Азриэлия вернула мне ту часть души, которую отдала ей Ленка, а также клятвенно пообещала телепортировать меня в мой мир в оговоренные сроки, на побывку к родителям, а потом возвращать обратно к жениху. Причем по последнему пункту сделки я составила договор, ничуть не уступавший в дотошности свитку.
Демонесса даже зауважала меня, прочтя эти письмена. И пообещала, что в случае, если я после смерти попаду к ней в ад, устроит меня в лучший котел. По блату. Я же заверила, что в таком случае постараюсь никогда не умирать.
– Хотя, справедливости ради, надо заметить, что едва он появлялся в обществе, так число девушек, которым резко становилось дурно, возрастало в разы. И падали они всегда прицельно, прямо на Рика.
– А он пробовал не ловить? Отойти в сторонку, а потом переступить через тело? – осведомилась я. Мне почему-то эти полчища девиц уже заочно не нравились.
– Я ему тоже предлагала, – лукаво улыбнулась Тэсс. – Зря он отказался.
– Ты, белобрысая, точно не ведьма? – шипя, уточнила Азя, вызванная в очередной раз.
– Если сделаешь скидку сто десять процентов, я обязательно стану и ей тоже, – покладисто согласилась я.
– Сто десять? – в ответ возмутилась рогатая.
– Таки да, – подтвердила я. – Это называется доплата…
– Что-о-о? – взревела менеджер ада.
– Все-все… – Я примирительно подняла руки в жесте сдаюсь. – Но попробовать-то можно было?
– Ты не ведьма, ты хуже… – вынесла вердикт моей наглости Азя.
– А сколько раз вас можно вызывать на консультации?
По протяжному «придушу!» поняла – много. Очень.
– Меня нельзя убивать. Я ваш клиент.
– Еще нет! – ощерилась демонесса.
– Потенциальный! Зато выгодный и постоянный! – Я подняла палец вверх, второй рукой бережно прижимая к груди свиток. – Так сколько мне положено консультаций?
– Эта услуга не лимитирована, – казенным тоном отчеканила рогатая.
– «Мечты сбываются»? – Из всего произнесенного рогатой название конторы вызвало наибольшее удивление.
– Раньше было приличное «Смерть и тлен», но наш рекламный отдел настоял на ребрендинге, – в сердцах призналась демонесса. – Эти гады утверждают, что преисподняя должна идти в ногу со временем. Де, более позитивное название привлечет больше клиентов…
– А вы свой рекламный отдел убить не пробовали? Говорят, иногда это помогает, – посоветовала я.
– Пробовали. Но они бессмертные, – фыркнула собеседница. – А планы по продажам, несмотря на все покушения, спускают каждый месяц…
Колдунья всю душу целиком на одну месть пожалеет. Потому как у ведьмы врагов, что у героя – подвигов: полно. И душ на них не напасешься. А если по частям… и не заметишь, как вовсе без души останешься.
– У нас в аду сейчас распродажа, – недовольно фыркнула демонесса, сложив губы куриной гузкой. – Всем скидки.
Ну подумаешь, сестра – ведьма. С кем не бывает. Зато ей мальчики нравятся, а не девочки. А это уже хорошо!
Как я и полагала, некоторые непокорные решили снова побороться против Ледяного короля. А Эгилю пришлось снова добиваться почета. Но делал он это без былой жестокости и рвения. Больше уговорами, хитростью и заслугами, а где и страхом перед ним. Превратившись из куска льда в бездонное холодное озеро, что питает всю землю вокруг и дает возможность утолить жажду почти каждому. Привязав к себе людей этим даже больше, чем своей неуязвимостью.
В слабости — высшая сила.
«Женщина, что река, Эсме. Устроит запруду — и все застынет, покроется илом, встанет. Бревна собьются в кучу и переломают каждого, кто подойдет. Разольется широко — поглотит то, что попадется на пути. Обидится, забурлит, утопит утлую лодчонку. Но гордый драккар река выведет в нужную гавань».
Страх — замечательное чувство, он заставляет работать наши инстинкты.
настоящее, женское колдовство, которое не имеет отношения к колдуньям, заключается в том, чтобы чувствовать своего мужчину, следовать за ним и уметь как вовремя подтолкнуть к какому-то действию, так и остановить.
Женщине не нужно чистое тело, чтобы показать чистоту. Дочери короля не нужно новое платье и сапоги, чтобы все увидели её происхождение. И королеве никогда не понадобится корона, чтобы окружающие склонили перед ней головы.
Подруга уже не в первый раз пыталась выманить меня в место, куда дорога для меня была закрыта. Как бы я ни объясняла о запретах, наложенных на наших девушек, она лишь крутила пальцем у виска
– Тань, ты же знаешь… Зачем опять меня мучаешь?– издаю я стон
– Ну и черт с тобой! – вздыхает она и отстает от меня.– Может, вырастешь и поймешь ненужность всех этих глупых правил и запретов. Мелкая ты еще.
Мне жаль, что ты принял такое решение, но оно твоё. Оставайся же там, где тебя настигла кара.
— Мой дед говорил, что тот, кто сменил семь тропинок, обязательно встретит знакомого.
- Ну, уж нет. Одеялом я делиться не стану! Найди себе своё.
- А ничего, что это моё?
- Совершенно ничего. Я уверена, что сумею это пережить.
Как говорил мой дед, неважно кто сказал истинное слово, важно кто ему последовал.
— Умнее коня степняка только собака горца! — припомнил Шаман старую пословицу.
— Лишняя жестокость гладит по душе, но не говорит об уме, — напомнил я старую поговорку
— Слова имеют вес, только если они сказаны достойным человеком
Вожак не обязательно лучший наездник или боец, но он не должен делать ошибки на глазах у всех.
Если хочешь обидеть человека степи, говори плохо о его доспехах. Если оскорбить — об оружии. Желаешь сойтись с ним в смертельной схватке — о его коне. Если же говоришь плохо о самом человеке — бросаешь вызов всему роду.
— Вот мой второй атаман, дурака в красивом халате в ватагу принял, что бы он глупостью своей нового атамана заставил только о нём и думать. А убивать такого было недостойно, и мы все до засады живыми добрались.
— Может тогда умных набрать? — посоветовал Брамин.
— Умный будет думать, как атаманом стать, или, как все деньги украсть. Верные нужны, хотя бы верные данному слову.
— Правильно говорят: «Лучше разозлить собаку горца, чем коня степняка!»
Мудрые люди говорят: Зачем спорить о том что уже сделано и не может быть изменено?