И снова начнутся эти наводящие вопросы про замужество и разговоры о тикающих часиках.
Не знаю, у кого и что там тикает, у меня давно электронные часы.
Жизнь многогранна, она - то сладкая с горчинкой, то горькая с оттенком сладости на кончике языка. И в том её непередаваемая прелесть.
Я боялась не его предложения, а собственного желания сказать «да». Довериться снова, после предательства. Рискнуть снова, после падения.
Но, может быть, в этом и заключалась настоящая сила. Не в том, чтобы отказываться от новых связей из страха повторить прошлые ошибки, а в том, чтобы иметь смелость пробовать снова. Иметь мудрость видеть различия между тем, что было, и тем, что может быть.
– Боишься...?
– Разумно опасаюсь.
страшно не начинать новое, страшно цепляться за то, что уже умерло.
Наша жизнь – это паутина дорог, и все они к чему-то ведут.
Сибилла увидела, что соседке предстоит встреча с огнем. Возможно, сегодня вечером Алиса уронит на ковер свечу или забудет на столе включенный утюг и сожжет в итоге квартиру. После предупреждения оракула трогать свечи и утюги она не станет. Тем не менее встретиться с огнем ей все равно придется, но уже при других обстоятельствах. Например, она может обнаружить лесной пожар. Или заметить, как горит мусор, в который кто-то бросил окурок.
Есть люди, которые не хотят верить, что легкий, удобный путь закончился и теперь следует выбрать новый, менее прямой и более тернистый. Они топчутся на месте, бьются об угол головой, но в конце концов все же сворачивают, куда надо. Заметь, куда им действительно надо, они отлично могут определить сами, без оракулов и подсказок.
От судьбы не уйдешь, она настигнет тебя рано или поздно, так или иначе. Кому суждено умереть от рака, тот умрет от него, даже если будет знать об этом наперед. Кому предназначено встретить особенного человека, тот встретит его, даже если будет ходить другими путями.
В городе, среди людей, можно быть более одиноким, чем в глухой пещере.
когда находишься наедине с собой, чужие беды тебе не докучают.
Самое страшное в предательстве то, что оно приходит от тех, кому ты безоговорочно доверяешь. От тех, кого любишь больше всего на свете.
Люди, когда толпой навалятся, все на своем пути сметут – и древний лес, и лесную ведьму.
– То-то говорят, что в налоговой работают одни вурдалаки, – сказала я сквозь смех.
– Я тебя прошу. – Парень закатил глаза. – Настоящие вурдалаки – это наши клиенты. Кровь выпьют, жилы вытянут, мозг чайной ложкой съедят, а потом говорят, что вампиры – это мы.
Его объяснение звучало невероятно, но логично. Логичный бред. Какая прелесть!
есть вещи важнее успеха, денег и даже личного счастья... Есть достоинство. Честь. Право быть собой, а не тем, кем тебя хотят сделать другие.
Творческих людей надо беречь, они мир ярким и занятным делают.
Прошлое не изменить. Можно только принять и идти дальше.
Зависть и страх – лучшие мотиваторы для поиска правды, которую от тебя скрывают.
Вы думали как жертва, которая хочет справедливости. А нужно думать как хищник, жаждущий выжить.
– Любовь – плохой советчик в войне, – холодно отрезал он. – Эмоции делают людей предсказуемыми. А предсказуемость – это уязвимость.
дело не только в том, чтобы иметь доказательства. Важно уметь их правильно преподнести.
ненависть – это плохой навигатор. Она сужает зрение до одной точки – до объекта ненависти. Она заставляет биться лбом в стену, вместо того чтобы искать в ней скрытую дверь. Нельзя победить систему, пытаясь ее перекричать. Ее можно только взломать. Холодно, без эмоций, найдя ее уязвимость.
Они думали, что загнали меня в угол. Но они забыли главное правило любого архитектора: даже у самой сложной и запутанной конструкции всегда есть точка, надавив на которую, можно обрушить всё.
Параноя – побочный эффект подобной половинчатой жизни.