Смерть уравняла всех и собрала вместе.
Мир никогда не казался таким прекрасным, как сейчас, в момент, когда вот-вот должен был исчезнуть.
Невозможно. Леонардо ненавидел это слово. Будь его воля, он изъял бы его из словарного обихода. Называя что-либо невозможным, человек ставит крест на том, что еще могло бы случиться, – ибо кто же станет работать над тем, что невозможно? Все убеждены, что это бессмысленно. Сколько ни старайся, ничего не добьешься. Люди слишком практичны и потому стремятся лишь к тому, что считают возможным. Но в том-то и штука, что само стремление к чему-либо делает это более вероятным. Когда думаешь о чем-то, что оно возможно, ты словно запускаешь механизм самоисполняющегося пророчества – и точно так же одна мысль о том, будто что-то невозможно, невозможным это и делает.
— Как это говорят про собак?.. Как только они узнают, каково это – убивать… — Я не убийца. — Но всё равно пес.
— Ты нужна нам. — Ничего тебе не нужно, кроме помощи врача.
Люди должны любить то, что нуждается в любви. Чтобы тем самым спасти его.
Невозможно ненавидеть того, кого понимаешь.
Как только поймёшь кого-то, ненавидеть его уже трудно.
Мы носились как очумелые, спасаясь от пухлых ручек, догоняющих нас с восторженным визгом, перепрыгивая через поваленную мебель и валяющихся детей, бились в стекла и делали вид, что умерли. Ничего не помогало, и я проклинала всех родителей, не позволяющих своей детворе завести питомца
и тем самым практически понуждающих ее на столь зверское обращение с чужими, ни в чем не повинными животными. Ну правда же! Или вы знаете хоть одного ребенка, издевающегося над своей собственной собакой на протяжении мало-мальски длительного времени? Если базовая потребность в общении с собакой удовлетворена, то всем остальным жить на белом свете становится гораздо легче.
Папа позеленел от негодования. Он страшно разозлился и даже не пытался этого скрыть. После ухода Никусиных клиентов и ревизора с хозяйкой, которую в конце концов нашли почему-то заблудившейся на чердаке, он в ярости метался по всему дому и кричал, что пока что он еще сам может решать, с каким бредом ему соглашаться, а с каким нет, и что он голова семейства.
Вот это мне очень понравилось, и я сразу решила распределить роли и остальным. Мама оказалась руками, Никуся - мозгами и ногами, а Сашка - голосовыми связками. Сеструха была животом, а я...Ну себе я отвела роль сердца...
Когда я под вечер после долгого сна, наполненного бредовыми кошмарами со взрывающимися разноцветными шарами, наконец пришла в себя, я была уже не простой собакой. Я была собакой, ради которой человек готов рисковать здоровьем и, может быть, даже жизнью. Я и до этого знала, что мы ценные члены семейства, но никогда раньше не понимала так отчетливо значение слова "любовь". Я была по-настоящему любима. Если вам это покажется наивным и пафосным, то пусть будет так. Но в тот вечер я ощутила себя человеком.
Прошлое связано с настоящим, настоящее с будущим, мёртвые с живыми, а живые с теми, кому предстоит родиться.
Сама жизнь людей зависела от того, насколько сильно промокнет земля до прихода жары.
Дорогая, похоже, тебе приходиться делить мужа с петухами
"Когда сжимаешь кулак, никто не сможет ничего положить в твою руку. И ты сам не сможешь ничего взять".
Увидев самые четкие отпечатки босых ног Киззи, он собрал эту пыль в ладони и пошел к хижине.
Сисси в своём репертуаре: пытается отвлечь меня лакомствами, как будто едой, словно штукатуркой, можно заделать трещины в моей жизни. Только вот штукатурка со временем осыпается, а трещины никуда не исчезают, показываясь на глаза, когда этого совсем не ожидаешь.
В те времена полагалось держать свои чувства в узде и молча переживать своё горе. ... ...в те времена никто не думал о душевном здоровье. Поэтому мы засунули эти события под ковёр и сделали вид, что ничего не было.
Пока я жила в Нью-Йорке, притворяясь, что моего детства никогда не существовало, оно действительно начало понемногу исчезать. Наверное, в этом и есть смысл выражения "нельзя дважды войти в одну и ту же реку". Возвращаешься домой, а всё вокруг изменилось до неузнаваемости.
Но за долгие годы Сисси уяснила непреложную истину: тысячи добрых намерений не могут перевесить одну-единственную непростительную ошибку.
- Этот парень однажды разбил тебе сердце, поэтому всегда будет в моём расстрельном списке.
Я получила жестокий урок: нельзя всю жизнь оглядываться назад. Если смотреть на призраков из прошлого, не увидишь того, что прямо перед тобой.
"Нельзя оправдывать непорядочность неведением", - убеждала я себя...
Мама говорит, если зацикливаться на каком-то желании, оно не сбудется, потому что Господь не поощряет тщеславие и тягу к мирским радостям.
Правда, встать между тобой и Сисси труднее, чем приручить блоху.