— Марк, у тебя совесть вообще есть? — устало полюбопытствовал некромант.
— Со-о-овесть? — протянул эр следователь, задумчиво нахмурившись. — Мелкий астральный паразит из семейства душеглодов и нервососов? Нет! Я слежу за тем, чтоб ко мне не цеплялась подобная пакость. И тебе рекомендую.
– Нам кажется, что мы всё всегда сможем исправить и переделать. Живем, как черновик пишем. А жить надо набело. Некоторые возможности даются только один раз. Другого раза – не будет. Все происходит здесь и сейчас. Никакого «потом» не бывает. Ты меня понимаешь?
...смерть – это же не когда ты один и никого больше нет! Наоборот! Все есть, а тебя больше нет!
...любовь не ветрянка, ею невозможно переболеть.
Реальная жизнь намного сложнее и заковыристее, чем её представляют в кинематографе. И главное, что её нельзя поставить на паузу или перемотать назад, чтобы убедиться в неправильности тех или иных шагов. Приходится шагать дальше, как бы трудно это не было.
Иногда мне думается: мёртвые не оставляют нас потому, что мы слишком мало их любим. Мы забываем их, пусть непреднамеренно, но забываем. Какой бы про продолжительной ни была наша скорбь по любимому человеку, жизнь рано или поздно берёт своё...
Хотя нормальный точно бы не стал заказывать себе эскорт. Впрочем, есть такая категория мужчин, они просто кайфуют от своей власти над другими, поэтому заплатил деньги, считай, получил игрушку, которую можно ломать.
когда трясёшься над чем-то, боясь подставы от судьбы, эта подстава обязательно происходит.
Как много тех, с кем можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем хочется проснуться…
И утром, расставаясь улыбнуться,
И помахать рукой, и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.
Как быстро выяснилось после родов, дети вовсе не делают брак крепче. Более того, ребенок оказался лакмусовой бумажкой, проявившей все их проблемы, заставивший их показать себя с самой дурной стороны.
Я поворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в рослую блондинку. Про таких говорят – ноги от ушей. Ещё и задница охрененно подкаченная, которую она, естественно, не стесняется демонстрировать. Часто у тех, кто озабочен своим телом, самомнение раздутое, здесь также не исключение. На лице выражение из серии «я круче всех и прекрасно об этом знаю».
В графе достоинств получилось сто четырнадцать пунктов, и в принципе она могла бы продолжить. Яра погрызла кончик ручки. Развестись хотелось уже не так сильно. Определенно, такая корова нужна самому. И вообще, так можно решить, что ее муж просто-таки идеал…
— Клянусь посещать стоматолога два раза в год.
— Серьезно?!
Яра отпрянула, и на лице у нее отразилось такое изумление, что Грач немедленно осознал, что именно он сказал. Очень захотелось взять свои слова обратно. Но Яра снова просияла.
— Это лучшая клятва, которую ты мог мне дать, — заявила она. — Вот теперь я точно верю, что ты меня любишь.
— Мне страшно, Гриш. А вдруг у нас все-таки ничего не получится, и мы проснемся через много лет и поймем, что зря сломали друг другу жизнь.
Он берет ее ладонь в свою.
— Мне тоже страшно. Но давай по старинке продолжим бояться вместе?
— Ну все, прояснили уже. Справимся. Ты только мне скажи, что мне не нужно на работе волноваться еще и о том, что я приду домой, а тут нет твоих вещей.
— Не нужно. За раз я все равно все не вывезу…
Простые действия даруют чувство опоры. Прибираясь вокруг себя, вполне можно прибраться и в том, что внутри.
Чтобы началась война, мало причин, нужен повод.
— Когда я просил у тебя дочь, я как-то не думал о том, что она вырастет, и мы столкнемся вот с этим всем… Мне хотелось, ну, знаешь, этакую маленькую тебя, которая станет обнимать меня пухлыми ладошками и утверждать, что любит.
Настя засмеялась.
— А в результате мы получили гремучую смесь, на фоне которой все наши трое сыновей — сущие ангелы.
Разнообразие образов обогащает актерский опыт лишь в том случае, если эти образы сыграны как следует. Если же опыт сводится к тому, чтобы выйти на сцену и произнести положенные реплики, то толку от него никакого, один вред.
Лиза нравилась ему что в комбезе, что в платье, а переходный период был особенно хорош.
«Заполнить пустоту намного труднее, чем красиво ее позолотить»…
Кая тяжело вздохнул, как сапер, втыкающий на краю поля табличку: «Проверено. Мин полно!»
Одно надломанное деревце зачахнет, а другое, напротив, зарастит рану и станет втрое крепче – но рубец по-прежнему там, под корой, и заметить его может только тот, у кого он тоже есть.
…Информация – она как рыба: утром плавала, а вечером воняет, поэтому кушать ее надо как можно быстрее.
В глубине лавки звонко упала в обморок какая-то гайка.