«Маньяк!» – перепугалась я и со всех ног бросилась в сторону родимой пятиэтажки. И да, если кто-то спросит, я в курсе, что в мои унылые тридцать восемь надо радоваться и такому вниманию, но я не радовалась.
Секретарша Леночка испуганно застыла посреди кафедры, как безымянная мама Бемби перед выстрелом злобного охотника.
Вибратор – это, если кто-то успел обо мне подумать нехорошо (или хорошо, это смотря с какой стороны посмотреть) и тем самым беспрецедентно мне польстить, мой кот.
... скучающая принцесса — это только в балладах романтично, а в реальности чревато какими-нибудь глупостями.
- Мы привычно учим детей стремиться к максимальному результату, а может стоило бы учить смиряться с собственной среднестью, — пробормотал Иштван. — Пусть было бы меньше рекордов, но больше счастливых людей.
Когда реальность не устраивает женщину, она создает свою…
Говорят, большое горе или потрясение быстро снимает с человека всю шелуху, все навесное, то, что является ролью. Слой шелухи бывает столь велик, что освободив от себя человека, обнажает что-то совершенно новое. Как ореховая скорлупа обнажает беззащитное ядро. Открывается образ, мало похожий на прежний, в шелухе.
Рассказывать же о себе, о своем детстве, о жизни можно только если между людьми возникает тепло. А без тепла получается сухо, скупо, схематично.
Оксане вдруг пришла голову совершенно неожиданная мысль и пронзила её своей очевидностью: венерин башмачок, волшебный цветок счастья, нужно взрастить внутри себя. Да, да! У каждого должен жить в душе цветок- талисман. Тогда человеку ничо не страшно. Цветок годится любой . Лишь бы он жил там, внутри, я и тянул свою головку…
И ей казалось при этом, что ребёнок вертится у неё внутри точно с таким же любопытством, с каким она смотрит на эти подснежники, и на монастырь за рекой, и на коричневые сосновые иглы, устилающие холм. Всё это были те важные составляющие жизни, значение которых по-настоящему понимают только дети, пока они ещё не изобрели…
— Я не сторонник раздавать ордена до конца битвы, — отвечаю я.
— Боюсь, что для вас она все равно уже проиграна, — еще шире улыбается она.
— Боюсь, что в лже-пророков и предсказания я тоже не верю.
— Черт, больно-то как!
— Не вам одной! Что ж вы такая резкая!
— А что вы меня нервируете?
— Да я с вами бережнее, чем с новобрачной обращаюсь!
— Чувствуется колоссальный жизненный опыт!
внизу был ещё один пункт, рукописный: «Повор — сука». Демон терпел целую неделю, а затем исправил ошибку в слове «повар». С общим смыслом утверждения он, в принципе, был согласен.
...женщинам иногда стоит не предлагать помощь, а просто помогать, не ожидая разрешения.
Не будь дураком, — шептал внутренний голос. — Вспомни своих сеструх! Ты лучше всех знаешь, что женщины, сколько бы лет им ни было, трагедию могут сделать из ничего.
Захотелось ляпнуть какую-нибудь остренькую двусмысленность вдогонку его заявлению, но благоразумие, вступив в сговор со здравым смыслом, победило, и я придержала язык.
Однако уже через пять минут я поняла, что поторопилась приписать Стёпке чувствительность и понятливость. Чувствительности в нём было ровно на столько, чтобы отличить кипяток ото льда, да и понятливостью он не сильно отличался от моего кактуса.
Детей спасли. Обогрели. Отпоили горячим чаем. Вылечили и выпороли. Ну, то есть, конечно, пороли только того самого непоседливого внука. Причём дед порол лично, в этом вопросе он был страшно консервативен и придерживался правила: «Хочешь сделать что-то хорошо — сделай сам».
И, откровенно говоря, так нехорошо стало от этого равнодушия, и такая злость вдруг взяла, что я едва не расплакалась. Правильно, если бы рядом шла Ленка, у которой ноги от ушей и талия пятьдесят два сантиметра, он бы так просто свои позиции не сдал, но вместо Ленки здесь была я: «полтора метра яду», как окрестил меня один из моих немногочисленных поклонников, а я, между прочим, на целых десять сантиметров выше! Обидно…
Он проводит рукой по тебе. И там, где кончаешься ты, начинается шум, новости, вокзал, рынок, литературные склоки, болезни, рецепты и вся эта сволочная жизнь…
Я очень-очень люблю людей. Хотя вообще-то можно было бы и поменьше.
1. А вдруг у нас снова ничего не получится? Говорят, дважды в одну реку не входят. – А мы войдем в другую... 2. Не стоит ворошить прошлое. Его надо хранить. 3. Вы знаете, мне до недавнего времени казалось, что счастье – это горизонт. Ты делаешь шаг ему на встречу, а оно на этот шаг отодвигается от тебя. И, кажется, –…
"... плохому в этой жизни часто нет меры, а хорошее — на вес золота, а потому каждую крупочку хорошего надо помнить, а плохое из памяти гнать".
Спорить с адвокатом – плевать против ветра
У разбитого корыта артишоки не закажешь.