Цитаты
283455
— О, погодите, не смейтесь — я ещё не надел свой шутовской колпак c бубенцами, он у меня как раз для такой оказии хранится в совершенно неприличном месте, — фыркнул Ис. Раока с огромным трудом удержалась от того, чтобы дать этому красавцу подзатыльник — Ледяной был из той чудной категории ребят, что и с собственной смертью будут радостно спорить.
Раока, будучи фейри от рождения и шпионкой с детства, знает точно: таким, как она, истинные пары не положены. У Богини-Пряхи, однако, то ещё чувство юмора, и пар у девушки вдруг оказывается целых двое — её начальники, причём оба — на грани смерти.
Что ей остается? Либо признать, что эта ерунда с парами — не для фейри, либо поучаствовать в смертельно опасной игре, где можно выиграть для предназначенных ей шанс на жизнь — или умереть…
Он всегда предполагал, что встретит свою пару примерно никогда, а если повезёт, то ещё позже; при этом, случится сие эпохальное событие на его игровом поле, где он сможет спокойненько посадить предполагаемую половинку в комфортабельную темницу для знатных преступников на месяцок-другой. Это было бы замечательно: тщательно изучить повадки и реакции, прощупать слабые места, собрать побольше компромата — так, по мнению Иса, должна была выглядеть подготовка к длительным романтическим отношениям.
Раока, будучи фейри от рождения и шпионкой с детства, знает точно: таким, как она, истинные пары не положены. У Богини-Пряхи, однако, то ещё чувство юмора, и пар у девушки вдруг оказывается целых двое — её начальники, причём оба — на грани смерти.
Что ей остается? Либо признать, что эта ерунда с парами — не для фейри, либо поучаствовать в смертельно опасной игре, где можно выиграть для предназначенных ей шанс на жизнь — или умереть…
все пары лучших друзей шефа — существа с придурью; по-хорошему, это было просто даже логично, никто нормальный этих чудо-драконов и полчаса бы не вынес
Раока, будучи фейри от рождения и шпионкой с детства, знает точно: таким, как она, истинные пары не положены. У Богини-Пряхи, однако, то ещё чувство юмора, и пар у девушки вдруг оказывается целых двое — её начальники, причём оба — на грани смерти.
Что ей остается? Либо признать, что эта ерунда с парами — не для фейри, либо поучаствовать в смертельно опасной игре, где можно выиграть для предназначенных ей шанс на жизнь — или умереть…
- Так, перестали драться, - грозно оборачиваюсь на мальчиков. Они в своих детских креслах тянутся друг к другу, игнорируя сестру посередине. Опять что-то не поделили, - я даю вам по конфете, - достаю два чупа-чупса, - если за полчаса езды не услышу ни одного крика - дам ещё по одной. Если услышу, отдам тому, кто молчал.
После моих слов в салоне наступила тишина.
Он не готов растить чужого ребенка. У меня маленькая дочь. Нас связал жаркий отпускной роман без продолжения, а потом каждый ушел искать свое счастье. Спустя год Тимофей оказывается моим боссом. Он по-прежнему красив, не любит чужих детей и собирается жениться на подходящей девушке. Я все та же разведенка с прицепом без иллюзий. На взаимность босса не надеюсь, о любви не мечтаю. Подобно ему, старательно делаю вид, что нашей первой встречи не было. И все же… Иногда Тим так смотрит... и мне...
- Тоня, ты не понимаешь, - Тами дуется, - мальчики, они чтобы стихи читать и комплименты говорить. Быть рыцарями.
Он не готов растить чужого ребенка. У меня маленькая дочь. Нас связал жаркий отпускной роман без продолжения, а потом каждый ушел искать свое счастье. Спустя год Тимофей оказывается моим боссом. Он по-прежнему красив, не любит чужих детей и собирается жениться на подходящей девушке. Я все та же разведенка с прицепом без иллюзий. На взаимность босса не надеюсь, о любви не мечтаю. Подобно ему, старательно делаю вид, что нашей первой встречи не было. И все же… Иногда Тим так смотрит... и мне...
- я ищу маме мужа. Мне нравишься ты и Антон, но я еще не выбрала.
В салоне на какое-то время повисла тишина. Детская непосредственность иногда может легко ввести окружающих взрослых в ступор.
- А тебе не кажется, что мама такой вопрос должна решать сама? - Тимофей обернулся к нам. Вокруг его глаз появились лучики морщинок, он улыбался.
- У мамы много работы, она занята. Так что я ей помогаю.
