– Ну, как? – спросила я, массируя ноющее плечо. Он запрокинул голову назад и рассмеялся. – Бьешь как девчонка. Я сердито посмотрела на него. – Вообще-то я – девчонка, если ты вдруг забыл. Дженсен опустил подбородок, и его взгляд медленно скользнул от кончиков моих босых ног до самых губ. – О, я не забыл. Поверь мне.
Наконец, у нас есть Нейротизм, самый сомнительный из пяти параметров NEO. С одной стороны, эмоциональная стабильность и умение сохранять спокойствие под давлением могут перетягивать чашу весов в свою пользу в тех профессиях, где важны сосредоточенность и рассудительность (кабина самолета и операционная — это лишь два…
Mapли смотрела, как шевелятся идеально очерченные губы, и испытывала одновременно причиняемую ответом боль и острый укол удовлетворения, с которым она научилась принимать разочарование.
Но всё же умудрился оплошать. Кто
мешал ему узнать, сколько на самом деле детей у короля?
– Дейш, успокойся, – произнёс Делилонис. – Уже ничего не
изменишь. Чёрную пустошь ты всё равно получишь. Я тебя
знаю. Просто это будет позже.
– Меня бесит не то, что я её не получил, а то, что я получил
вместо неё! – прорычал наагашейд. - Где эта девчонка?
– Вместе с Роашем отправилась в шатёр, который мы
подготовили для принцессы.
Наагашейд раздражённо бухнул хвостом по земле. Аж столик
подпрыгнул. Делилонис отточенным движением спас
свалившуюся бутылку.
– Первые три дня я не должен её видеть, – процедил
наагашейд. - Боюсь... не сдержусь и придушу к Тёмным!
– Мне проследить за ней?
Дейширолеш поморщился. Нет, своему другу он поручит
смотреть только за своей невестой.
– Нет, подбери кого-нибудь поколоритнее, - мстительно
протянул он. - Пусть осознает, среди кого оказалась. И да, из
вещей пусть возьмёт только самое необходимое. Её платья ей
не пригодятся.
— Чаю хочешь? — Только если у тебя есть мой любимый. — Индия бросила сумочку на обеденный стол и села. Я стала перебирать свои запасы чая. — Такой подойдет, ваше высочество? — спросила я, помахивая чайным пакетиком. Индия внимательно посмотрела и кивнула: — Отлично. Я включила конфорку и поставила чайник. —…
Никто не знает, что говорить после слов утешения. Смерть и горе отпугивают окружающих, потому что никто не может их вынести.
“You are who you are. Don't be ashamed of yourself. At all. Surround yourself with people who cheer you on.”
Даже самый злостный преступник имеет право на адвоката. У ребенка таким адвокатом должен быть родитель.
одиночеcтве отправиться на бал.
— Ты будешь со мной дружить? — раздался тихий голос Аннабет.
— Дружба со мной нередко заканчивается смертью.
— Все жизни заканчиваются смертью. Но я не хочу умирать одна.
— Ты не одна.
Это уже кое-что.
Порой мне кажется, что мы неплохие маги, но никудышные воспитатели. Никак не могу понять, что правильнее: бросить вас в этот мир и смотреть, как вы барахтаетесь, пытаясь выплыть, или всю жизнь катать на лодочке.
Да… можно вывезти принцессу из дворца, но очень сложно ввезти в нее понимание, что власть закончилась
Все-таки, театр – это совершенно другая реальность. Особенно, когда все на высоте: и актеры, и декорации, и сам спектакль.
Инструкции по пользованию спасательными жилетами раздадут на том берегу.
Ну почему я помню всякую ерунду, а серьёзные вещи приходится чуть ли не с боем вырывать у подкрадывающегося склероза?
Дети вообще очень способные ученики, когда дело касается всяческих пакостей.
– Но мне не нравится эта расцветка! Она какая-то неживая! – возражала женщина.
– Так возьмите на саван!– тут же нашелся торговец.
...уговаривал, убеждал, отчитывал, надеясь разбудить в моей душе все доброе, чистое и светлое, чего там отродясь не ночевало.
Чтобы думать, надо что-то знать.
Дураков на свете много, а ушей развесистых аккурат в два раза больше.
Зачем охранять ворота города, стены которого пали?
Да его, видать, повивальная бабка не просто вниз головой уронила, а с размаху башкой о стенку шмякнула.
– С вами я соглашусь пойти только на кладбище, при условии, что вас будут нести, а меня подрядят заколачивать крышку...
Но если сейчас выпью хоть бокал, то соблазнение будет выглядеть как-то так: пришла, села рядом, замахнула стопку, упала под стул.
Я — богиня смерти и хаоса, вроде как должна отвечать за то, над чем не властен Крост, но клянусь, я даже за свoй язык не всегда oтвечаю! И cпособность кастовать тучки, похожe, в прямом смысле передaлась половым путeм. Прямо триппер какой-то.
В Америке с вами могут заговорить когда угодно и где угодно. И не стоит
удивляться и выпучивать глаза, если человек, с которым вы вместе ждете лифт неожиданно
повернется к вам и спросит: «So, what’s up?» или «How’s it going?». Американцам нравится быть
дружелюбными, а вот что они на дух не переносят, так это затяжные (а, порой, и неловкие) паузы.