- Осторожнее. Почему это слово всегда произносится уже после того, как ты ударился?
Кто не хочет, чтобы его обманывали, того не обманывают.
Вот почему любовь - это страшная штука. Она делает вас слабыми.
Когда все рушится, на самом деле может оказаться, что все встает на свои места
Книга очень хорошая, но действия происходят очень быстро, а так, вполне мне понравилось, 4
Возможно, кровь и гуще воды, но доброта на сто процентов гуще крови.
Господи, дай мне храбрость, чтобы изменить то, что я могу изменить, спокойствие, чтобы принять то, что я не могу изменить, и мудрость, чтобы отличить одно от другого.
Элиот опять закурил.
— Ты извини, — сказал Квентин, — но, может, у тебя есть какой-то волшебный прием, чтобы дымить без вреда для здоровья?
— Как это мило. Каждые две недели, незадолго до полнолуния, я приношу в жертву одну школьную девственницу. Для этого мне служит серебряный скальпель, выкованный альбиносом-швейцарцем — тоже девственником, конечно. Замечательно прочищает легкие.
- Что ж, - сказал он, - извольте. Я сказал бы всемогущему:
"Создатель, я не знаю твоих планов, может быть, ты и не собираешься делать людей добрыми и счастливыми. Захоти этого! Так просто этого достигнуть!
Дай людям вволю хлеба, мяса и вина, дай им кров и одежду. Пусть исчезнут голод и нужда, а вместе с тем и все, что разделяет людей".
- И это все? - спросил Румата.
- Вам кажется, что этого мало?
Румата покачал головой.
- Бог ответил бы вам: "Не пойдет это на пользу людям. Ибо сильные вашего мира отберут у слабых то, что я дал им, и слабые по-прежнему
останутся нищими".
- Я бы попросил бога оградить слабых, "Вразуми жестоких правителей", сказал бы я.
- Жестокость есть сила. Утратив жестокость, правители потеряют силу, и другие жестокие заменят их.
Будах перестал улыбаться.
- Накажи жестоких, - твердо сказал он, - чтобы неповадно было сильным проявлять жестокость к слабым.
- Человек рождается слабым. Сильным он становится, когда нет вокруг никого сильнее его. Когда будут наказаны жестокие из сильных, их место
займут сильные из слабых. Тоже жестокие. Так придется карать всех, а я не хочу этого.
- Тебе виднее, всемогущий. Сделай тогда просто так, чтобы люди получили все и не отбирали друг у друга то, что ты дал им.
- И это не пойдет людям на пользу, - вздохнул Румата, - ибо когда получат они все даром, без трудов, из рук моих, то забудут труд, потеряют
вкус к жизни и обратятся в моих домашних животных, которых я вынужден буду впредь кормить и одевать вечно.
Не давай им всего сразу! - горячо сказал Будах. - Давай понемногу, постепенно!
- Постепенно люди и сами возьмут все, что им понадобится.
Будах неловко засмеялся.
- Да, я вижу, это не так просто, - сказал он. - Я как-то не думал раньше о таких вещах... Кажется, мы с вами перебрали все. Впрочем, - он подался вперед, - есть еще одна возможность. Сделай так, чтобы больше
всего люди любили труд и знание, чтобы труд и знание стали единственным смыслом их жизни!
- Я мог бы сделать и это, - сказал он. - Но стоит ли лишать человечество его истории? Стоит ли подменять одно человечество другим? Не
будет ли это то же самое, что стереть это человечество с лица земли и создать на его месте новое?
- Тогда, господи, сотри нас с лица земли и создай заново более совершенными... или еще лучше, оставь нас и дай нам идти своей дорогой.
- Сердце мое полно жалости, - медленно сказал Румата. - Я не могу этого сделать.
будучи в душе игрок, никогда не брал он карты в руки, ибо рассчитал, что его состояние не позволяло ему (как сказывал он) жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее, — а между тем целые ночи просиживал за карточными столами и следовал с лихорадочным трепетом за различными оборотами игры.
Мысль пришла и по-хозяйски постучала в череп изнутри...
— Нам не нравится твой тон, монашек, — со злостью процедил князь Софенине. — Ты бы знал свое место.— Мы рыбе тоже не нравимся, но едим же.
Публично признаваясь в своей тревожности, я "выйду из тени". Я обрету свободу, развяжу себе руки – как обретают свободу публично признающиеся в нетрадиционной ориентации гомосексуалы. Однако гомосексуализм (как наконец выяснилось) вовсе не слабость, не дефект и не болезнь. А вот чрезмерная нервозность – все это и многое сверх того.
"Иногда то, что ты хочешь сделать, и то, что ты должна сделать, - это совсем не одно и то же."
Сны – это открытый портал в бессознательное.
То, что рaз упущено, никогдa не вернется.
... это и есть ад - полная утрата всех тех мгновений совершенства, что прошли незамеченными, невоспринятыми.
«Господа! К нам едет ревизор!»
Нет незаменимых, — возразил Курт тихо. — Есть те, кого заменять никто не хочет…
Мы все хрупки и беззащитны. Этой простой истине нас учит война.
Самая лучшая диета? Записывай: берешь скотч. Ножницы. Отрезаешь большой кусок липкой ленты. И заклеиваешь рот. Вот и все. Не снимать два месяца.
Эрудиты гордятся собою, несут свою исключительность как знамя. Иногда они высокомерны, им смешно наблюдать невежество окружающих. У них отличная память. А вот личная жизнь и карьера истинных эрудитов часто складывается неудачно. Простые люди устают от постоянного ощущения своей никчемности и необразованности, а соперничать со знатоками немыслимо и бесполезно. Но бывают вполне милые и скромные эрудиты, которые даже несколько смущаются своего умения дать правильный ответ на вопрос из любой сферы человеческого бытия.
Мир устал от избытка занимающихся ерундой гуманитариев, от их высокомерия и бесполезности в реальной жизни.
В конечном счете главный товар мошенника – надежда.
«Когда тебя охватит страх, борись с ним и победишь, потому что твой дух и твое сердце сильнее».