— Наверное, я уже могу идти сама, — прошептала я, смущаясь.
— Нет. — Он покачал головой. — Лежи и не дергайся, слабость после такого — это совершенно нормальная реакция. Ты весишь, как баран. Не надорвусь.
— Ну так себе сравнение, — слабо улыбнулась я.
— Зато правдивое, — отозвался Кэвин без угрызений совести.
... все мужики — гады им надо от нас только одно! Но это всегда не то, чего нам хочется.
В окно их офиса заглянуло солнце, и он сидит, облитый сиянием. Его глаза, как глаза змеи, смотрят бессонно. Я вижу, что он мог бы быть счастлив. Но вместо этого – богат.
Когда два умных человека собираются даже по самому бредовому поводу, всё равно получаются деньги.
Мужчина может сколько угодно рассуждать про ум женщины, её качества и говорить, что для него это важно. Но уже после того, как ему понравилась внешность.
Секрет: настоящий профессионал никогда не работает за деньги. Работа, само собой, должна оплачиваться, но это нужно не профессионалу, а заказчику. Нужно рынку, чтобы сохранялся заведенный порядок вещей.
Профессионала заводит настоящая задача.
Впрочем, все же еду своровать стоит. Потому что желудок настойчиво требует что-то съесть.
— Так мы идем? — приподнял бровь мужчина, и я, кивнув, спрыгнула с подоконника.
— Веди, если нас поймают и застыдят, скажу, что это ты меня заставил, — предупредила я.
— Вот в этом все женщины! Сами заварят кашу, а сделают виноватым мужчину.
— Будь настойчивее, — приказал начальник. — Это не ясельная группа в детском садике.
— Я никогда не общалась с ясельной группой. Я вообще с детьми не очень.
— А откуда же у тебя такие сюсюкающие нотки? — фыркнул некромант.
— У коровки как-то роды принимала… — призналась я.
— У коровки! Сравнила роды коровки и умертвие!
Чтобы быть счастливым человеком, ... надо в душе оставаться ребёнком.
Любовь между мужчиной и женщиной самая большая выдумка человека. Любить можно родителей, детей, то есть тех, с кем ты связан кровными узами, всё остальное – это стремление выдать желаемое за действительное. Сама посуди, любовь то есть, то вдруг куда-то девается. А всё потому, что любви и не было на самом деле, было влечение, интерес.
Блеф – лучшее оружие против тех, кто думает, что видит тебя насквозь и давно просчитал все ходы.
Миром правят деньги, у кого их больше – того и уважают, а если точнее, боятся, пресмыкаются, лебезят, ненавидят. Любить тебя могут только родители, искренне жалеть, бескорыстно помогать, и то бывают исключения. Что до чужих людей, им на тебя плевать в лучшем случае, в худшем – что-то надо.
Есть два типа мужчин, ... Одни – повзрослевшие дети, которые поняли, что надо извиняться. А вторые – вечные дети, с ними надо как с маленькими, прощать и тут же жалеть, успокаивать.
Половину рабочего времени работники штаба тратят на блуждание по коридорам. Это прекрасная возможность для интимных бесед.
— Можете записывать, — назидательно произнёс распорядитель и вернулся на своё место.
— Тогда рассадка должна быть парной, — наблюдательно заметила София, а я записала первый пункт. Нацарапала… а ещё поставила кляксу. Господи
- Не слушай ее, - встрял Раш. - Нет в мире ничего черного и ничего белого, даже у этой старухи руки по локоть в крови, могу спорить на свои уши. Ты сама хозяйка над собой, тебе самой и решать, кем стать. Овца ты что ли, чтоб тебя забивали?
-Не бояться смерти-не значит не хотеть жить,-весело возразил Нидар.-Жизнь-это счастье.Счастье в равновесии с собой,в каждом новом дне,в родных и любимых существах рядом.
Он был моим всем. А я его ничем…
Орудие труда Нидар отобрал,с интересом осмотрел,проверил заточку и вернул с явным одобрением,после чего я уже с полным правом и с согласия мужчины принялась ему мешать.Ну то есть учиться,конечно,но один бы он точно быстрее управился.
– Наташа.
– Да?
– Вас напугали сегодня. Вы хотите отказаться работать на меня?
Именно в тот момент я дико обрадовалась тому, что он не смотрит на меня. Глаза мыши оказались на мокром месте, и я совсем не хотела, чтобы он увидел это.
– Нет, не хочу.
– Со мной опасно. Но мне нужен такой человек.
– Я же ничего не сделала.
– Вам не надо ничего делать. Вы должны быть рядом. Все время.
Знаете ли вы то самое ощущение, когда у вас в груди, у вашего сердца внезапно вырастают большие, белые и очень пушистые крылья? Вам что-то говорят, а вы чувствуете, как сердце начинает парить…
– Я смогу… – сделала короткую паузу и бесшумно сглотнула слезы. – Я смогу чем-то помочь?
– Вы уже помогаете. Оставайтесь.
– Я принимаю неверные решения.
Да, мне хотелось, чтобы меня поуговаривали, хотя ждать этого от человека с подобными… особенностями было настоящей глупостью. Все же…
– Вы ошибаетесь. Все решения принимаю я.
Чтоб тебя черти сожрали, Микаэль, – пожелал я ему на ночь. – Я тоже тебя люблю, Огонек, – вспомнил он детское прозвище.
К концу четвертого переписывания я пребывала в диком бешенстве и готова была закусить магистром.
Вот скажите мне, какого черта и кто меня за язык дернул? Почему я сказала «нет», если этот бабник подходит мне просто идеально?! Да я, когда впервые взглянула на него магическим зрением, вообще чуть в осадок не выпала и не ослепла одновременно! Такая аура! Такие цвета! Король и наследник по сравнению с ним – дохлые мухи. А этот сидит, губы сжал и как ни в чем не бывало светится всеми цветами радуги! И, самое главное, какой козел этот мой идеальный мужчина! Просто офигительный козел!
Нет, не подумайте, что я эгоистка, но, выросши в приюте, быстро понимаешь, что в первую очередь стоит заботиться о себе, а потом уже о других. Поэтому-то я и пошла учиться, поэтому мне и пришлось два года жить впроголодь на улице, чтобы суметь оплатить хороших репетиторов. Если я смогу подняться в этой жизни, то, возможно, смогу помочь другим это сделать.
Да! Я снова сахарочек в сиропчике! Ради высшего блага придется потерпеть!