— Голову запрокиньте. — Евдокия со вздохом отправила несчастный зонтик, не выдержавший столкновения с конскою мордой, в урну. — Аленка, помоги ему. Ощущение, господин офицер, что вам ни разу нос не ломали.
— А вам, значит, ломали регулярно?
— Дважды…
— Бурная у вас… жизнь, панночка Евдокия.
— Не дергайся, — прошипели, дыхнув в лицо чесночною подливой. — Это похищение.
— Хорошо, что не ограбление. — Евдокия ответила машинально.
— Почему?
— Не люблю расставаться с деньгами.
– Ридикюль верните. У меня там вязание.
…а по весу и не скажешь. Хотя, может, она, подобно древней Бяловецкой панне, кольчугу вяжет…
— Проклятье...
— Не ругайся.
— Я не ругаюсь, я громко думаю.
Я встретил вас. И все.
Краткий рассказ о жизни, которую трагически прервала ранняя женитьба
мужчинам в принципе свойственно прозревать после свадьбы
Людям нужно давать повод для сплетен, иначе они такого себе навыдумывают…
шоколад, как и все хорошее в жизни, имел обыкновение быстро заканчиваться.
Если вас могут понять неправильно, вас непременно поймут неправильно. Даже если вас нельзя понять неправильно, вас все равно…
из двух зол выбирают меньшее.
Каждый сам кузнец своего счастья…
— Десять сребней, — озвучила цену Евдокия, с наслаждением наблюдая, как меняется выражение его лица. И брезгливость — не по нраву пану офицеру Евдокиина готовность продать подопечную — сменяется удивлением, а потом возмущением. Ничего, это только начало. И Евдокия уточнила. — В месяц.
— Что? Да это грабеж!
— Не грабеж, а точка пересечения кривых спроса и предложения, формирующая конечную цену продукта, — спокойно ответила Евдокия.
В конце концов, она голодна. А женщина, лишенная кренделей и уважения, отчаянно нуждается в моральной компенсации.
Прошлое нельзя спрятать, - сказал он как-то, - с ним можно научиться жить, и только…
На любого хитрого лиса капкан найдется
Женщина должна быть хрупкой, беспомощной... хотя бы с виду.
Каждый новый сад – непрочитанных книга, чьи страницы наполнены возможностью.
Заблуждение думать, что депрессия - всего лишь нежелание человека "взять себя в руки". И не меньшее заблуждение полагать, будто плохое настроение и депрессия - синонимы.
— Отлично. У нас есть несколько впечатляющих записей битвы со станции с вами двумя, много крови, много отрубленных конечностей. Сейчас над этим работают. Мы объединим это с объявлением о свадьбе.
Мы отдавали себе отчет в том, что рождение третьего ребенка создаст массу дополнительных проблем, но все же пошли на это, потому что понимали — трудности пройдут, а счастье останется.
Время — странная штука. Когда ты с нетерпением ждешь чего-то, кажется, что оно тянется бесконечно. А когда оглядываешься назад, оказывается, что оно пролетело как одно мгновение.
- Испортишь мне приличное поведение, и я устрою тебе кончину нервных клеток из оставшегося здоровья!
Я прямо как наш преподаватель физической подготовки на осеннем балу : сколько бы он ни пытался танцевать, у него всё равно получались приседания.
- Зачем ты хотела меня убить?
- Я тебя спасала! - Я сделала шаг из-за колонны.
- Пожалуйста, больше не спасай. Дай мне умереть самостоятельно...
- Ну это же вообще замечательно! Не нужно никого преследовать. Сами придут... - кровожадно оскалился Ферри в предвкушении. - А то бегай за противниками, потей, уставай.
"Угу, а так мы умрём полные сил и энергии", - мрачно подумала я.
... но тут слово взял Катафалк, и ... Все убедились, что профессору Грейту прозвище дали не зря. Оно ему не просто шло. Ехало!