Любовь пьянит сильнее самых крепких вин.
На вкус и бренд, как говорится, товарищей нет
во сне и в любви нет ничего невозможного.
Доверие — слишком опасная благодетель, когда живешь среди волков.
Я начитанная. Все время читаю. Все журналы – от корки до корки.
В нашей культуре слишком много внимания уделяется внешности, возрасту и общественному статусу. А единственное, что на самом деле имеет значение, – это любовь.
Я люблю красоту, но иногда красивая снаружи вещь скрывает внутри мерзость и зло.
Ни один мужчина не стоит того, чтобы ради него сидеть на диете
Счастье – это когда стоишь босыми ногами на нежном золотистом бархате песка, вдыхаешь упоительный морской воздух и жмуришься на ярком южном солнышке. Волна накатывает на берег, обдавая колени прохладными брызгами. Где-то кричат чайки; отзываясь на прикосновения ветра, вздыхают пальмы. Смуглый до черноты мачо в красных плавках не сводит с тебя восхищенного взгляда. А у бассейна тебя уже ждет прохладный, с кубиками льда, арбузный сок, и единственная неприятность, которая может случиться в этот сказочный день, – это обгоревшие плечи…
— Вонючая задница! Одри, ты что, не могла ее удержать?
— Я думал, она дохлая! И не ругайся при мне!
— Сама ты дохлая, — буркнул я. — А дичь должна быть лишь слегка оглушенной. Чтобы мясо дольше оставалось свежим.
— Конечно, можно даже не жарить, от сырого откусывать! — съязвила Одри. — Чтобы свежее было!
— Это называется сыроедение, — нашелся я.
— Это называется кто-то хреновый охотник!
Не стоит охранять ворота города, стены которого пали
Это любимый прием руководителей - если что-то может навредить их репутации, они сваливают ответственность на того, чьей репутации оно навредить не сможет.
Ну почему я помню всякую ерунду, а серьёзные вещи приходится чуть ли не с боем вырывать у подкрадывающегося склероза?
— Лекс…
— А-а-а, не угомонитесь никак, уродливые гады? Ползи-ползи, кто там на очереди?
— Лекс…
— А по морде не хочешь? Вот так!
— Лекс!
— Что?
— Мне страшно!
Я отвлекся от развлечения и уставился Одри в лицо.
— Я уже говорил, что с тобой можно сдохнуть от скуки?
— Зато с тобой от веселья! Мы висим над стаей монстров, что тут веселого? — возмутилась она.
— В них можно плюнуть, — предложил я.
Адепты — народ любопытный, им только укажи на запретный плод, отвернись на минутку, и от плода останется сиротливый огрызок.
Большая любовь всегда кончается трагично
удивительно, насколько хрупкой и беззащитной может чувствовать себя женщина в крепких мужских руках.
любое разумное существо сначала подумает, а потом скажет. И не всегда то, что подумалось. А сделает вообще третье.
Я буду странствовать, твоя добро, искореняя зло и смываясь прежде, чем поднимется шумиха
-Я знаю, что ты только что смотрела сквозь эту стену.
- Тебе показалось. Это все трудное детство. У меня даже телевизора дома не было. Вот и приходилось рассматривать стены. А по вечерам в гостиной мы дружно смотрели ковёр...
«—Настоящий дом находится там, где стоят твои книги...»
«-«Корабли не для того построены, чтобы стоять в порту»,- процитировала я мистера Ву».
— Какой необыкновенный олень. Мне кажется, или у него на рогах шипы?
— Это чтобы лучше сбивать снег, мисс Лилиана.
Марал судорожно сглотнул и дернул длинным плеткообразным хвостом.
— Какой интересный хвост у этого оленя…
— Это чтобы лучше обороняться от нежити… от нежителей этих земель, — поправил себя колдун, но Лилиана не заметила оговорку.
Она заворожено рассматривала полуживую тварь, у которой были все шансы перейти в разряд абсолютно дохлых, если продолжит настолько плотоядно таращиться.
— Пресветлые духи… У него клыки!
Всю ночь два юных гения
Решали уравнение,
Над ними уравнение
Хихикало в кулак.
Дон ещё советовал пойти в местный музей и поцеловать башмак, якобы принадлежавший Ньютону:
— А что? Говорят, здорово помогает!
Но эта идея не понравилась даже флегматичному Коротышу:
— Ньютон когда жил? Сто лет назад? Так башмак, наверное, грязный…