лучшее лекарство от хандры — работа. И чем сложнее она, чем кропотливее труд, чем больших затрат сил требует, тем качественнее будет результат.
— У Риш богатая фантазия… — многозначительно протянула женщина, косясь на лестницу, по которой недавно поднялась ее дочь. — К тому же она моральная садистка, любит смешивать окружающих с грязью силой своего интеллекта. И жестоко мстит, если кто-то посмел оказаться умнее нее.
Кролик смачивает ватку ацетоном и тщательно оттирает черные пятна со спины и мордочки.
- К каждой Алисе должен быть свой подход, - мурлычет он, и его розовый носик довольно подергивается. - К каждой Алисе должен быть свой подход...
Любовь длится дольше, чем злоба, и в конечном счете рано или поздно побеждает.
Конь для амазонки — все: сила, богатство, друг.
Пожалуйста, не беспокойтесь, - ответил зверек. - Я сидел тут в страшной меланхолии и так хотел кого-нибудь встретить.
В последней стычке, когда тролли решили заявить о своей независимости и отстоять исконно родные земли, собираясь выселить с них всех чужаков, именно участие в конфликте Хама-Как-Его-Там привело к появлению среди троллей большого количества философов, ратующих за толерантность и терпимость к другим расам, а также дружбу между народами. Конфликт угас на корню сам по себе. Теперь тролли самый гостеприимный народ.
Я очень чистоплотное чудовище. Чистоплотность требует времени, но стоит его. Стоит, потому что Темный Пассажир будет доволен и надолго успокоится. Стоит просто для того, чтобы делать все правильно и аккуратно. Убрать еще одну кучу дерьма из этого мира. Всего несколькими аккуратно упакованными мешками для мусора больше и мой маленький уголок мира станет чище и счастливее. Лучше.
Если у мужей рога растут на лбу, пускай винят себя, не жён и не судьбу.
Уж ежели тебе жених попался скверный, то, как ты ни крепись, женой не будешь верной.
Она во что-то влюблена, может, в меня, может, в саму любовь.
“Над Дубаи разверзлись хляби небесные и на город вылилась двухлетняя норма осадков. Вода поднялась так высоко, что низкорослым людям требовался акваланг, чтобы просто сходить в магазин.”
На другое утро Маленький Мук проснулся и подумал: «Теперь всё переменится и мои враги будут меня любить».
Он принялся раздавать своё золото направо и налево, но придворные стали только ещё больше ему завидовать.
Вы когда-нибудь замечали, сколь разные руки у людей и как много они могут рассказать о характере и физических особенностях человека? А женские руки — это вообще поэма!
Сложнее всего в мире поверить, что человек может измениться. Всегда проще притворяться, что все нормально, чем признать, что ты ошибался.
- ... Сегодня вечером ложись пораньше, а завтра посмотришь на все свежим взглядом.
Шефер хихикнул.
- Соблюдай заповеди: спи восемь часов! Пей больше воды! Бросай курить! Ешь меньше масла!
- Ты можешь над этим шутить, но это помогает, - возразила Конни.
Одному из малышей приснился страшный сон, и он начал кричать. Все остальные проснулись и тоже заорали из солидарности с ним.
Ничего не должно оставаться. Совсем ничего. Никогда. Горечь во рту, нахмуренные, надломленные, перекошенные лица, кровати, пепел, осунувшиеся люди, долшие слезы и бесконечные годы одиночества, но никаких воспомигнаний. Никаких. Воспоминания они для других.
Для слабаков и бухгалтеров.
Британцы всегда считали собственную экспансию само собой разумеющимся правом. Французскую экспансию в Северной Африке и русскую экспансию в Центральной Азии, с другой стороны, они рассматривали как предосудительные акты агрессии. А что немецкая экспансия является в высшей степени аморальной - на этом сошлись и французы, и русские, и британцы.
Отказаться чувствовать – значит отказаться жить...
Я давно уверовал в теорию одной пули. Можно много раз влюбляться и любить, но есть только одна пуля, которая пронзает тебя насквозь. И если тебе повезет, рана никогда не затянется.
Время излечивает все.
Представьте, что живете в роскоши, и вы притянете ее к себе. Это работает всегда и для всех.
Ты слишком много пишешь — начни жить...
Деб любит разряжаться на мне. Для того и предназначена семья.
Угодивший в медовую ловушку маркграф уступал жене и отмахивался от сыновей