Каждый молодой послушник, впервые услышав эту историю, больше переживал не за судьбу воина, а гадал, что лучше: цедить молоко из пышной груди женщины-кошки или быть ее мужем и слушать в ночи ненасытные стоны.
— Фасад, — бормотал он в упоении, — фасад важнее всего. Фасад — козырь в любой игре. Чего им только не подсунешь — мужчинам, женщинам и детям — фальшивки, пузырьки с соленой водой, чего им только не подсунешь, прикрывшись солидным фасадом!
По Фрейду, и скорбь, и меланхолия связаны с утратой. Но если скорбь-это медленное болезненное удаление либидо от утраченного объекта, то в случае с меланхолией либидо остаётся привязано к тому, что было утрачено.
... как же скучны сценарии передач на фоне дебатов в нашей учительской и как хорошо, что у меня нет телевизора. А ещё запомнились слова старенькой уборщицы:
— Корову бы ей, али две… Не до глупостев было бы.
– Повторяю еще раз, все помнят легенду?
– Слышь, пакетик, не шурши. Возьми расческу и чеши! – продекламировала я, продолжая шагать.
– Что? – От удивления Дарий даже споткнулся.
– Вперед чеши, говорю! Сам сказал, что до девяти мы должны уже быть на месте!
В отношении гигиены коты - как люди: уважать уважают, но особенно не усердствуют. Дескать, чего не видно, за то не стыдно.
Важно не столько соблюдать чистоту, сколько высказывать старание - например, скрести когтями линолеум, делая вид, будто закапываешь то, что лежит в ящике с песком.
Да и то сказать, хороша гигиена - умываться слюнями!
«Сука! — Выплюнул вампир. — Звучит как комплимент! — Ответила я,
Что бы женщина ни сделала с тобой, изменила, охладела, поступила, как говорят в стихах, коварно, – вини природу, предавайся, пожалуй, по этому случаю философским размышлениям, брани мир, жизнь, что хочешь, но никогда не посягай на личность женщины ни словом, ни делом. Оружие против женщины – снисхождение, наконец, самое жестокое – забвение! только это и позволяется порядочному человеку.
Казалось, он был в ярости на то, что его заставили прийти в этот мир.
Двоим не нужен третий, пусть даже друг. Двоим нужен собственный мир, предназначенный для нее и для него.
Food and sleep. Two of my favorite things.
Наиболее удобна звуковая регуляция психики, при которой словесные внушения в закодированной форме
выносятся на любой носитель звуковой информации (в музыку, речь или шум). Мозг принимает внушение и
оказывает корректирующее действие на подсознательном уровне.
Психорегуляция обычно применяется при нервных расстройствах, пороках сердца, для купирования болевого синдрома при раке.
Однако, если использовать данный метод в корыстных целях, то он станет действительно страшным оружием. С его
помощью можно вызвать страх, агрессию, гнев, наконец, уничтожить в человеке саму личность.
Если сместить зло с занятого места, высок риск, что туда придет другое зло, которое причинит еще больше бед. Ни одно и ни два государства проходили через подобное.
Да и возможен ли настоящий кайф в сорок лет? Любое, даже самое приятное ощущение сразу отравляется гноем прошлых проблем, гадостей, обломов.
Рука вместо этого сама вывела: "Сегодня не могу. Работаю над твоими внуками. Просьба не мешать."
- Как дела твои?
- Учусь, - пожала она плечами. - Ты реально был во всем прав. Видала я девчонок, которые пытаются утром учиться, а вечером блины печь. Хреново учеба идет.
- Молодец, - похвалил Вадим. - Верю в тебя.
- Да, мой крестный папочка, - позволила она себе шпильку.
- ...А вот с восточными славянами сложнее. Вы же в Украину, да?
Я молча кивнул, сделав неопределённый жест, - с наполненным ртом особо не поговоришь.
- Будет весело, - задумчиво сказал Биргир. - Они все... скажем так, эмоциональнее нас. А в гостях вас будут обязательно кормить. При этом никто не поинтересуется, голодны ли вы. Это тоже... такой обычай.
- Какая прелесть, - пробормотал я, - мой младший брат это однозначно оценил бы.
- О да, - хмыкнул Биргир, - у меня тоже есть пара-тройка родственников, которые были бы от этого в восторге. А вообще - очень приятные люди.
- Родственники? - ляпнул я, покосившись на него.
Биргир рассмеялся.
- Родственники - временами, а вот славяне - вроде бы постоянно. Во всяком случае, все те, с кем мне приходилось пересекаться.
– Вот правду люди говорят: не встречайтесь с первой любовью, пусть она останется такой, какой ее запомнили...
"Я-то думал, убьешь человека, и на этом точка,- сказал он себе.- Не тут-то было. Теперь только оно и началось".
- На будущее... Шаира, исчезать во время поцелуя - дурной тон, - наставительно произнес этот поганец, явно издеваясь. - А то тебя могут захотеть удержать, да вот схватят только воздух! - вдруг рявкнул он.
– Вы, наверно, еще слишком молоды, чтобы знать, что наша жизнь очень проста. Она непреодолимо запутана только тогда, когда думаешь о себе. Но в момент, когда не думаешь о себе, а спрашиваешь себя, как помочь другому, она очень проста!
Прекрасно известное отсутствие границы между не-помешательством и помешательством не располагает меня по-разному оценивать восприятия и идеи, которые суть не что иное, как проявление друг друга в действии.
The tragedy of preparedness has scarcely been handled, save by the Greeks. Life is indeed dangerous, but not in the way morality would have us believe. It is indeed unmanageable, but the essence of it is not a battle. It is unmanageable because it is a romance, and its essence is romantic beauty.
Не буду желать тебе спокойствия, девочка, потому как спокойны лишь мертвецы.
на всем, что бы они ни говорили, – на всех их поступках, взглядах, манерах, – было пятно – знак гниения – решимость пройти свой путь в спокойствии и безопасности.