Компания никогда не должна заниматься аутсорсингом собственных глаз. Никто за вас не сможет в чем-либо «лично убедиться». Великие художники не пишут свои картины со слов других людей и даже с фотографий, считая необходимым видеть натуру своими глазами. То же самое верно и в отношении великих стратегов.
Следом затем заслуженный инструктор пара слов для протокола скажи. Сообщи, что государство герой не нуждайся. Попытка личный рост, признание, слава, попытка овация получи – все это государство не нуждайся. Сообщи учитель, что государство идеал считай, когда средний показатель. Яркий индивид не нуждайся. Клоун хвастун не нуждайся. Лучший результат – средний. Лучший цвет – серый. Призови учитель, что каждый боевик личность свое раздави. Посредственность превратись. Невидимка превратись.
Физическая слепота есть в некотором смысле духовное прозрение.
Сперва ты всю жизнь чувствуешь себя подростком, у которого впереди бессмертие, а потом вдруг оказывается, что осталось уже совсем немного.
вы всегда стесняетесь слов, которые должны произнести. от этого усиливается чувство неловкости
Правительство СССР называлось «Совет Народных Комиссаров». При нем было, в частности, такое ведомство как «управление делами Совета Народных Комиссаров». Первым главой этого управления был Николай Горбунов (с 1923 по 1930).
В это же время, в Германии, одним из последних канцлеров Веймарской республики был Генрих Брюнинг. Он был канцлером с марта 1930 по май 1932.
Горбунов был известен сначала как личный секретарь Ленина, а только спустя годы стал большим чиновником. До того, как стать чиновником, Брюнинг сначала учился в университете, где был под большим влиянием историка Фридриха Майнеке.
Управделами Горбунов и канцлер Брюнинг
Если я люблю другого человека, я чувствую единство с ним, но с таким, каков он есть, а не с таким, как мне хотелось бы.
– Если ты, Лелища, съела вторую пастилку, то я ещё раз откушу это яблоко.
В любой ситуации твори дичь. Вряд ли кто-то жениться на полоумной.
- Счастье есть, - провозгласил в это время Серж. - И я его ем.
Когда мы наблюдаем за женщиной, которая представляется враждебной и агрессивно независимой какую-то часть времени, но пассивной, зависимой и женственной — в других случаях, наш "редукционный клапан" заставляет нас выбирать между этими состояниями. Мы решаем, что один тип поведения поддерживает другой, или они оба поддерживают некий третий мотив. Она должна быть в действительности мегерой с фасадом пассивности, или же она мягкосердечная, пассивно-зависимая женщина с защитной маской агрессивности. Но, возможно, природа больше, чем наше восприятие. И эта леди может оказаться враждебной, агрессивно независимой, пассивной, зависимой, женственной, злобной, мягкосердечной, жестокой личностью одновременно. Разумеется, какая она в данный конкретный момент, не зависит от случая или каприза — это зависит от того, с кем она сейчас, когда, в каких условиях, и от многого, многого другого. Но каждая из этих сторон ее характера может быть истинным и реальным аспектом ее целостной личности.
Надо остерегаться событий, которые невозможно предвидеть.
Не хотелось оправдываться перед Богом; он чувствовал, что это Богу нужно оправдываться перед ним.
Билли казался запрятанным в конверт, иногда клапан конверта приподнимался, и его расплющенное "я" выскальзывало на стол.
У тебя впереди вечность, и ты не знаешь, что с ней делать. У тебя впереди вечность, она шириной в милю, глубиной в дюйм и кишит крокодилами.
Я же рос, как дикое деревцо в поле, – никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.
Тот же клерк вызвался забронировать ей номер по телефону, а на вопрос смерти, сколько она ему должна, ответил с улыбкой: Сочтемся. Так уж водится — люди сбалтывают что в голову придет, бросают слова на ветер и не дают себе труда минуточку подождать и задуматься о последствиях. Сочтемся, сказал служащий турагентства, с неизбывным мужским самодовольством воображая себе приятную, по всей вероятности, встречу в ближайшем будущем.
Жизнь — это как падение с крыши. Можешь остановиться? Нет. Можешь вернуться назад? Нет. Можешь полететь в сторону? Только в рекламе трусов для прыжка с крыши. Свобода воли заключается только в том, что ты можешь выбрать — пернуть в полете или дотерпеть до земли. Вот по этому поводу все философы и спорят.
Это наивное раздвоение ребенка и размышляющей женщины, эта детская и в высшей степени правдивая жажда истины и справедливости и непоколебимая вера в свои стремления – все это освещало ее лицо каким-то прекрасным светом искренности, придавало ему какую-то высшую, духовную красоту, и вы начинали понимать, что не так скоро можно исчерпать все значение этой красоты, которая не поддается вся сразу каждому обыкновенному, безучастному взгляду.
Прежде чем стремиться к какому-то там «сверхчеловеку», нам бы следовало сначала стать человеком, а для этого необходимы, как минимум, три составляющие. Во – первых, тезис об «эгоизме»: нам следует осознать, что мы все делаем для себя, поскольку все последствия наших действий – это наши последствия, и нам же следует позаботиться о том, чтобы не слишком преуспеть в издержках. Во – вторых, тезис о «иллюзиях»: нельзя верить тому, что кажется убедительным, а вот тому, что составляет несодержательный остов жизни – внимать можно и должно. И в – третьих, тезис о «поведении в отношении собственного поведения»: наш психический аппарат – это вещь, нам подчиненная, которую мы просто обязаны настраивать таким образом, чтобы результаты этой настройки обеспечивали нас тем жизненным уровнем (имеется в виду, конечно, субъективное качество жизни), который, выражаясь аллегорически, оправдывал бы затраты Земли – матушки на наше содержание.
Все мы склонны считать себя умными, контролирующими себя людьми, самостоятельно определяющими свой жизненный путь.
На самом деле наше поведение почти на 100% отвечает определенной модели, потому что мы — продукт воспитавшего нас общества. Это так, зайдет ли речь об одежде, которую мы носим, о домах, в которых мы живем или о моделях поведения, которым мы следуем. Подсознание оказывает удивительно мощное воздействие на нашу жизнь.
Сколько больших и мелких недоразумений на свете мирно разрешилось бы само собой, если бы мы могли дослушать сказанное до конца!
В лесу порой безопасней, чем рядом с матерями единственных сыновей, свобода которых под угрозой.
Пока Волшебник ел, все осмелились чуть-чуть приблизиться к нему. Тот, кто ест блины с вареньем, не может быть так уж жутко опасен.
Люди держат себя в рамках не потому, что они такие хорошие. Это либеральное заблуждение. Люди держат себя в рамках, потому что в противном случае они будут наказаны.