Он не готов растить чужого ребенка. У меня маленькая дочь. Нас связал жаркий отпускной роман без продолжения, а потом каждый ушел искать свое счастье. Спустя год Тимофей оказывается моим боссом. Он по-прежнему красив, не любит чужих детей и собирается жениться на подходящей девушке. Я все та же разведенка с прицепом без иллюзий. На взаимность босса не надеюсь, о любви не мечтаю. Подобно ему, старательно делаю вид, что нашей первой встречи не было. И все же… Иногда Тим так смотрит... и мне...
- у нас в садике у Марка новый папа. То есть у него есть один папа, но он с ним не живет. А теперь еще один, он его называет Славой. Он Марка из садика забирает теперь. Они дружат.
- Это ты к чему? – присаживаюсь перед дочкой.
- У папы есть другая тетя, - поджимает губки, - тебе тоже надо найти какого-нибудь мужа. Только красивого. И доброго.
- Оу, - я такого совсем не ожидала.
- Я даже присмотрела одного, - выпаливает дочь.
- Присмотрела!?
- Папа Божены в разводе. Она мне рассказывала, что он хороший. Мы с ней подумали, давайте вы поженитесь.
Он не готов растить чужого ребенка. У меня маленькая дочь. Нас связал жаркий отпускной роман без продолжения, а потом каждый ушел искать свое счастье. Спустя год Тимофей оказывается моим боссом. Он по-прежнему красив, не любит чужих детей и собирается жениться на подходящей девушке. Я все та же разведенка с прицепом без иллюзий. На взаимность босса не надеюсь, о любви не мечтаю. Подобно ему, старательно делаю вид, что нашей первой встречи не было. И все же… Иногда Тим так смотрит... и мне...
Господи, почему все вокруг знают, что для меня лучше? Раздражает.
Он не готов растить чужого ребенка. У меня маленькая дочь. Нас связал жаркий отпускной роман без продолжения, а потом каждый ушел искать свое счастье. Спустя год Тимофей оказывается моим боссом. Он по-прежнему красив, не любит чужих детей и собирается жениться на подходящей девушке. Я все та же разведенка с прицепом без иллюзий. На взаимность босса не надеюсь, о любви не мечтаю. Подобно ему, старательно делаю вид, что нашей первой встречи не было. И все же… Иногда Тим так смотрит... и мне...
Итак, принадлежит ли Россия к Европе? Я уже ответил на этот вопрос. Как угодно, пожалуй - принадлежит, пожалуй - не принадлежит, пожалуй - принадлежит отчасти и притом, насколько кому желательно. В сущности же, в рассматриваемом теперь смысле, и Европы вовсе никакой нет, а есть западный полуостров Азии, вначале менее резко от нее отличающийся, чем другие азиатские полуострова, а к оконечности постепенно все более и более дробящийся и расчленяющийся.
Неужели же, однако, громкое слово "Европа" - слово без определенного значения, пустой звук без определенного смысла? О, конечно, нет! Смысл его очень полновесен - только он не географический, а культурно-исторический, и в вопросе о принадлежности или непринадлежности к Европе география не имеет ни малейшего значения. Что же такое Европа в этом культурно-историческом смысле? Ответ на это - самый определенный и положительный. Европа есть поприще германо-романской цивилизации, ни более ни менее; или, по употребительному метафорическому способу выражения, Европа есть сама германо-романская цивилизация. Оба эти слова - синонимы. Но германо-романская ли только цивилизация совпадает с значением слова Европа? Не переводится ли оно точнее "общечеловеческой цивилизацией" или, по крайней мере, ее цветом?
