Чёрные боксеры подчёркивали его загорелое, стройное тело – рельефные, но не перекачанные мышцы груди и живота, широкие, сильные плечи и красивые, крепкие ноги – так сексуально, что девчонки разом затихли и лишь слегка перехрюкивались глупыми смешками.
От него воняло куревом и дорогим парфюмом, ...
Всё что я хотела, это свободы, но обязательства, наложенные обществом, не давали её. Каждый день я должна быть примерной женой, которая ведет себя достойно, блюдет свою репутацию и заглядывает с обожанием в глаза мужа. Всё это выматывает меня, убивает во мне женщину, как особь. Сексуальность закончилась на десятом году совместной жизни, желание придумывать что-то новое и удивлять, еще раньше. Рутинные дни, одинаковые ночи, пять минут секса и на боковую с чувством неудовлетворенности, но выполненного долга
— женская душа — потёмки: и фонарь не поможет.
– Ее планов я пока не знаю. Но внутренний голос мне подсказывает, «баклан» – это что-то оскорбительное.
— Кто ж не любит тех, кто умеет слушать
«Не обращать внимания на слабости и ошибки окружающих — важное правило этикета» — узнала я из этой кладези мудрости.
М-да, Гера, не стоит прилюдно трепаться про свои дела и тем более планы.
Вспомнилась шутка из интернета: «Двадцать первый век. Сел телефон. И всё, понимаете, всё? Был человек — нет человека».
Он не обладал особыми талантами, но хотел получать всё «быстро и легко». Быстрым и легким ему виделся путь в альфонсы. А что, красивая мордашка имелась, мускулы накачал, курсы пикапа прошел.
Его женой оказалась молодящаяся шатенка из породы светских львиц.
Правда, на всех фото стервозное выражение лица и печать клуба «Что еще исправить?» на лбу. Я таких называл жертвами пластической хирургии. Похоже, она выровняла/накачала/убрала/подрихтовала всё, что только можно.
Приятно исполнять мечты любимого человека…
Ближе к вечеру я пребывала в хорошем настроении. Уверена: главное — любовь и схожие ценности, а остальное приложится!
... если основные моменты тебя устраивают, то и остальное приложится. Выясни всё. Возможно, там ничего крамольного, а ты себе уже Эверест из внутренних терзаний соорудила!
Можно доказывать с пеной у рта что секс это не главное в паре, что все строится на любви, нежности, только для меня это отговорки тех людей, между которыми отсутствует взаимное притяжение. Хороший секс должен быть, хотя бы для того, что все возникшие ссоры можно решать "с выдумкой".
— Так поговори с ним! Поддержи его стремление пообщаться, — развела руками подруга.
— А я не поддерживала разве? — снова взъярилась я. — Во всем поддерживала! Даже пока он восемь месяцев не мог найти место после увольнения
Подруга избрала верную тактику — кивки и поддакивания — и придерживалась ее, пока я орала и кричала.
Лучше узнать горькую правду в самом начале пути, когда есть много возможностей сменить поприще, чем убедиться в этом спустя много лет, когда жизнь или значительная ее часть, будет истрачена понапрасну. Это был единственно верный и гуманный подход.
И вот сейчас я в тысячу первый раз мысленно отвесила себе подзатыльник и напомнила фразу, которую произнесла в день нашего знакомства с Эршей её бабушка:
— Деточка, ну ладно она, у неё мозгов, как у комара, но ты-то её зачем слушала? Хорошие идеи в голову моей внучке ещё никогда не приходили.
Но если оставаться невозможно, то надо уходить. В никуда, на "авось", в надежде...
— Неужели тебе настолько все безразлично? — Нет. Но когда не можешь ничего изменить, остается только ждать. Если хочешь — молись.
Не торопись стать взрослой. У взрослых гораздо больше проблем, чем ты можешь себе представить.
Эмма испытывала гордость за свою девочку. Умную и храбрую. Алан Ярборро же испытывал страх за свою дочь. Упрямую и наглую.
– Видишь ли, – продолжала профессор, делая вид, что не замечает ни попытки крыса уйти от ответственности, ни алых ушей провинившейся студентки, – фи-ху не только очень любопытны, но и болтливы не в меру. А еще они очень любят мятные кубики шербета из «Зеленой мантии». Если запастись пакетиком – принесут что угодно. И что угодно выложат! Так что за списком прочитанной Джен Ярборро литературой я слежу. – Дин торжественно сделала глоток киселя. – Из чистого любопытства, моя дорогая, из чистого любопытства! Просто присматриваюсь, ищу себе студентов. В тебе есть… отчаянное любопытство. А без него в зельеварении делать нечего, вот что я тебе скажу!
– Погоди-погоди… Запах острый, теплый, но при этом сладко-шоколадный?
– Да!
– Сначала резкий, а потом мягкий, ванильный, с нотками цветущей тихушницы?
– Точно!
– Но это первый вдох! А второй – будто на кухне, где только-только сварили лимонный крем и поставили остывать, на огне уже подходит горячий шоколад?
– Именно! И немного корицей. Кажется…
– «Сон шахиррра»! Где?
– Что?
– Не тупи, Ярборро! Коробочка твоя круглая где?
– В комнате у меня. Чай… Так мы… помирились?
– Солнышко, да мы и не сорились!