Цитаты
285509
– И не смей говорить, что ты никому не нужна. Оглянись вокруг! Всегда есть те, кому важен каждый твой шаг.
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
Помню, как однажды бабушка застала мать за тем, что она тайком проверяет карманы отца, пока, как она думала, все спят. Бабушка, стоя на пороге кухни, где сидела до этого в темноте, разглядывая ночное небо, сказала тогда маме:
– А ты хорошо подумала? Как ты будешь жить с тем, что узнаешь, если есть что узнавать?
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
— Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в дворники!
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Лед тронулся! – в ужасе закричал великий комбинатор. – Лед тронулся, господа присяжные заседатели!
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …Меня как-то мало интересует проблема социалистической переделки человека в ангела и вкладчика сберкассы.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Очередь, серая, каменная, была несокрушима, как греческая фаланга. Каждый знал свое место и готов был умереть за свои маленькие права.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Мне тридцать три года, – поспешно сказал Остап, – возраст Иисуса Христа. А что я сделал до сих пор? Учения я не создал, учеников разбазарил, мертвого Паниковского не воскресил…
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
…Великий комбинатор взял в руки сухарик.
— Этому сухарю, – сказал он, – один шаг до точильного камня. И этот шаг уже сделан.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Заграница – это миф о загробной жизни, кто туда попадает, тот не возвращается.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Он был молод душой и годами, но в его кудрях, как луна в джунглях, светилась лысина.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …Адам – честный человек, он плохо разбирается в жизни.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …А сейчас нечего унывать. Довольствием я вас обеспечу. Правда, сгорел мой саквояж, но остались несгораемые идеи.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
В подъезде сидел комендант. У всех входящих он строго требовал пропуск, но если ему пропуска не давали, то он пускал и так.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Судьба играет человеком, а человек играет на трубе.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— А вы лучше, чем я думал, – дружелюбно сказал Бендер. – И правильно. С деньгами нужно расставаться легко, без стонов.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Молодой день в трамвайных бубенцах уже шумел по городу. За палисадом шли осоавиахимовцы, держа винтовки вкривь и вкось, будто несли мотыги.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Вы произошли не от обезьяны, как все граждане, а от коровы. Вы соображаете очень туго, совсем как парнокопытное млекопитающее.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Я умираю от скуки, мы с вами беседуем только два часа, а вы уже надоели мне так, будто я знал вас всю жизнь.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Командовать парадом буду я! – воскликнул великий комбинатор.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Я не хирург, – заметил Остап, – я невропатолог, я психиатр. Я изучаю души своих пациентов. И мне почему-то всегда попадаются очень глупые души.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Рио-де-Жанейро, это хрупкая мечта моего детства, – строго ответил великий комбинатор, – не касайтесь ее своими лапами.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Так что же делать? – забеспокоился Балаганов. – Как снискать хлеб насущный?
— Надо мыслить, – сурово ответил Остап. – Меня, например, кормят идеи.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Ираидала! – раздался рёв у меня за спиной.
Я развернулась и едва удержалась, чтоб не заорать. Спасибо всем ужастикам, что я имела неосторожность посмотреть, только они позволили мне не опозориться.
– Оман! – склонились окружающие в поклоне.
Оман... Оман? Оман!!! Это? Рядом со мной стояла двухметровая зверюга, с такими рогами, что любой бык с корриды мечтал бы о таких. Мышцы, казалось сейчас вот-вот прорвут кожу. Существо передо мной неприятно напоминало макет строения мышц человека из кабинета биологии. Такой очень сильно перекаченный макет.
На груди и плечах торчали плотным слоем шипы. Какой-то неприятный на вид нарост. Однажды в Питере, на экскурсии я видела плиты из радужного лабрадора. Вот и это существо переливалось точно так же. Цвет был просто идентичный. Такая сине-жёлто-бордовая иризация на чёрном фоне. Клыки, когти и перепончатые крылья с наростами-шипами прилагаются...
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
Хотя кто знает? Иногда именнo в подобных тихих омутах бывает такие крупнокалиберные черти водятся, что потом только диву даёшься, откуда что взялось.
Жизнь непредсказуемая штука! Только всё начинает налаживаться и тут она снова подкидывает что-то интересное. Правда, ты отнюдь не всегда понимаешь, что это "чтo-то" - самый настоящий подарок Судьбы. Сначала кажется, что это - Конкретная Большая Проблема! И только время расставляет всё по своим местам. Время, упорство в достижении своих целей и твёрдое следование внутренним принципам. А остальное - уже дело техники! ;)