« Сегодня у Кейти был последний день работы, и я обнял ее на прощание. Она терпеть не может тактильный контакт, и мне было особенно приятно ее позлить.»
Конечно, в ту пору обличье соотечественников начинало мало-помалу меняться. Нелепые советские "менингитки" (круглые шапочки, носившиеся на макушке), равно как и необъятные береты из твердого фетра, высоко вздымающиеся надо лбом, прозванные "я дура", теперь соседствовали с милыми платьицами без подкладных плеч и пышными юбками.
Иногда в жизни случаются ситуации, когда мнение интуиции расходится с доводами разума и сердца. В момент слабости мы принимаем порой самые неожиданные решения. Некоторые из них имеют долгоиграющие последствия, порой не самые приятные. А иногда они помогают. Но любое из этих решений имеет под собой всегда одну и ту же цель - найти успокоение для разума и сердца. Потому что иногда лучшим выбором будет - не делать ничего. Так бывает, что в проблемных ситуациях нет верного выхода. Любое действие будет ошибочным. И тогда лучше всего сделать шаг назад и посмотреть на небо.
Глава 11 Если добычу, что мы с русских лодий снимем, нам между собой делить будет можно, то это не хуже, чем к свеям на их земли соваться. Другие робятки от тебя вестей тоже давно ждали. Соберем их, лодью выведем в русло и можно русинов ловить.
Вредное произведение.
Целостность означает соответствие. Слова должны соответствовать поведению.У всех нас есть знакомые, которым мы доверяем, и знакомые, которым не доверяем. Если мы задумаемся о причинах, то увидим, что в основе всего кроется соответствие. Мы доверяем соответствию и подозрительно воспринимаем несоответствие.
Камелии из тех цветов, которым не трубят фанфары. Их любят не так, как розы. Они не вызывают у людей той ностальгии, что вызывают тюльпаны или лилии. У них нет аромата гардений и пышности георгинов. Из них получаются не слишком эффектные букеты, и довольно скоро их лепестки тускнеют и опадают. И все же камелии всегда поражали меня своей тихой недосказанностью.
Даже абстрактное научное открытие — это акт агрессии, подобный взлому… Открытие — всегда насилие над природой. Всегда!
Прежде, чем постучать, Чарли повернулся к Капитану и твердо спросил:
— Готов к разумным переговорам?
— Зная, что сейчас увижу эту плутовку, готов к чему угодно, но только не к разумным переговорам, Чарли, — без особого энтузиазма ответил Капитан, отдуваясь, словно перед гильотиной. — Ладно, давай закончим с этим поскорее и пойдем отсюда. К вечеру погода не станет теплее.
Я подошла к спящей девушке и взяла её прохладную руку в свою. У неё была нелёгкая жизнь. Она заслужила прожить её заново — в собственном доме, среди любящих людей.
— Если я кому-нибудь потребуюсь, — сказала я, — я буду в своей комнате, рыдать в шкафу.
Чует мое сердце, не подружусь я тут ни с кем, коль народ такой гонористый да характерный собрался. Вот только царевича не хватало.Потому я лишь кивнула ему на прощание и постаралась поскорее скрыться с пресветлых очей нового знакомца.
О том, что царевичи иногда дураками бывают, я еще не знала.
Любая держава погибла бы, если бы время от времени не отступала от собственных законов, склоняясь перед силой обстоятельств. А вот христианское вероучение никогда не соглашалось, не шло ни на какие уступки. Меж тем уберечь от сделок с обстоятельствами может лишь чудо. Нет ничего удивительного в том, что, спасая себя, держава отступает от собственных законов, но спасение это весьма относительное, мирская держава все равно обречена на гибель: ни одна не просуществовала и тысячи лет. А наше вероучение существовало всегда, и всегда непоколебимо держалось своего закона, и в этом поистине скрыт Божественный промысел.
Светка в мистической и магической белиберде почти не разбиралась. Совсем не разбираться, к сожалению, не получалось. С таким-то братом!
- Здесь нет пистолетов и огнестрельного оружия, - попыталась заступиться за Тирга я. – Уверена, в битве на мечах ты проиграешь ему подчистую
У девушек вашего возраста всегда два зеркала: зеркало неподкупное и зеркало их вздыхателей, при этом послушная предупредительность второго смягчает суровую прямоту первого. Первое зеркало указывает на неприглядные оспины. "Какой вздор, - возражает второе, - это ямочки граций!" А вы, милые дети, верите первому лишь тогда, когда оно не расходится со вторым, и скачете от одного к другому до тех пор, пока свидетельские показания обоих не перепутаются у вас в голове...
Нет ничего больнее рухнувших надежд.
Здесь царили сумрак и прохлада, необходимые для покоя драконьего яйца. Но, как и в ночь исчезновения яйца, глава столичного сыска тонко чувствовал отголоски магии. Магии, которой здесь быть не должно. Драконье чутье его еще никогда не подводило
Обычно по четвергам вечером Сабрина торчала либо в «Соник», где ей приходилось быть хоть немного под кайфом, чтобы выносить монотонность своей работы, либо дома, где также приходилось быть хоть немного под кайфом, чтобы выносить всепоглощающее чувство одиночества, которое накрывало ее сразу же, как только она открывала входную дверь.
– Спускайся, – грозно приказал эпьёс. – Спускайся и докажи свою смэлость.
Жена Славомира Кабжи испуганно ахнула и схватила музыканта за плечо, но тот и не думал слезать со своего укрытия.
– О, в таком случае я докажу лишь свою глупость, но данным качеством, слава Создателю, не обладаю.
Простолюдина можно наградить ценными вещами, аристократа – почестями, а героя, который ни то ни се, назначить на ответственную должность и посмотреть: он всегда герой или, например, только по пятницам.
Привычка быть счастливым — самая лучшая.
Бог — это заблуждение. Потому что я давно понял, что между мной и жуком, между жуком и рекой, между рекой и криком, возносящимся к небу, нет ни малейшей разницы. Все пусто и бессмысленно. Все — только сеть, в которой мы неистово бьемся, связанные навек друг с другом. И лишь наше воображение, не чувства, пытается, несмотря на постоянные неудачи, убедить нас что мы можем выбраться из тисков того убожества, в котором оказались.
Если вы чувствуете безнадежность, вам хочется, чтобы кто-нибудь еще тоже ее чувствовал. Это одно из высших противоречий в человеческой натуре.
Еcть вещи, о котоpыx лучше молчать.
Я часто спрашивал себя, зачем те, кто смеется над необычным и новым в искусстве, вообще связывают с ним, искусством, свою жизнь.