Подумать только, какое бремя вины вынужден нести Господь Бог.
...Произвести на свет человека не менее страшно, чем толкнуть в печь.
...Пытаешься сказать правду, а получается одно расстройство.
Ох уж эта семейная жизнь — вечно каждый считает себя обязанным сделать что-то для другого, а в итоге все только мешают друг другу, этакая неразбериха.
Забавный ты становишься к старости. Люди замечают.
Вам нужны истина, радость - ищите их в мелочах.
Безумие для писателя - это окончательное растворение его "Я", последняя беспощадная правка. Это нырок в тишину, прочь от гомона вымышленных голосов.
Я живу в мире, куда деться. Никогда от него не бежал. Но в последнее время я не уверен, что он мне по душе.
Мы всё устраиваем так, чтобы сделать разочарование неизбежным. Это помогает переносить нам зимы.
Память, одиночество, наваждение, смерть. Далекие темы, казалось мне.
Почему язык разрушения так прекрасен?
Вещи - это то, чем мы не являемся, то, что мы не можем включить в себя. Значит, люди делают вещи, что бы определить свои собственные границы? Вещи - это пределы, которые нам так отчаянно нужны. Они показывают нам, где мы кончаемся.
- Не знала, что вы так глубоки, - сказала она. - Обычно я мельче.
...Необязательно любить женщину, чтобы испытывать к ней собственнические чувства и негодовать по поводу ее романов.
Возможно, она боялась, что эта грандиозная любовь, которая выдержала столько испытаний, не сможет пережить самое ужасное: совместную жизнь.
Бланка считала, что следует ограничивать чтение, ведь существуют вещи, которые девочке читать еще не по возрасту, но Хайме думал, что люди не читают того, что им неинтересно, а если книга захватывает, значит, человек созрел для этого.
Невозможно найти того, кто не хочет быть найденным.
Клара провела свое детство и вошла в юность в стенах своего дома, в мире удивительных рассказов, безмятежного молчания, в том мире, где время не отмечалось часами или календарями, где предметы жили своей собственной необыкновенной жизнью и где все могло случиться. Призраки сидели за столом вместе с людьми, разговаривали с ними, прошлое и будущее являлись частью единого целого, а события настоящего напоминали беспорядочные картинки калейдоскопа. Я испытываю наслаждение, читая Кларины дневники того времени — в них описывается волшебный мир, который уже не существует. Клара жила в мире, придуманном для нее, оберегаемая от жизненных невзгод. В этом царстве смешалась прозаическая правда реальности с поэтической правдой снов, в этом мире не действовали законы физики или логики. Клара прожила детство и отрочество, погруженная в свои фантазии, с духами, населяющими воздух, воду и землю, прожила такая счастливая, что целых девять лет не чувствовала потребности заговорить.
Подобно мгновению, когда мы приходим в мир, мы также страшимся неизвесности, умирая. Но страх - это что-то внутренне, ничего общего не имеющее с реальностью. Умереть - это как родиться: просто изменение состояния.
Каждый делает, что может, не более того.
Она [Клара] считала, что, если назвать что-либо собственным именем, это что-то материализуется, и тогда нельзя будет не обращать на это внимания, зато, если слова не будут произнесены, со временем проблемы исчезнут сами.
- Если ты не можешь понять, как действует телефон, - говорила Клара, - как же ты хочешь понять чудеса?
Но Баррабас не проявлял никаких признаков свирепости. Наоборот, у него замечались кошачьи повадки. Он спал, обняв Клару, в её кровати, положив голову на пуховую подушку и укутавшись до самого носа, потому что обычно зябнул. А когда не забирался на кровать, лежал на полу рядом, уткнувшись лошадиной мордой в руку девочки. Никогда не слышали, чтобы он лаял или рычал. Он был тих и молчалив, словно пантера, ему нравилась ветчина и засахаренные фрукты, и всякий раз, когда приходили гости и его забывали запереть, он тихонечко пробирался в столовую и обходил стол, деликатно потаскивая лакомые кусочки с блюд.
Почти во всех семьях рождается глупец или безумный, деточка.... Иногда их не видно, потому что их прячут, словно это стыд. Их закрывают в самых отдаленных комнатах, чтобы не видели гости. На самом деле стыдиться их не следует, они тоже - творение Божье.
- Почему она так (имеется в виду, бедно) жила, если денег у нее было предостаточно? - закричал Эстебан.
- Потому что ей не хватало всего остального, - мягко ответила Клара.