Хоть Петюня и козёл доморощенный, но зубы пересчитала ему именно я, а так как человек я сердобольный, с тонкой душевной организацией, то мне и восстанавливать его «неповторимую» улыбку и своё честное имя.
К тому времени когда пришло сообщение: «Абонент снова в сети», я уже лежал при смерти, держа руку на сердце.
Будешь тут амёбной. Если этот парень сейчас скажет родителям, что я вытворяю в их отсутствие… Увезут меня насильно в «дали дальние» дружить с кенгуру.
Или другой вариант. Заставят дружить с этим парнем… Что хуже?
Ну, естественно, что нарядами, макияжем и прическами руководила Покровская. Поэтому выглядим мы, как малолетние проститутки, прости Господи. Никогда не любила туфли. Почему-то каждый раз, когда я на шпильках, происходит какая-нибудь внезапная хрень, и единственный выход – бежать. И самое интересное, что получается ведь. Адреналин делает своё дело, и я бегу на каблуках, как марафонец на соревнованиях.
— Лиз? — бархатным голосом.
— Мм?
— Назови меня по имени… — сипло просит он, обжигая ухо горячим дыханием.
— Петюня?
— Нет.
— Педро?
— Нет.
— Петёха?
— Сейчас получишь! — леденеет голос.
— Вам не угодишь, Пётр!
Плотно сжимает губы в одну тонкую линию, вызывая у меня игривую улыбку.
Дотрагиваюсь губами к его щетинистому подбородку и выдыхаю:
— Петя… — с лёгкой вибрацией в голосе.
— Никогда не думал, что звук собственного имени может так возбуждать… — он прикрывает глаза и шумно сглатывает.
Главная цель – холодильник. Задача – добраться до цели и выжить любой ценой. Если по пути придётся биться с Драконом, который точит на меня зуб… я готова. Вооружившись решительностью, жадностью и диким желанием грабануть холодный сейф, пошла на кухню. Свет везде выключен, и в квартире тишина.
Мы застыли над треснутой льдиной, и лишний шаг может увеличить разлом, утопив нас под толстым слоем размолвок.
Если хочешь вывести противника из равновесия, отвлечь и расслабить ход его мыслей, то ошарашь его по полной. Резко смени тему, ляпни что-то несуразное и, не дав тому опомниться, вали, естественно, не забыв изобразить победоносную физиономию.
Бабы создают этот мир… Они же его и рушат.
Как пахнет мама? Несравненно. Счастьем. Солнцем. Приключениями. Любовью.
И знаешь что? Жаль, что ты тогда загадала не меня… Но это значит, что не такая уж ты тупая малолетка, как я думал. Надежда есть. Прощай, малышка. Я передам от тебя привет Люциферу.
Тебя я загадала! Тебя! Только тебя… Долбаного психа, от которого у меня шарики за ролики заходят. Грубого, резкого, но такого… моего. Он же знает, что я люблю его. Не может не знать. Так почему все бросил? Почему даже не попытался все исправить? Или просто дал мне время? Я бы пришла. Я бы… Он же это знал. Он всегда понимал меня лучше, чем я сама. Вглядываюсь в ночное небо и замечаю короткую вспышку. Падающая звезда. Не знаю, услышит ли она меня в этот раз, но… – Верни мне его, – шепчу я. – Верни…
Понедельник провожу с лучшими друзьями: телефоном и медленно пожирающей мозг печалью.
Только не забудь, Вик, что в какой-то момент вся эта веселая куча народу, которая улыбается и признается в вечной любви и дружбе, без колебаний забьет на тебя хер и продолжит веселиться, пока ты будешь подыхать где-нибудь под барной стойкой.
Похоже, все-таки ты моя. Никогда не верил в эти долбаные половинки. Чистой воды херота, но… Как еще объяснить все, что происходит? Сказать, что она особенная? Волшебная? Это не так. Обычная маленькая девочка с кучей комплексов и загонов. С грустным взглядом, сложным характером и острым языком. Вредная, иногда смешная. Чем она меня зацепила?
Запрокидываю голову и ору во все горло: – О, Боги! Ну за что мне такое наказание?! Я буду очень хорошей! Буду учиться и слушаться родителей, только избавьте меня от этой кары небесной!
Он везде. В мыслях, в сердце и… даже моя испуганная душа тянет к нему тонкие руки в надежде, что он сможет ее удержать и уберечь.
Он ужасный. Худший на свете. Грубый. Жестокий. Плохой во всех смыслах, но… Он мне нужен.
Диагноз ясен. Дура. Хроническая. И это не лечится.
Что особенного в его взгляде? Сама не знаю. Но когда он так смотрит, невозможно отвернуться или уйти. Глаза – оковы. Тяжелые, беспринципные, опасные, лишающие воли.
Все-таки не стать мне умной и тихой девочкой, сидящей дома и читающей книжки. Хочется чувствовать настоящую жизнь, а не существовать, сбегая в выдуманные истории. Это была временная мера. И она не может заменить реальных чувств, которых так не хватает.
То, что я еще ни от кого не хотел, но именно сегодня почувствовал острую необходимость, прочитав в ее взгляде больше, чем в любом другом за всю свою жизнь. Это не одно чувство или эмоция. Не десять. Не сто. Этому нет названия. Это не пресловутая любовь или нежность. Не страх или злость. Это все разом. Бесконечное множество цвета и света, разбавленное сиянием золота и печалью в глубине океана. Хер его знает, как так получилось. И почему именно эта девчонка может смотреть так, что мне впервые не хочется уходить, а хочется остаться.
Теперь все, что у нее есть, хочу себе. Улыбку, мысли, чувства, слезы. Все должно быть только моим. Моим и все! Дурею от ее вкуса и запаха. Это что-то не поддающееся анализу и контролю. Животное и совершенно неземное. Неистовая потребность. Хочется ее разгадывать, хочется унять огонь, что медленно разгорается у меня в руках.
На каждую сотню дерьмовых дел я стараюсь делать одно хорошее. Сегодня это ты.
Иногда спрятать тайны на старом ветхом чердаке недостаточно. Их нужно сжигать со всем домом. До тла. Без раздумий. Хорошо, что у меня всегда есть зажигалка. Осталось найти этот чердак.