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Прогресс, как мы сказали выше, состоит не в том, чтобы идти все в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях. Поэтому ни одна цивилизация не может гордиться тем, чтоб она представляла высшую точку развития, в сравнении с ее предшественницами или современницами, во всех сторонах развития.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Итак, для всякого славянина: русского, чеха, серба, хорвата, словенца, словака, болгара (желал бы прибавить и поляка),- после Бога и Его святой Церкви,- идея славянства должна быть высшею идеею, выше науки, выше свободы, выше просвещения, выше всякого земного блага, ибо ни одно из них для него недостижимо без ее осуществления - без духовно, народно и политически самобытного, независимого славянства; а, напротив того, все эти блага будут необходимыми последствиями этой независимости и самобытности.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Покойный К. С. Аксаков сказал, что историю русского народа можно назвать его житием, и это глубокая истина.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Из этого выходит, что христианство как в протестантском, так и в католическом сознании подпилено под самый корень, что оно с их точки зрения не выдерживает самой простой критики и держится лишь до поры до времени только по инерции или косности, присущей и нравственному миру. Если эта шаткость основы не столь ясно дошла до сознания католического мира, как до сознания мира протестантского, то зато необходимые практические следствия католического воззрения легли уже всею своею тяжестью на народы этого исповедования, и тяжесть эта стала для них невыносимою. Это внутреннее противоречие касается уже не одного только догматического содержания христианского учения, что, по утилитарному взгляду на религию, не составляло бы еще большой беды, но проникло уже до самых плодов его, то есть до этической, нравственной стороны христианства, как это, впрочем, иначе и быть не может, ибо одно от другого отделяется лишь большим или меньшим промежутком времени, смотря по большей или меньшей быстроте вывода практических последствий из данного основания,быстроте, которою разные народы одарены в различной степени.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Православное учение считает православную церковь единою спасительною. Здесь не место касаться того, как понимать это по отношению к отдельным лицам. Но смысл этого учения кажется мне таков по отношению к целым народам: неправославный взгляд на церковь лишает само Откровение его достоверности и незыблемости в глазах придерживающихся его и тем разрушает в умах медленным, но неизбежным ходом логического развития самую сущность христианства, а без христианства нет и истинной цивилизации, т.е. нет спасения и в мирском смысле этого слова.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Единственное активное участие славян в религиозной жизни Европы великое гуситское движение- было направлено к отрешению от европейского понимания веры, было стремлением к возвращению в православие.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
После Петра наступили царствования, в которых правящие государством лица относились к России уже не с двойственным характером ненависти и любви, а с одною лишь ненавистью, с одним презрением, которым так богато одарены немцы ко всему славянскому, в особенности ковсему русскому. После этого тяжелого периода долго еще продолжались, да и до сих пор продолжаются еще, колебания между предпочтением то русскому, как при Екатерине Великой, то иностранному, как при Петре III или Павле. Но под влиянием толчка, сообщенного Петром, самое понятие об истинно русском до того исказилось, что даже в счастливые периоды национальной политики (как внешней, так и внутренней) русским считалось нередко такое, что вовсе этого имени не заслуживало. Говоря это, я разумею вовсе не одно правительство, а все общественное настроение, которое, электризуясь от времени до времени русскими патриотическими чувствами, все более и более, однако же, обезнародовалось под влиянием европейских соблазнов и принимало какой-то общеевропейский колорит то с преобладанием французских, то немецких, то английских колеров, смотря по обстоятельствам времени и по слоям и кружкам, на которые разбивается общество.
Болезнь эту, вот уже полтора столетия заразившую Россию, все расширяющуюся и укореняющуюся и только в последнее время показавшую некоторые признаки облегчения, приличнее всего, кажется мне, назвать европейничаньем; и коренной вопрос, от решения которого зависит вся будущность, вся судьба не только России, но и всего славянства, заключается в том, будет ли эта болезнь иметь такой доброкачественный характер, которым отличались и внесение государственности иноплеменниками русским славянам, и татарское данничество, и русская форма феодализма; окажется ли эта болезнь прививною, которая, подвергнув организм благодетельному перевороту, излечится, не оставив за собою вредных неизгладимых следов, подтачивающих самую основу народной жизненности.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
