Цитаты
286796
Как же правы те, кто говорят, что рак приходит не к конкретному человеку. Он приходит в семью. И медленно-медленно ее пожирает.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Я недавно заметила, что в сложные моменты и моменты бессилия человеку всегда нужно во что бы то ни стало их для себя объяснить. Ну, или, на худой конец, найти крайнего. ...Злоба — это тоже обратная сторона бессилия. ...Зачастую то, что нас жрет изнутри, все равно оказывается сильней.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Гремит гром. А вы, наверное, помните, я говорила, что если к кому-то песец подкрадывается незаметно, то ко мне… Ну, да. С громом и молнией.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Правда в том, что психика больного человека устроена таким образом, что он думает лишь о себе.
— Нет… Нет. Какого черта ты делаешь? — На что это похоже? Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью. — Олег, ты спятил? — мой голос дрожит. — Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без… Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Она моя дочь! — Вот и помоги ей. — От его шумного, срывающегося от эмоций дыхания у меня шевелятся волосы. А ещё от...
Тиран – сам раб. Воля к власти, к могуществу – всегда рабья воля. Падшесть человека более всего выражается в том, что он тиран. Ревность есть проявление тиранства в страдательной форме. Человек должен стать не господином, а свободным. Свободный ни над кем не хочет господствовать!
«Не пытайся жить без меня месяц и больше…» – строчки из письма Андрея Миронова к автору книги Татьяне Егоровой.
Это роман о любви, которая оказалась сильнее жизни и смерти. Ни поспешно заключенный брак, ни икебаны из молодых артисток, ни рациональная попытка создать семью, ни превратности судьбы, ни коварное вмешательство его матери (после смерти Андрея они стали очень близки) не смогли уничтожить эту любовь.
Ты мое искушение в чистом виде. Ты стоишь того, чтобы за тобой бегать и искать по всему миру.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
Нельзя Фейберу поддаваться. Это же волк, самый настоящий, дашь слабину — съест.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
— Похоже, Лиза, будем подрабатывать шутами для этого лиса, — фыркнул Фейбер.
Из-за нового места работы родителей я переезжаю в элитный поселок для семей сотрудников волчьей корпорации. Кто бы мог подумать, что учиться мне придется в одном классе с самим наследником всего волчьего клана.
Здесь даже имелся пар с аттракционами, правда, мне мало что удалось разглядеть за кованными воротами. Значит, не так уж они тут средневековые и, возможно, жить в этом мире на так уж и плохо. Если ты не без пяти минут чудовище.
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Асави он из меня собрался делать... Превратить в старую деву в своём недогареме. И потом ещё удивляются, отчего это иномирянки звереют. А попробуй тут не озвереть от таких вот незаманчивых предложений руки и сердца!
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Следуя команде Стального "к ноге, наины!", мы послушно засеменили за лордом к выходу. Ладно, про ногу ничего сказано не было, но смысл приказа не поменялся.
Дилогия. Книга 2. Не успела я пройти первое испытание в безжалостной охоте за трон Харраса, как на горизонте замаячили новые задания, а с ними и новые проблемы. Cамая большая из них — как выжить в чужом незнакомом мире и при этом остаться собой, неунывающей попаданкой Лизой. Хотя нет, вру. На повестке дня еще как минимум два вопроса: как не лишить жизни герцога де Горта (уж слишком многие ждут от меня именно этого, да мне и самой порой хочется того же) и как в него не влюбиться. И...
Каждый наживает воспоминания, от которых боль казнит сердце.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Про всё думать заранее, голова заболит.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Басни складывают не про то, что было когда-то. Люди выдумывают их и тотчас же радостно забывают, что сами всё выдумали. Ибо как выдержать жизнь, как не сойдя с ума принимать рану за раной, если не знать – было!.. не со мной, с кем-то, когда-то, всего один раз – но было, было же чудо!..
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Не обижали её, вот она и не выучилась прощать.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Злая совесть грызёт без зубов, её не уговоришь.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Смерти нет – есть несчитаные миры и вечная Жизнь, рождающая сама себя без конца. Почему же так горько, когда наступает пора прощаться и провожать?
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Смерть – последний поступок, а то нередко и главный. Люди не помнят всего, что совершил воин, но и через сто лет про каждого расскажут, как умер.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Велик ли труд вымолвить слово? Открыть рот, пошевелить языком. Вот только мужества иногда надо больше, чем в битве.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
...Добрые Боги привесили мне язык не той стороной, я придумываю достойное слово хорошо если на другой день.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Судьба не зря зовётся судьбой: она редко расспрашивает, чего хочется человеку, и с ней не поспоришь.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
…Отражение в зеркале ещё не есть сам человек.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Больше одного раза он всё равно меня не убьёт.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Дом!.. он и есть дом, ничто его не заменит. Почему-то вблизи этого не разглядеть, только издалека. Когда утратишь.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Хочешь верной любви – помни, вы двое лишь отражение Неба с Землёй, вечно вглядывающихся друг в друга.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.