Цитаты
280789
Во мне зародилась потребность оберегать его. Мне и в голову не приходило, что я сам куда больше нуждаюсь в защите. Глупость молчаливо требует от нас покровительства, а между тем куда важнее защитить себя от глупости - ведь она, словно немой прокаженный, потерявший свой колокольчик, бродит по свету, не ведая, что творит.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Не так-то легко жить с человеком, которого обидел.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Любить в тиши. Любить и умереть В стране, похожей на тебя
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
А ты ее понимал? Разве ты предвидел то, что случится?". Время порою мстит, но месть эта бывает запоздалой. И зачем только мы стараемся понять друг друга? Не лучше ли признаться, что это невозможно; нельзя до конца одному человеку понять другого: жене - мужа, любовнику - любовницу, а родителям - ребенка. Может быть, потому люди и выдумали бога существо, способное понять все на свете. Может, если бы я хотел, чтобы меня понимали и чтобы я понимал, я бы тоже дал околпачить себя и поверил в бога, но я репортер, а бог существует только для авторов передовиц.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Обладание уже само по себе причиняет боль: мы слишком бедны душой и телом, чтобы обладать без гордыни или принадлежать, не чувствуя унижения.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Нельзя любить, если у тебя нет интуиции.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Смерть куда надёжнее бога, и с её приходом уходит повседневная угроза, что умрёт любовь. Надо мной больше не будет висеть кошмар грядущей скуки и безразличия.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
...у некоторых гордость видна сразу, как накожная болезнь, чувствительная к малейшему прикосновению, а его гордость была спрятана глубоко внутри и сведена до минимума.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
– Неужели вы думаете, – сказал я, – что я хочу вернуться на родину?
Виго посмотрел на яркий, безоблачный день за окном. Он заметил с грустью:
– Большинству людей хочется домой.
– Мне здесь нравится. Дома – уйма трудностей.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Рано или поздно человеку приходится встать на чью-нибудь сторону. Если он хочет остаться человеком.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Страдание не становится более мучительным оттого, что страдальцев много; одно тело может выстрадать не меньше, чем все человечество.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Война так часто состоит в том, что ты сидишь и, ничего не делая, чего-то ждёшь. Не зная точно, сколько у тебя ещё есть времени, не хочется ни о чём думать.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Порой убить человека — значит оказать ему услугу.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
— Вы ведь не верите в бога?
— Не верю.
— Если бога нет, для меня всё на свете бессмысленно.
— А для меня всё бессмысленно, если он есть.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Повседневная жизнь идет своим чередом - это многих спасает об безумия. Даже во время воздушного налета нельзя беспрерывно испытывать страх. Так и под обстрелом привычных дел, случайных встреч, чужих треволнений человек надолго забывает о своих страхах.
Действие происходит в Сайгоне в начале 1950-х годов во время Первой индокитайской войны. В романе пересекаются две основные линии: любовный треугольник пожилого английского журналиста Томаса Фаулера, молодого американца Олдэна Пайла и вьетнамской подруги Фаулера Фуонг; и военно-политические конфликты и нарастающее вмешательство США, которое в будущем приведёт к Вьетнамской войне.
Я шел, обдумывая великую мысль, мелькнувшую, когда пальцы разминали сигару: ничто, абсолютно ничто не самоценно. Теперь, когда идея эта так ясно оформилась в моем сознании, смешно было подумать, как это я не докопался до нее уже много лет назад. Я всю жизнь полагал, что самоценными не являются разные вещи по отдельности, ну, деньги, например, или честность, или там власть, любовь, образованность, мудрость, даже жизнь - все это не само по себе ценно, а ценно лишь в связи с какими-то целями, это я знал, но не мог обобщить, подняться над специфичным. Но выясняется, что вот это не самоценно и то, а еще и вот то тоже, и вдруг приходит понимание общей истины: ничто, да, ничто не самоценно, ибо всему ценность только придается, приписывается извне - нами, людьми.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Я считаю, что вещи у меня располагаются продуманно. Если и вам так кажется, значит, никакого беспорядка в моем номере не обнаружится, просто особенный такой порядок, вот и всё.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Упоминаю об этом, поскольку с тех пор точно понял одно: все важные перемены взглядов происходили в моей жизни не оттого, что я о чем-то основательно поразмыслил, до чего-то нового додумался, а скорей в силу чистой случайности - вдруг случалось нечто не имеющее ко мне прямого отношения, а просто вторгшееся в мое существование, чтобы стать неотвязным, и тут я изобретал для себя очередную роль, решив, что так надо.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
У него все просто выходит: агентство - коммунистическая организация, ты посылал деньги в агентство, значит, ты душой коммунист. Допустим, я дал доллар-другой девице из Армии спасения, а эта девица, оказывается, вегетарианка, значит, я всей душой против мясных блюд. Хорошая логика: коммунисты за Республику, ты тоже помогаешь Республике, стало быть, ты коммунист.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Поверь мне, друг-читатель, ничто не принуждает человека ощущать свою слабость, ибо он свободен, до того свободен, что, глядишь, самому от этой свободы неуютно станет.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Так что, друг-читатель, случись тебе что-нибудь про жизнь написать, ты уж постарайся, удержись от этих соблазнительных аллегорий, которые со всех сторон тебя обступают, не то можно поручиться, что непременно такое ляпнешь, чего в уме не держал, а люди, которым так хотел приятное сделать, на тебя же и обозлятся. Если сумеешь, ты моего примера держись и тех, кто гроб нес: улыбнись, само собой, - на собак, когда спариваются, без смеха смотреть невозможно, - и ступай себе, ни слова не проронив, будто ничего и не заметил.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Если хотите развивать в себе волю, выработайте в себе одну хорошую привычку - отказываться от привычек.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Раз смерть неизбежна, это просто факт, к которому надо отнестись хладнокровно. Что, по-вашему, лучше: чувствовать себя несчастным или сохранять хладнокровие?
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Человеческая жизнь обладает абсолютной ценностью - отрицать этого нельзя. - А я отрицаю, - заявил я.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.
Количественные изменения посредством скачка превращаются в качественные. Из всего марксизма, некогда меня притягивавшего, лишь этот тезис ныне сохранил в моем представлении истинность. Скажем, вода остывает, остывает, и вот, пожалуйста, она уже стала льдом. День тускнеет, тускнеет - и вдруг уже ночь. Человек ветшает, ветшает - хлоп! и он покойник. Различия по степени ведут к различиям по качеству.
Дебютный роман выдающегося американского прозаика Джона Барта (р. 1930), одного из крупнейших постмодернистов старшего поколения. Как и поздние, значительно более сложные произведения Барта, `Плавучая опера` строится на сочетании буффонады, философского скепсиса, обманчивого жизнелюбия. Роман стал бестселлером, принес автору всемирную славу.