принц точно уяснил: все свои поступки разумные люди связывают с окружающими их обстоятельствами и явлениями.
Жить нужно не прошлым. Прошлое – это опыт, о котором стоит помнить, делать выводы и стараться не допускать повторения ошибок. И не будущим, пребывая в постоянных фантазиях. Жить нужно настоящим. И так, чтобы настоящее стало фундаментом того самого будущего, о котором мечтаешь.
- Бенг, ты видел эти противно-смазливые рожи лесников? Как ты думаешь… быстро они рассмотрят, какая она необыкновенная?
— Не думаю… — пряча улыбку, миролюбиво заметил его высочество-третий, — ты же не сразу рассмотрел?
можно научить служанку правильно сервировать стол, но несбыточно даже мечтать, что получится научить ее уважать право собственности.
если хочешь, чтоб к тебе относились по-хорошему, не стоит считать всех глупее себя. Ну и не мешало бы в ответ тоже делать окружающим что-нибудь доброе, а не гадости.
— Вот скажите, — не выдержал наконец принц, — почему так много людей, которые считают, что если человек — не прожженный негодяй и не бездушный самоуверенный деспот, то он — совершенный дурак?! И его добротой можно пользоваться, а им самим вертеть, как угодно?!
- Мои фаворитки не травились ни разу, я сразу предупредил, что это признак глупости, а терпеть рядом с собой глупую женщину я не намерен.
— И почему ты не сказал мне этого раньше?
— Каждый доходит до такого своим умом… или не доходит никогда.
Сеньорита сразу сбавила скорость, пошла неторопливым, гуляющим шагом, каким может ходить, по ее пониманию, только человек с кристально чистой совестью.
— И умны не по годам, — немного прохладнее сообщила ее величество.
— Мне всегда казалось, что количество прожитых лет не имеет никакого отношения к уму, — печально призналась Илли
короли издавали указы во все времена, а подданные во все времена изыскивали способы, как половчее их обойти.
Но на то и придумывает человек грандиозные планы, чтоб судьбе было чем развлечься, разрушая их дотла.
- Поэтому постарайся своими историями пробудить в нём ещё больший интерес и желание, а не чередуй в гостиничном номере две малоэффективные в наше время профессии : невротического истукана и горделивого шагомера.
"Быть правым» и «поступить правильно» подчас совершенно разные понятия.
И началась моя новая жизнь.
Плюс: моя новая жизнь прекрасна.
Минус: в ней по-прежнему слишком много родственников, которые так и норовят без стука ввалиться в комнату в самый неподходящий момент.
– Всегда приятно знать, что сидишь у кого-то в печенках.
Плюс: ну теперь-то я точно встречусь лицом к лицу с мировым злом!
Минус: вот оно мне надо было?
- Короче, что тебе нужно? Подписанный кровью договор? Клятва на мизинчиках? Обет, принесенный великому Ктулху? Говори уже.
– Вашего слова будет достаточно, – сухо кивнула я.
– Хорошо, даю слово. Ты рассказываешь мне, я тебе, и мы вместе пытаемся спасти мир.
И вот он склоняется ко мне, а я понятия не имею, что делать: куда губы девать, куда нос отворачивать, а ведь еще язык пристроить надо и зубами никуда не врезаться, я слышала, что зубы – это самое сложное.
В итоге я так перенервничала, что до крови прокусила несчастному Мечникову губу и попыталась сбежать, но он поймал, прижал к стене и… Дальше было слюняво и, если честно, не очень приятно, но безумно занимательно.
Надо отдать ей должное, работала библиотекарша быстро и четко – не то что некоторые старушки, на которых я столько раз натыкалась в госструктурах. Те на компьютеры по прежнему смотрят как на врагов народа, а стоит курсору перескочить на соседнюю строчку, тут же орут «Витя!» или там «Петя!», чтобы некий сисадмин срочно «вернул все, как было».
Тяжела работа сисадмин…
И с новыми учебниками истории тоже было интересно ознакомиться.
Оказывается, творить историю легко. История – это то, что написано в книжках.
Почему-то от осознания чужого несовершенства на душе стало легче.
… О том, что мудрость понятие относительное, редко думаешь в момент, когда она отказывает.
Абсолютная истина в неабсолютности всех и всяческих истин.
— Улита, где у тебя кнопка паузы? Нажми ее и держи обеими руками!..
— …«Меньше знаешь, лучше работаешь ложкой», как любила порой говорить одна моя знакомая отравительница.