Игнат ещё прикрикнул, что если к ночи никого больше не подвезут, то ехать будет вольготно — вагоны долгие, что твоя печаль.
Это произошло уже после того, как Фрина окончательно отошла в сторону от политики, разочаровавшись в мужской способности думать и действовать, причём именно в этой последовательности.
А - аист, Б - белка, В - Владимир Ильич Ленин
— Хорошо. Теперь давайте пройдемся по списку. Гармонисты? — Да! — Что да? Сколько, я вас спрашиваю? — Один точно! — Мало... мало... — Мы исправимся! — Поверю на слово. Балалаечники? — Были... Сейчас нет... — Когда вернутся? — Никогда, надеюсь... Умерли они...
Главное, не оспаривай его авторитет, ну и вообще не спорь, если он что-то там для себя решил. Потому что открытый конфликт – бесполезное дело. Лучше тонко, издалека… Неслучайно ведь говорят, что мужчина – голова, а женщина – шея. Памятуя об этом, Марфа этой шеей вертит, как сова, на двести семьдесят градусов. По-честному оставляя за Арсом его законные девяносто.
– Многие из нас совершают ошибки.
– Жаль, что их нельзя исправить.
– Тем более красное вино полезно. – Это чем же? – Эх ты! Еще и ученый. Вино, чтоб ты знала, выводит из организма радионуклиды.
– Не уверена, что они во мне есть. - Марфа с сомнением проходится взглядом по собственному отражению в зеркале.
– Ну, тараканов-то в тебе полно, а против них винишко тоже весьма эффективно.
– Между двумя любящими друг друга людьми не может быть никаких табу.
С тех пор, как все в его жизни стало хорошо, сам он стал удивительно добродушным. Прям как почтальон Печкин, который вредным был, потому что у него не было велосипеда.
Талант должен все время пылать от любви, холодеть от ненависти, стискивать зубы от отчаяния, плакать от счастья, всякое такое. Проделывать все это он должен прилюдно, публично, лучше всего в Интернете, чтобы охватить эмоциями как можно больше народу. Если человек ничего этого не делает, кто поверит, что он настоящий талант?!
Порядочный - какое старое, почти забытое слово!.. Кому теперь есть дело, порядочный человек или нет, главное - успешный. Если успешный , но непорядочный - значит , настоящий, правильный человек. Если порядочный, но не успешный - значит, неудачник, лишний, списать его со счетов, нет его и не было никогда.
– Рассвирепела муха, как тигр, – откуда-то вспомнилось Феде.
– Между прочим, у Екклезиаста сказано, – начал Величковский: – «Кто любит серебро, тот не насытится серебром».
Гордиться красным дипломом было очень глупо, но он гордился. Он гордился красным дипломом и родительским признанием – они окончательно признали его выбор, когда он получил этот самый диплом.
– Я так с папашей ссорился, когда поступал, – сказал он, рассматривая Василисины оценки, – вспомнить страшно. Он считает, что образование может быть только специальным – медицинским или техническим, например. То есть человек в институте должен чему-то выучиться, лечить зубы или проектировать подводные лодки. Образование, которое заключается в чтении книг, – не образование. Между прочим, он совершенно прав.
Василиса подумала немного. Она-то как раз считала, что образование и есть чтение книг, а все остальное – ремесленничество, ему можно в любой момент научиться.
... Федя наскоро выпил чаю. Чай был невкусный и слабый – отец такой называл «Кронштадт видно»! – зато горячий...
– Мы когда из Ленинграда переехали, – задыхаясь, заговорила Софочка, – все вещи оттуда забрали. А там у нас большая квартира была, не то что эта…
– Вы… недавно переехали? – удивился Федя, оглядываясь по сторонам. Втиснуться ему было совершенно некуда.
– Да как вам сказать? Относительно. В шестьдесят шестом.
Величковский вытаращил глаза.
– Ну, – вымолвил он наконец, – вообще-то, конечно, не очень давно. Но и не так чтобы на днях.
Вы кто, Ляля?
Она помолчала, рассматривая Озерова, потом выговорила медленно:
– Я?.. Заведую литературной частью. Читаю книги и рукописи. Зарплату получаю в кассе. Всю жизнь живу здесь. То есть не совсем здесь, а по соседству…
– То есть вы – это вы, никаких секретов, тайн и подводных течений. Ничего особенного с вами никогда в жизни не случалось, вы не находили клад, не продавали иностранной разведке секретных документов, не получали в наследство берилловую диадему!.. Самое примечательное событие последнего времени – крах любви! Любовник вас бросил. Правильно я понимаю?
Какой-то великий писатель написал, что смысл брака в том, что все важные события можно переживать дважды - когда они на самом деле происходят , а потом еще в разговорах с женой...
У всех преступлений в мире есть, как известно, всего три мотива: любовь, она же ненависть и страсть; деньги, туда же наследство, подложные векселя и всякое такое; и попытка скрыть предыдущее ужасное преступление.
Нынче там, где родился, жить не принято...
Это просто болезнь мозга какая-то, называется "я достойна большего". И это "большее" мне подавай сию минуту, а не в каком-то отдаленном будущем.
…Вы дураки. Безмозглые идиоты. Кретины. Вы думаете, у вас в запасе вечность, и поэтому бездарно теряете время. Вы думаете, у вас в запасе миллион шансов, и поэтому разбрасываетесь ими так безоглядно. Вы думаете, у вас в запасе столько радости бытия, что вы имеете право швыряться ею налево и направо. Ну, хорошо, Посмотрим.
Когда заставляют, самое естественное и сильное желание – не подчиняться. Вырваться, так сказать, из-под пресса и гнета, да еще натянуть нос тем, кто заставляет. А что делать, если заставить – единственный путь к светлому будущему? Вот вопрос, который кто только не задавал! Кажется, весь двадцатый век люди только и пытались, что осчастливить друг друга насильно, заставить себе подобных работать на это самое светлое будущее. Тех, кто отказывался, сначала принуждали – разными способами, – затем стали умерщвлять, затем принялись умерщвлять всех подряд и тех, кто соглашался тоже. Получилось то, что получилось, и вместо светлого будущего – наступившее сегодняшнее настоящее, в котором бравый мэр насильно заставляет горожан мести улицы.
Боголюбов открыл книгу. На первом листе стояли размашистая подпись и дата, больше ни слова. Он перелистнул на середину и прочитал наугад: «Я всегда опасался подлости и предательства, этих неизменных спутников любой благородной человеческой натуры. Натура благородная не умеет различать предателей и подлецов, ибо сама ни на что подобное не способна».
Официант с пробором расставлял на столе жестяные плошки с желтым содержимым. Боголюбов вспомнил, что плошки называются «кокотницы», а содержимое «жюльен». Жюльен в кокотнице в трактире «Монпансье» весенним вечером в самой что ни на есть русской провинции – красота!..