Никогда не думала, что салат так привлекателен в качестве подушки, но меня еще ни одно спальное изделие не манило так, как это склизкое творение местной кулинарии…
О-о-о, как я теперь хочу в засаду… но, главное, с Алексом! И такую засаду, чтобы дня на три-четыре, и никого вокруг…
– Этот маньяк, который убивал и насиловал столько лет, после этой… журналистки сам сдался полиции с единственным требованием – не допускать к нему прессу!
Когда представитель сильного пола, даже самый щуплый и мелкий, готовит ужин… он как-то сразу начинает восприниматься как первобытный охотник-добытчик, словно мускулами обрастает…
О боги, на таких мужчин ходят посмотреть в стрип-бар, пускают слюнки, а потом уносят это видение домой, чтобы мысленно наложить этот образ на своего благоверного.
…Делаю первый шаг – на этот раз на меня прыгнул пол и больно ударил по голове! Или это я упала?
Я села – мир качнулся. Я аккуратно встала, и кровать бросилась мне под пятую точку… Или это я упала?
…Желудок начал чего-то странного требовать… то ли поесть, то ли от остатков прошлого перекуса избавиться…
— Лика, птица обломинго родилась с тобой в один день, и даже в одном родильном зале!
Сумбур в голове набирал обороты. Тараканы очертили круг защитным мелом и собрались в центре, чтобы их не зацепило бурей. Ведьма же думает!
Напротив княгини, у открытого окна, стоял молодой князь, вдыхал богатырской грудью веселый апрельский воздух. Русые кудри трепал озорной ветер. Внизу, во дворе, кмети [4] уже запрягли лошадей, и теперь с нетерпением поглядывали в сторону терема, переговаривались, дружно над чем-то гоготали. Там молодость, весна.
Все города, промелькнувшие перед глазами Евдокии, имели свой особый дух. Полоцк — седой мудрец, поучающий, наставляющий, познавший какую-то сокровенную, не доступную другим истину. Витебск — веселый, бесшабашный коробейник-гуляка, город — праздник, гостеприимный и хлебосольный. Хитрый купчина — затворенный от чужака Торопец, вечный труженик, приумножающий богатства, не покладая рук, и не желающий залетным гостям за дарма отдавать нажитое. Ржев — могучий богатырь с полуночными ключами от Смоленской земли, град — витязь. Теврь и Углич, молодые задиры-отроки, когда-нибудь подрастут, возмужают, а пока наскакивают на всякого, озорничают, пробуют бушующую силушку.
Ярославль оказался городом молитвенником.
Моя прабабка всегда твердит: чтобы врать, надо иметь две памяти.
не женись на скучной девице, нет ничего хуже скуки в доме!
Если рядом любимый человек, никакие опасности не страшны.
в мире нет ничего страшнее невежества и бескультурья.
Люди негативно воспринимают изменения в привычном ритме жизни. Более того, такие изменения становятся причиной нервозности и неуверенности в себе. И это вполне естественно. Не случайно большинство людей предпочитает, чтобы все шло своим чередом.
Странные существа люди. Еще месяц назад мы и не знали о существовании друг друга, а теперь стали почти родными...
нельзя судить о человеке только по его одежке…
Если две такие разные женщины высказывают практически одно и то же мнение, можно считать его достаточно объективным.
Женщины - дипломаты от природы.
На людях человек, как правило, старается скрыть, что творится в его душе. Но когда человеку кажется, что он один и никто его не видит, все, что таится внутри него, включая самое гадкое, находит выход и отражается на его лице, в его глазах.
... в деревне крайне важно, какое впечатление ты произведешь на людей при первой встрече. Если плохое, тебя ославят дураком. Тут все важно — одежда, манеры, но ни в коем случае нельзя подстраиваться под местных жителей.
женщина, сильно влюбленная, убеждена, что и объект ее любви отвечает ей взаимностью, достоин абсолютного доверия.
Любовь, привязанность — эти чувства возникают лишь как результат взаимопонимания