У всех новейших народов скульптура не составляет самостоятельного искусства, а только влачится в подражательной колее,- или работая над чуждыми им мифологическими предметами, допускающими наготу тела, или одевая своих монументальных героев в греческие и римские одежды. Оно иначе и быть не могло, потому что все европейские костюмы или совершенно уродливы, как наши сюртуки, фраки, пальто, кафтаны времен Людовика XIV и т. д., или хотя и красивы, но вычурны - и потому только живописны, а не изящны: как костюм испанский с буфами на руках и ногах, тирольский с остроконечными шапками и разными шнурочками. Только русское народное одеяние достаточно просто и величественно, чтобы заслужить название изящного. Чтобы убедиться в этом, достаточно подвергнуть разные костюмы монументальной критике. Минин стоит в русской одежде на Красной площади в Москве; Сусанин - в Костроме, перед бюстом спасенного им Михаила Федоровича; есть много статуй, изображающих русских мальчиков и юношей, играющих в бабки или свайку. Не входя в разбор внутренних достоинств этих скульптурных произведений, можно, однако же, смело утверждать, что одеяние этих фигур удовлетворяет всем требованиям искусства.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Идеал живописи, сказал Хомяков в статье о картине Иванова, единственном отзыве, достойном великого художественного произведения, есть иконопись. Иконопись в области живописи есть то же, что эпос - в области поэзии, т. е. представление не личных, а целым народом выработанных идеальных представлений, только обделываемых и разнообразимых (в границах эпического типа) личным художественным творчеством.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Вследствие изменения форм быта русский народ раскололся на два слоя, которые отличаются между собою с первого взгляда по самой своей наружности. Низший слой остался русским, высший сделался европейским - европейским до неотличимости. Но высшее, более богатое и образованное, сословие всегда имеет притягательное влияние на низшие, которые невольно стремятся с ним сообразоваться, уподобиться ему, сколько возможно. Поэтому в понятии народа невольно слагается представление, что свое русское есть (по самому существу своему) нечто худшее, низшее. Всякому случалось, я думаю, слышать выражения, в которых с эпитетом русский соединялось понятие низшего, худшего: русская лошаденка, русская овца, русская курица, русское кушанье, русская песня, русская сказка, русская одежда и т. д. Все, чему придается это название русского, считается как бы годным лишь для простого народа, не стоящим внимания людей более богатых или образованных. Неужели такое понятие не должно вести к унижению народного духа, к подавлению чувства народного достоинства?.. А между тем это самоунижение очевидно коренится в том обстоятельстве, что все, выходящее (по образованию, богатству, общественному положению) из рядов массы, сейчас же рядится в чужеземную обстановку.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Итак, сила периодической прессы не самостоятельная и самобытная, а только условная, находящаяся в теснейшей зависимости от интересов, существующих в публике помимо ее. Если эти интересы не подмечены прессой, если личные убеждения редакции заслоняют от нее интересы большинства,- действие газеты будет ничтожно; если она вздумает проводить идеи, противоречащие интересам публики,- оно будет еще ничтожнее. Вся сила периодической печати заключается в согласовании с ними.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Удел России - удел счастливый: для увеличения своего могущества ей приходится не покорять, не угнетать, как всем представителям силы, жившим доселе на нашей земле: Македонии, Риму, арабам, монголам, государствам германо-романского мира,- а освобождать и восстановлять; и в этом дивном, едва ли не единственном совпадении нравственных побуждений и обязанностей с политическою выгодою и необходимостью нельзя не видеть залога исполнения ее великих судеб, если только мир наш не жалкое сцепление случайностей, а отражение высшего разума, правды и благости.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
С обеспечением правильности и законности в престолонаследии, с введением гражданственности и порядка в казачестве и, наконец, с освобождением крестьян иссякли все причины, волновавшие в прежнее время народ, и всякая, не скажу, революция, но даже простой бунт, превосходящий размер прискорбного недоразумения, сделался невозможным в России, пока не изменится нравственный характер русского народа, его мировоззрение и весь склад его мысли; а такие изменения (если и считать их вообще возможными), совершаются не иначе как столетиями и, следовательно, совершенно выходят из круга человеческой предусмотрительности.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Итак, заключаем мы, и по отношению к силе и могуществу государства, по способности жертвовать ему всеми личными благами, и по отношению к пользованию государственною и гражданскою свободою - русский народ одарен замечательным политическим смыслом. По чертам верности и преданности государственным интересам, беспритязательности, умеренности в пользовании свободою, выказанным славянскими народами в Австрии, и в особенности в Сербии, мы можем распространить это же свойство и на других славян. Если Польша в течение исторической жизни своей показала пример отсутствия всякого политического смысла, то и этот отрицательный пример только подкрепляет наше положение, показывая, что искажение славянских начал, разъедавшее ее душу и тело, должно было принести и соответствующие тому плоды.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Европейничанье – болезнь русской жизни
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...
Итак, духовное и политическое здоровье характеризуют русский народ и русское государство, между тем как Европа - в духовном отношении - изжила уже то узкое религиозное понятие, которым она заменила вселенскую истину и достигла геркулесовых столбов, откуда надо пуститься или в безбрежный океан отрицания и сомнения, или возвратиться к светоносному Востоку; в политическом же отношении - дошла до непримиримого противоречия между требованиями выработанной всею ее жизнью личной свободы и сохраняющим на себе печать завоевания распределением собственности.
Н. Я. Данилевский заслуженно признан классиком русской геополитики и основателем цивилизационного подхода к истории. Наиболее выдающиеся достижения Н. Я. Данилевского – теория культурно-исторических типов, и геополитическое цивилизационное учение о взаимоотношениях России и Европы и в этой связи об исторической судьбе России – и составили главное содержание его книги «Россия и Европа» (1869), которая является одним из фундаментальных сочинений в русской историко-социологической литературе...