Там, где жгут книги, будут сжигать людей.
Каждый, кто считает, что социальная система, в которой государство имеет полную власть, – это рай на земле, должен благодарить бога за то, что с нами еще ничего подобного не произошло. Такие люди просто ничего не понимают.
«Кроме боеприпасов и детей никто ничего уже не производит. Ничего прекрасного не создается, а вся красота, которая существует, уничтожается. Нет ни отдыха, ни романтики»
Несмотря на то, что сам Коул не был большим любителем авангардного искусства, посмотрев половину выставки, он вдруг ощутил неожиданный подъем чувств. «Смелость этих работ была заразительной, – писал англичанин. – Казалось, что ты вошел в здание сумасшедшего дома и понял, что уже в течение долгого времени ты сам хочешь стать сумасшедшим»
Одна тема связывает их всех – бомбежки. Когда несколько часов сидишь в вонючем, набитом людьми и часто ледяном подвале, а наверху все взрывается и горит, не имеет большого значения, кто ты – сторонник нацистов или враг режима, принцесса или коммунист, русский, швед, китаец или ирландский националист.
...в письме своей сестре Дебо Нэнси Митфорд писала: «Я всегда говорила, что между нацизмом и большевизмом минимальная разница, за исключением того, что нацисты лучше организованы и поэтому, вероятно, более опасны»
«Между коммунистами и нацистами нет никакой разницы. Коммунисты замучают до смерти, если ты не рабочий, а нацисты – за то, что ты не немец. Аристократы предпочитают нацистов, а евреи - большевиков»
– Оказывается, быть нужной весьма неплохо успокаивает нервы! – подумала она и, к своему удивлению, довольно быстро заснула крепким, здоровым сном без привычной таблетки снотворного.
«Мало знать себе цену, надо еще пользоваться спросом»
Не спешите избавляться от старого, дорогие соседи. На нем легче строить настоящее и будущее.
Несмотря на возраст Малк не раз бывал в опасных ситуациях и уже привык считать свой дух и своё сердце достаточно закалёнными, чтобы разного рода встряски не нарушали привычный ритм жизни. Драки, ранения, конфликты с властью — да, всё это не оставляло его равнодушным, но и не мешало двигаться дальше. Кто-то из Святых сказал: "Для слабого – непреодолимое препятствие, для сильного – досадная помеха!". И Малк прилагал все силы, чтобы именно эту идею сделать краеугольным камнем своего мировоззрения.
И он выбрал Искру – слабейшее изо всех заклинаний, о которых ему когда-либо приходилось слышать. Но как говорил Наставник: "Не бывает плохих инструментов, бывают плохие исполнители". И с Искрой можно было добиться многого. Особенно если освоить её не на минимально низком уровне, а догнать навык до пика… и, чем Йоррох не шутит, шагнуть дальше!
– Юноша, так одно другому не мешает. Деньги и связи – часть силы аристократа, и игнорировать их, значит игнорировать свою суть, – едва заметно улыбнулся старик. – Так что, вы согласны?
– А разве у меня есть выбор? – скривился Малк.
Йоррох его побери! Он, конечно, уже привык к тому, что далеко не за всяким преступлением в Андалоре следует неотвратимое наказание, но хотя бы видимость справедливости и законности надо соблюдать! И ведь главное, заупрямься он, и это всё равно ничего не изменит.
Его будущий образ, который он трепетно лелеял с детства, вообще не предусматривал эпитетов вроде "здоровяк". Выдержанный, осанистый, благородный, стойкий – всегда пожалуйста, но не здоровяк!! Про остальное и упоминать не хотелось. Проклятье, да если он из кого-то и планировал выбивать дерьмо, то явно не с помощью кулаков!
У всего есть своя цена, и превращение в мускулистого варвара в обмен на право идти стезёй мага далеко не самая высокая плата из возможных...
В этот момент одногруппник до невозможности походил на Толфана. Вроде и происхождением не блещет, и богатством не избалован, и Дар похуже, чем у толстяка, а какая-то неуловимая общность душ всё равно ощущалась. Причём что это так сразу и не скажешь: может какая-то пронырливость и понимание изнанки жизни, может нескрываемое себялюбие. Ясно другое, чем Серж от Толфана точно отличался, так это отсутствием трусости.
Хейзел поняла, что война убивает не только тех, чьи родители получают телеграмму.
Музыка. Ресницы. Волосы, пахнущие сиренью. Легкое касание ее губ на его щеках.
ВОТ И ОНА. ПАРИКМАХЕРСКАЯ. "Королевская борода". ... . Если первый этаж был бородой, то второй - носом?
Прах к праху, пепел к пеплу. Бог даёт, и бог забирает...
Не "жалкий". Трогательный. Грустный. То, что чувствуешь, когда скучаешь по любимым и близким людям.
Смерть, где твое жало?...Ад, где твоя победа?
КАКОВО ЭТО - быть снайпером в снегу? Туман был густым и неприглядным, как снежная стена. Эта чистая белизна приглушила звуки смерти и разрушения, словно плотное одеяло. Какая ужасная шутка.
- Сделать мир безопаснее для людей, которые готовятся к прослушиванию - хорошая причина для того, чтобы отправиться на войну. Если не станет музыки и искусства и вся красота исчезнет - что у нас останется?
Я идеальна, а смертные не могут искренне любить идеал. В конце концов, человеческие иллюзии рушатся, и это их уничтожает.