Думаешь, я не знаю о том, что альфа пытается сподвигнуть тебя приворожить меня? Или о том, что у тебя уже есть пара? Которая, кстати, всеми фибрами души ненавидит меня. А у меня от такого негатива, между прочем, карма портится.
Мы можем выбирать себе мужчин по сердцу или разочаровано искать другие варианты, но не в наших силах поменять родителей. Они единственные, даны нам Небесами, так же, как и мы им.
Как? Как я его представлю родителям? «Отличный оперативник, а в постели вообще огонь»…
Врать родным нельзя, но и правду говорить – верный тупик.
– Плохое место, – прозвучал в сознании глубокий бархатный голос. Аякс привстал на его плече, пружиня сильными лапами, и, не стесняясь, впился когтями. – А ты что ожидал увидеть в мире дэймоса? – откликнулся оракул, оглядываясь по сторонам. – И вообще, с чего ты решил помогать ему? – От него хорошо пахло, – довольно…
— На тебе кровь, — сказал он спокойно. — Ты убил человека. — Двоих. Одного — прислужника Некроса из темного храма, другого — хорошего парня, который уважал меня и гордился дружбой со мной. Зарезал и бросил подыхать в подворотне как собаку. А для правдоподобия забрал деньги. — Гэл… не надо. — Ангел просил не за себя. Не…
— Я вижу лишь кабинет. Когда ты ушла за его пределы, я перестал тебя видеть.
— Кошмар! Как ты сюда попал?
— Меня отправил сюда Алларис.
— Магистр? — не поверила я. — Он не мог поступить так жестоко!
— Я ему показывал непристойные картинки с твоим участием.
Я опешила.
— Я знала, что магистр слишком добр! — возмутилась я. — Надо было ограничить твои перемещения чуланом!
— Но зачем, Леста? Зачем ты это сделала?
— Как зачем?
— Саира — часть тебя. Как ты могла ею пожертвовать?
— Саира — часть меня. Но и часть тебя тоже, — я с грустной улыбкой повторила ее слова. — Мы не хотели жить без тебя. Запомни. Саира сама приняла это решение. А я ни о чем не жалею.
— Но сейчас у меня нет тени.
— Я не знаю, как это возможно. Такого не было ни разу. Но, Леста, моя любовь никуда не делась. — Он снова прикоснулся губами к моим губам. И отстранился, чтобы добавить: — Я могу повторять это сколько угодно.
— Повторяй. Мне это нравится.
Дракон может полюбить только дракона. Ну или демоницу, у которой есть тень. Тени у меня больше нет. А значит, любви Сандара тоже больше нет. Если не сразу, если пока остается привычка, то увидев меня, новую меня, без тени, он это почувствует. Ощутит, как любовь угасает. Потому что драконы любят только тех, у кого есть такая же тень.
Я не оставил вас, не нужно сомневаться. Вы, демоны, мои любимые творения. Этот мир — мое любимое творение. Именно поэтому я не вмешиваюсь и позволяю вам самим творить свою судьбу
« Я тоже ненавидела изменения. До глубины души.»
— Что это? Логово какой-то твари? — поинтересовался Сандар мысленно.
— Сегодня ты такой любопытный, — иронично заметила я.
— Сегодня вокруг столько всего интересного, — в тон мне ответил дракон.
— И каковы твои прогнозы?
— Скорее всего, умрем в жестоких муках. Процентов девяносто на это.
— Значит, у нас есть десять процентов? Тоже неплохо!
— Нет, что ты. Десять процентов есть у тех тварей, которые убьют быстро и не будут слишком уж сильно мучить. Процента, что мы выживем, просто не существует.
— Но мы теперь сможем быть с Сандаром? Нам ничего не помешает? Правда?
— Не знаю. Сандара нужно спросить.
— Лучше не спрашивать, а сразу…
— Саира! Не трави душу.
— Ты просто слишком занята! Ты во всем виновата!
— Не буду ходить вокруг да около. Ты мне нравишься. Но бегать за тобой я не собираюсь. Да, Леста, я не идиот. Прекрасно понимаю, что ты до сих пор на что-то надеешься, думаешь, будто с Сандаром у вас что-то может получиться. А со мной… со мной ты тогда поцеловалась в надежде перестать думать о нем. Что ж, меня это вполне устраивает. Можешь использовать меня как средство забыть его. Со временем, возможно, твои чувства ко мне изменятся, станут глубже. А пока я побуду твоим способом его забыть.
А вот это уже интересно! Чем-то напоминает наши с ребятами безумные посиделки. Правда, на крышу в последний раз мы забирались, чтобы подшутить над бедными оборотнями одного провинциального городка.
Наверное, Сандар прав. Романтик из меня никакой. И танцевать я тоже не люблю. Но для него, пожалуй, можно сделать исключение.
— Да, Леста, печенька изображала звездного дракона. Но не порти романтику упоминанием насущного.
— Потанцуешь со мной? — спросил Сандар. — Надеюсь, ты умеешь?
— Умею.
— Ножи метать умеешь, танцевать — тоже… Есть хоть что-нибудь, чего ты не умеешь? — весело полюбопытствовал он.
— Конечно!
— И что же это?
— Не все сразу. Я не могу так быстро придумать.
В лесу Даркстоун водились неправильные волки, а кабанчики не имели ничего общего с порядочными свиньями. Вот не бывает у правильных хряков щупалец! И свои хваталки они тянули к прибывшим на смотрины ведьмам.
— Ты не сможешь убить нашего единственного!
— Хватит развешивать нюни! Еще ничего непоправимого не произошло.
— Ну конечно, а когда Сандар умрет, будет уже поздно!
— Ты меня отвлекаешь. Иди вон с Дешем поиграй… И не смей ему говорить о моих размышлениях!
— Не буду… иначе он перестанет со мной играть… И вообще вы дураки. Вы все! Демоны, драконы…
— Одни тени умные.
— Да! Мы не предаем любимых.
— И даже на руинах мира не предаете, ну-ну.
Лорд Даркстоун спал в гробу. Когда увидела, чуть с лестницы не упала. Горячий кофе обжег пальцы и заставил забыть, что я леди и озвучить, в каком гробу я видела глупые розыгрыши.
— Или вы сейчас же договоритесь, что, пока мы отсюда не выберемся, никаких драк и потасовок, или выметайтесь к гваргам, я пойду одна! И еще вы оба, — я ткнула по очереди каждому в грудь, — прямо сейчас начнете мне доверять. Поняли?!
— О, Шаиттар, вижу, ты очень заботишься о Лесте, — не удержался Сандар от ехидного замечания. — Это так трогательно.
— Леста — принцесса империи.
— Только ли в этом дело?
Как сказала бы моя матушка, «глаз горит у парня, точно - или гений, или маньяк».