У женщины всегда должен быть выбор, даже если она уже без одежды!
– Катя, мы половинки одной души. Мы даже в темноте друг к другу тянемся. На ощупь, спотыкаясь, но ищем друг друга.
– А с ней ты кем был? Если я половинка, почему оставил меня? – сглотнула вязкий ком и щеку прикусила, чтобы не выплеснуть слезами свою боль. Половинки не уничтожают свое, нужное, ценное и важное, а он растоптал!
– Я – половинка с дефектом, но стремлюсь к своей идеальной части. Целым стать хочу, но без тебя не выходит. Ты нужна мне…
Кто как хочет, так и дрочит.
Все бабы хотят стабильности, даже те, которые типа самодостаточные тигрицы.
Плыть по течению всегда легче, чем грести против судьбы. Соблазниться проще, чем противостоять искушению. Просить прощение надежней, когда уверен, что простят.
Какая тонкая материя наша психика: сначала бежим от жутких триггеров, потом догоняем их, ломая ноги.
Так просто, если любят в ответ. Так сложно, если отвечают молчанием.
– Знаешь, ты вроде не дурак, но иногда сущий идиот...
...бывший муж в беде на радость бывшей жене.
...загадывать наперед – небо веселить. Расскажи Богу о своих планах, и он первый посмеется над ними. Святая истина. Никогда не говори «никогда».
Так я и стоял обтекающий ее ироничным заявлением. Надоел, значит. Да ладно! Надоел, ничего себе. Пиздец, блядь. Лучше бы меня голуби обосрали.
...я признавала, что воздух густеет и раскаляется, когда Полонский рядом. Это притяжение на уровне инстинктов. Но мы ведь не животные. Не альфа и омега, которые в течке здравомыслие теряли. Мы люди. Мы выбираем головой и сердцем.
Если любовь умирает, то происходит это именно так: атрофируется с годами, а когда время приходит, отпадает, как хвост у ящерицы, за который дернули случайно. Или, наоборот, неслучайно? Но рана кровоточащая в любом случае будет…
В мечтах мы во всех позах друг друга попробовали (не так робко, как в первый раз было), но это в голове только. В мыслях ведь можно? Это ведь не измена?
– Раз уж тут мы все посмотрели, давай я тебе быстренько экcкурсию организую, чтобы не блуждала потом.
И вот снова эта неестественная доброта меня не проняла.
«Быстренько» затянулось у нас часа на четыре. Я уже ноги еле переставляла, когда от мельтешения дверей перед глазами начало штормить. Εсли некромаг рассчитывал, будто я запомню хоть что-то, то зря. Для себя решила – если вдруг заблужусь, буду двигаться вниз. Там же выход. Теоретически.
В какую булочку дерьмо не запихни, повидла не получится!
Важен не талант, а его применение.
- Прости, конечно, - сказал Рик. - Но твой отец вызывает во мне страстную и неконтролируемую жажду крови.
- У, - Осариди мрачно закатил глаза. - Просто поверь мне, он на всех так влияет. Другие страстные желания из тех цивилизованных существ, кого я знаю, он вызывает только у мамы. Но она, при всей моей любви к ней, обладает несколько специфичным вкусом.
Правда, Ко понятия не имела, как с такой вот парой, знатной и высокородной, себя вести. Усложняло всё то, что у Рика, как бы так сказать, был слегка сложный характер. А у Ко была совместимость с одним его врагом и роман в прошлом - с другим.
Воистину, тяжело быть юной драконицей!
- Когда любишь дракона, умей полюбить тёмные пещеры, разве не так говорят? Все мы делим с близкими и светлые, и тёмные стороны. Они любят тебя, они рядом, и потому это не может их не коснуться...
Да, вот тут человечке нельзя было не отдать должное - в своих решениях была она внезапна, как осьминог в унитазе.
- Правда в том, что я не хочу умирать, честно. Но лучше это, лучше так, чем быть куклой для того, кто убил мою семью. Я не смирюсь, Лиибу! Какими бы ни были инстинкты, оправдания, будь ты прекраснейшим мужчиной на земле, самым истинным из истинных, запри меня хоть на тысячу лет. Я не смирюсь, потому что такое не прощают за красивые глаза, истинность или слова о любви! Этого недостаточно, слышишь! И, если ты все же решишь меня запереть, я сделаю всё, слышишь, всё, чтобы уйти за грань и забрать тебя с собой. Клянусь памятью моей матери, я никогда не смирюсь!
- Полная свобода в рамках поместья, - скривилась Малаки. - Звучит примерно так, как полная свобода в пределах тюремной камеры.
- Я признал тебя - ещё там, на ферме. Мы пара, и этого уже ничто не изменит. Таковы законы нашего мира.
- Это - жестокие законы, - сказала хорьи. - Лишающие выбора.
- Бывают оригиналы, считающие их романтичными.
- Мне нравится, как ты держишься. Мне нравится твоя смелость и ум. Я мог бы полюбить тебя.
Малаки стало смешно.
- Да насилуй уже, - усмехнулась она. - Хватит трепаться, мы оба понимаем, к чему дело идёт, оба знаем, что я толком не смогу сопротивляться. На твоей стороне сила, и мои собственные инстинкты, и даже проклятая истинность. К чему болтать? Просто не надо... называть эту грязь любовью, ладно?