- Поклянись. Поклянись моей жизнью, что не станешь пытаться убить Ковина. - Твоей? - Всё говорит о том, что о себе ты особо не печешься. Но ты хороший человек, я хороший человек. Не хочешь же, чтобы я пострадал по твоей вине?
- Ты раздражающе правильный. Просто Благочествиая Анна. Что с тобой не так?- Я понимаю, о чем ты: умен, силен, хорош собой, с отменный чувством юмора, с высокими нравственные качествами и подвешенным языком. Кажется, что идеальных людей не бывает, но вот он я...- Можешь не продолжать... Твой порок - гордыня.- Ещё я не прочь вкусно поесть и вообще хорошо провести время.
Как оказалось, за маской благодушия можно скрыть прогнившую душу и кромешный мрак.
Глядя на луну, мы видим отражение света, но не знаем самого солнца. Так же слова наши — лишь отражение мыслей и чувств. Из них мы не знаем истинного человека.
— Люди часто считают смирение слабостью. Однако если ты спросишь, любой скажет, что гордыня, ярость, мстительность, обидчивость — чувства уничтожающие. Смирение же и есть подавление гордыни и ярости. Усилия, которые на это требуются, неимоверны. Почему же мы считаем, что победить тьму в себе есть слабость?— Смирение — не равно бездействие. Это единение с миром, понимание и принятие того, что ты — человек, со всеми преимуществами этого и со всеми недостатками. Уважение к другим, уважение на глубоком уровне, когда ты готова принять существование всех проявлений этого мира — это умение духа, Элейн. И само только стремление к нему сделает тебя сильнее.
Любое доброе дело наполняет нашу жизнь смыслом. Каждая возможность помочь другому — дар.
Отсутствие любви — вот корень бед человеческих. Искренне любя, ты не причинишь боль, не убьешь, не украдешь, не останешься равнодушным к чужой беде.
Изъяны делают нас притягательными, уникальными. Тут ведь то же самое, что и с фотографиями и ретушью: стоит замазать щербинку, веснушки или спрятать под слоями фотошопа разный цвет глаз, как снимок, потеряв то, что отличало его, сольется с сотнями других. Отличия – не уродство. Индивидуальность – не порок.
– Вот так и мечтай о любви, – грустно выдохнула я. – Ты никогда не любила? – удивился Денис, и я кожей ощутила его взгляд. – Не думаю, – качнула головой и задумчиво нахмурилась. – Парни были, но я никогда не чувствовала с ними чего-то особенного. – Какого-то огонька? – Типа того, – губы дрогнули в улыбке. – Это, знаешь, как обычная дружба. Просто с поцелуями и редкой и жалкой пародией на романтику. – Повезло тебе, – хмыкнул Денис, и мне в его голосе послышалась тоска. – Люди, которые никогда не любили, – самые свободные.
Ты сделала то, что не удавалось мне многие годы. Ты отпустила прошлое, когда оно стало угрожать будущему.
Своя боль всегда острее даже самой выжигающей и невыносимой, но чужой.
Ты не понимаешь меня. Ты никогда не была на моем месте. Ты – недосягаемая вершина, а я – подношение, брошенное к твоим ногам. Ты для него – самая яркая звезда, а я – лишь отражение в луже. Каково чувствовать себя настолько особенной? Каково знать, что буквально все, что Денис делает, он делает ради тебя?
От тебя, Озеров, одни проблемы. Доводил сначала Зою, теперь взялся за Яну. Скажи честно, ты вампир? Питаешься девичьими слезами и болью?
– В отношениях людям часто приходится бороться за свою любовь против обстоятельств, времени… С чем угодно, но не друг с другом, – грустно произнесла я и осмелилась посмотреть Денису в лицо. – Я не могу научиться верить тебе, а ты, кажется, не можешь услышать меня. Все просто. Мы совсем не знаем друг друга.
Клуб в предновогоднюю ночь – это отдельный мир из блесток, искр и цветомузыки. Незнакомцы обнимаются, поздравляют друг друга так, будто знакомы всю жизнь. Девушки в лучших нарядах и с макияжем, который я даже во сне не смогу повторить. Алкоголь льется рекой, музыка не затихает ни на миг…
«Чей огород ты грабанул, чудовище?».
– Ходи почаще с распущенными волосами, Яна. Так не видно, сколько лапши у тебя на ушах.
В старой книге, которую знали в Ямаути все, говорилось: «Лишь когда дует ураган, можно распознать крепкий побег, что не сломается. Лишь когда ударит мороз, можно распознать крепкое дерево, что не засохнет. Лишь когда налетит буря, можно распознать крепкую гору, что не рухнет».
— Не извиняйся с такой легкостью. Пускай пыль в глаза, даже если не уверен. Кто бы ни был перед тобой, не раскрывайся противнику.
Настоящие благородные вороны очень берегут тех, кто находится под их крыльями. Именно эта ответственность и делает их настоящими мия-карасу.
Любой будет прятать свою темную часть. А дальше мы просто решаем, продолжать ли общаться с таким человеком, глядя на ту светлую часть, что видна всем.
... не упусти то, что рядом, увлекшись тем, что вдалеке.
Вскоре запахло едой, и Кента протянул Хизаши грубую глиняную плошку с варевом. Ее неровные бока приятно согревали замерзшие пальцы, и Хизаши обхватил ее обеими руками, вдыхая горячий ароматный пар. Куматани Кента был плох во многих отношениях, но он определенно умел готовить что-то из ничего.
Стихи — это слова, которыми говорит сердце, Кента-кун.
«В этом мире люди были далеко не единственными и уж точно далеко не самыми могущественными существами. Оказавшись в клетке смертного тела, Хизаши познал эту истину в полной мере. Злые духи, мелкие демоны-акумы, ëкаи, ками и боги - среди них лишь люди страшились смерти, и это же делало их опаснее самых жестоких демонов и самых кровожадных ëкаев. »