Цитаты
288726
Где она дикая-то? Она очень даже домашняя. Из квартиры бы не выходила, все бы дома жила и шила….
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- Выбор одобряю. Маме звонить?
- Не надо. Сам еще не разобрался.
- Ну, разбирайся. А то мать узнает – разбираться некогда будет.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
Борислав считал себя очень спокойным человеком. Иногда даже слишком. И это спокойствие часто пугало окружающих. А чего ему волноваться? К нему ж только самоубийца полезет. И тот слепой.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- В том то и дело, что нельзя терпеть. Никому нельзя. Иначе терпение закончится, и начнется ад. А его совсем никто не выдерживает. Или сами сгорают, или сжигают других.
- А если нельзя не терпеть? – Через минуту обдумывания спросила она.
- Все всегда завершается одним и тем же – терпение заканчивается. Так зачем же терпеть рядом с собой человека, которого терпеть не можешь? А каково тому, кто знает, что ты просто терпишь его?
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- Зачем квартиру разносить, если у меня дом есть? Большой. Я в него влезаю. – Похвастался Борис и снова покосился на нее. – И машину себе большую собрал. В нее я тоже влезаю. – Он хлопнул по рулю пудовой ладошкой. – И кровать у меня такая, что в нее я тоже влезаю.
- В одежду только не влезаете. – Напомнила Дуся.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- Дуська, а может ну его. Не прокормишь же.
- Я сам готовлю.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
Послушный мужик – это всегда какой-то подвох. Может быть, ей тоже пока послушно отвечать.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
Да ему до потолка от макушки всего ничего. Если подпрыгнет – проломит. В то, что может пострадать макушка, Дуся почему-то не верила…
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- Не надо ей…. Об мужиках бы подумала. Сколько их, сироток, тут шатается, бесхозных.
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
Что-то все тут какие-то ... не такие...
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
-Роженица? – Переспросил доктор. – С ней все нормально. Родила сама, три шва всего наложили. Вот только…. – Он ненадолго задумался. – Она когда ребенка увидела, сказала: «Какой же это Иван? Это целый Илларион!».
Хвостикова Дульсинея Петровна поставила на себе и своей жизни жирный крест, сознательно выбрав для себя серое и спокойное существование. Однако, когда за ее жизнь берется вездесущая Наумовна, то крест неожиданно может превратиться в жирный плюс. Или даже в галочку в блокноте неугомонной старушки.
- Грубиян!
- И ведь знаете это, а все равно в мою квартиру претесь. Намазано вам здесь что ли? Как муха на мёд...
- Да больно надо. Какой уж там мёд, на другое прилетаю.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
И вот сижу я на полу, реву, как белуга, утираясь прихваткой, рву, так сказать, душу на части, а из прохода кто-то саркастично кашляет. Всё настроение самобичевательное испортили.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
Пришла пора принять факт - есть женщины, способные делить постель с мужчиной и не делить с ним свою душу, но я - не одна из них.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
- Как дела? – снова появившись в машине, мой личный кошмар широко улыбнулся. - Чувствуешь, какой здесь воздух? Так пахнет свобода от столичной суеты и бытуёвины!
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
- Ну, знаешь! Я адекватная!!!
- Вижу, - хохотнул Алекс.
- И очень даже принципиальная!!!
- Угу, - он пробежался взглядом по моему наряду снизу вверх, остановившись на слишком откровенном декольте, видневшейся из-под пиджака. - Смотри, что бы принципы не повываливались наружу в самый неподходящий момент.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
Люди или учатся на своих ошибках, или продолжают набивать шишки на каждом шагу...
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
и улеглась в кровать, ждать волшебного эффекта. И дождалась, но не волшебства.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
Вспоминала-вспоминала , а потом резко захотела забыть и побыстрее…
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
...обхватив себя за плечи и зябко поежившись ...
- Замерзла?
- Нет. Просто очень люблю себя! - огрызнулась я.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
- Стоять!
Ага, хрен ему.
- Εшь полезную пищу, и будет стоять, - посоветовала умница я, бодро процокав каблучками.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
Светлана
добавила цитату
из книги
«Межгалактическая Академия Псиона Курсантка по приказу»
3 года назад
Хранить верность - это достоинство, познать верность - это честь.
Книга 1.
Никогда не отказывай «золотому мальчику», особенно, если ты - сирота. Сбежала? Будь готова лишиться места в любимом университете и забудь о карьере. Вляпалась в неприятности? Не вызывай псионика! Не.....
Всё в его движениях и мимике буквально кричало: мужик очень зол. А мне было плевать. В голове гулял ветер, в глазах сияло счастье, а пятая точка вообще желала прοдοлжения банкета.
- Музыки! Включите что-то рοмантичнοе. У нас же с..с… как его? Ну? су.. свидание!
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
- Ты напилась! - обличительно выдал он.
- Ещё нет. Но мне уже хорошо. Как ты и обещал!
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...
- Ты вывοдишь меня из себя.
- Ты вο мне не бывал, что бы я тебя выводила.
— Любите эксперименты, Аня? — Нет, — хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли что-нибудь, если выпрыгну на ходу. — А мне показалось… — Показалось. Я против боли, Алексей Викторович. — Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе. — Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили. — Мы? — Он удивленно посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: — Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер. — Да, но я имела ввиду...