«Если ты не предопределен к спасению, сделай так, чтобы ты стал предопределен к нему», — сказал якобы ещё Блаженный Августин.
На его лице появляется раздражение, смешанное с озадаченностью. Словно над моей головой висит табличка: "Неврастеничка. Обращаться осторожнее, чем с динамитом."
"... А страну жаль. Хорошая страна, и народ хороший, только катастрофически не везет с правителями..."
Мужчина в доме-как петух на клумбе.Скотина нужная,но хлопотная.Там поклюёт,тут пороет,бутоны лапами перемнёт.И уход ему нужен особый,и присмотр,так что если завела-добро пожаловать на отдельный насест,а не то не сдержится,всех подряд перетопчет.
Жалеть себя – неблагодарное занятие. Мы сами наполняем свою жизнь теплом и светом, мы – это то, что храним в себе...
Удивительно, как живые голоса разрезают тишину – густую, неприлично плотную.
— Не нравится мне такой Новый год, — бурчу я.
— Ну почему? — Лиза активно жует. — Мы хотели праздновать его в реабилитационном центре — мы его празднуем. Что именно тебя не устраивает?
— Что реабилитируют меня.
— Ну почему только тебя? Я тоже м-м-м… реабилитируюсь.
— А в твою программу входит поедать мой пудинг?
— Да. Она из этого и состоит.
Мы ― это то, что мы читаем. По мнению Уитмена, процесс, который замыкает этот круг, не является чисто интеллектуальным; мы читаем интеллектом поверхностно, захватывая лишь некоторые смыслы и факты, но в то же время исподволь, бессознательно, текст и читатель переплетаются, создавая новые уровни смыслов, и каждый раз,…
Человеку, для которого главное несчастье - место в пионерском строю и общая спальня, незачем придумывать иные ужасы.
Я всегда сравниваю себя с каким-то несуществующим образцом совершенства.
Догадки часто опасней, чем факты.
Но если человек, честно живущий среди честных и уважающих его людей, заслуживает внимания и поддержки, то человек, остающийся честным среди самых что ни на есть отъявленных мерзавцев, заслуживает особого внимания, поддержки.
Страшен час смерти, но, может быть, миг рождения бесконечно страшней.
Сейчас просто-напросто невозможно ждать несколько столетий, чтобы мир изменился к лучшему или к худшему. Например, Великое переселение народов, которое когда-то длилось несколько веков, при нынешней организации транспорта можно было бы осуществить всего-навсего за какие-нибудь три года – иначе оно стало бы убыточным. То…
Ах, как приятно зажигать сердца! И влюбляться.
-Если люди не могут запомнить законы, - заметил Рагнар, - значит законов этих слишком много.
Кто не верит в себя, тот никогда не победит!
вносила себя как нечто второстепенное и не столь важное
«Все люди врут, но только не всегда…»
У лисы нет грехов, зато часто бывают блохи.
Я понятия не имел, что в моих словах вызвало такую реакцию, поэтому просто тихо сидел рядом с ней. Если женщина рядом с вами стремительно съезжает с катушек, тихо сидеть – это, возможно, лучшее, что вы можете сделать.
«Ты никогда не думал, что люди, которые больше всего для нас значат, – вовсе не те, кого мы видим каждый день? В последнее время я чувствую, что растрачиваю себя по пустякам».
любовь есть, и бедность ей вовсе не помеха.
— Правду ли говорят, что господин Иш-Саронна убил себя? — тихо спросила Бурруджун прилегшего у ее коленей правителя Шашатану. — Ты опечалена? Я велел не говорить тебе. Кто посмел расстроить тебя дурными новостями? — правитель Шашатана приподнялся на локте и оглядел дам. — Укажи, и я распоряжусь, чтобы их наказали. Дамы…
Ревность – очень разрушительное чувство.