыня — плохой советчик. Вон иконописцы древности — они перед работой постились, молились и каялись во грехах, сам Андрей Рублёв в исихазм погрузился. По укрощению страстей мастера бог его к свершениям и подводит.
— То есть, по-твоему, очень умно идти против большинства?
— По-моему, когда вопрос спорный и есть сомнение в правоте любой из сторон, правильнее встать на сторону слабейшего из противников… Пожалуйста, передай мне соль.