Цитаты

288811
Дядюшка Зёва открыл толстую-толстую книгу заклинаний, которые наводят сон и на кроликов, и на людей. Слыша эти волшебные слова, все чувствуют тепло, заботу и любовь близких. С ними ты понимаешь: все любят тебя именно таким, какой ты есть.
Сказка «Кролик, который хочет уснуть» создана, чтобы уложить детей спать. История кролика Роджера помогает правильно расслабиться и плавно погрузиться в сон. Подойдет детям от 2 до 4 лет. На русском языке публикуется впервые.
admin добавил цитату из книги «Выбор Ишты» 6 лет назад
Черт, черт, черт! Заказать и не выпить будет верхом идиотизма. Выпить и мгновенно опьянеть, если это окажется ядреным самогоном, тоже получится не фонтан. А вдруг это какая-то гадость? Вдруг ее пьют только портовые нищие, которым с определенного момента по фигу, что хлестать – технический спирт или изысканный коньяк? Или, может, это – смесь желчи василиска с толчеными зубами большой выверны?

Поймав на себе уважительный взгляд «гусара», я молча выругалась снова. Блин, кажется, ближе к истине будет последний вариант. Но делать нечего – пришлось с самым невозмутимым видом взять проклятый бокал и рассеянно, как будто каждый день могу себе позволить пить эту дрянь, пригубить. Хм…
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— Замри и молчи. Молчать было сложнее всего. Я, когда нервничаю, всегда много говорю. Чаще всего не к месту и не вовремя.
Инструкция «Как поймать дракона»: Пункт первый. Быть портальщицей с нестабильным даром. Пункт второй. Выпить немного спиртного в первый день нового года. Пункт третий. Проснуться в одной постели с драконом. Все, ваша задача выполнена. Теперь остаётся лишь бежать, потому что вредный дракон решил сделать вас своей невестой.
- Твоя бабушка мне тут посылку прислала. - Какую посылку? - Это я у тебя и хотел уточнить. Зачем мне травы и настойки со странными названием "Лошадиная сила", " Выносливый скакун", " Мощное копье", и ... - он задумался
Инструкция «Как поймать дракона»: Пункт первый. Быть портальщицей с нестабильным даром. Пункт второй. Выпить немного спиртного в первый день нового года. Пункт третий. Проснуться в одной постели с драконом. Все, ваша задача выполнена. Теперь остаётся лишь бежать, потому что вредный дракон решил сделать вас своей невестой.
— Фейт, совет академии единогласно принял решение отпустить тебя во время каникул под попечительство герцога Олеандра, — торжественным голосом сообщил мне ректор и замер, ожидая моих радостных вздохов и ахов.Не дождался.— Единогласно? — переспросила я, стоя перед столом профессора в его огромном кабинете на самом верху древней башни академии.Надо же, какое единодушие. Сдаётся мне, они всем педагогическим составом плакали от счастья, когда услышали об отъезде. И лишь силой воли сдерживались, чтобы не броситься в нашу комнату в общежитии и не начать собственноручно собирать мне чемоданы.
Инструкция «Как поймать дракона»: Пункт первый. Быть портальщицей с нестабильным даром. Пункт второй. Выпить немного спиртного в первый день нового года. Пункт третий. Проснуться в одной постели с драконом. Все, ваша задача выполнена. Теперь остаётся лишь бежать, потому что вредный дракон решил сделать вас своей невестой.
С ребёнком мы не спешили, наслаждаясь друг другом. Несмотря на ворчание родственников с моей стороны. Особенно старалась ба.— Может, он бракованный? — спросила она в нашу последнюю встречу, подозрительно косясь в сторону моего мужа, который в этот момент о чём-то разговаривал с дедом.— Ба! — ахнула я, едва не подавившись, и зашептала страшным голосом: — Ты что такое говоришь?— А что? Четыре года вместе, а тебя ещё не тошнит. Не тошнит же?— Если только от твоих разговоров, — проворчала я.
Инструкция «Как поймать дракона»: Пункт первый. Быть портальщицей с нестабильным даром. Пункт второй. Выпить немного спиртного в первый день нового года. Пункт третий. Проснуться в одной постели с драконом. Все, ваша задача выполнена. Теперь остаётся лишь бежать, потому что вредный дракон решил сделать вас своей невестой.
 — Твоя бабушка мне тут посылку прислала.— Какую посылку?— Это я у тебя и хотел уточнить. Зачем мне травы и настойки со странным названием «Лошадиная сила», «Выносливый скакун», «Мощное копьё» и… — он задумался, пытаясь вспомнить остальное, — «Гарцующий пони».— Ой, — пропищала я, прижимая ладони к щекам.— Фейт, тебя что-то не устраивает в нашей семейной жизни?— Меня всё очень устраивает, и даже больше. Это всё бабушка.— Её не устраивает? — удивился муж.— Она правнуков хочет, — проворчала я.— И думает, что этот… пони поможет, — хохотнул Трейс.
Инструкция «Как поймать дракона»: Пункт первый. Быть портальщицей с нестабильным даром. Пункт второй. Выпить немного спиртного в первый день нового года. Пункт третий. Проснуться в одной постели с драконом. Все, ваша задача выполнена. Теперь остаётся лишь бежать, потому что вредный дракон решил сделать вас своей невестой.
Он говорил: «Люди влюбленны в мою звездность», но я знал точно, что меня это меня не касается. © Джим Хаттон.
Фредди Меркьюри — культовый артист, чьи невероятные сценические образы и неповторимая манера выступления до сих пор восхищают слушателей по всему миру. Но каким он был вне ослепительного света софитов? В 1983 году судьба случайно сводит Фредди Меркьюри с Джимом Хаттоном в одном из лондонских баров. С этого момента начинается удивительная история любви простого ирландского парикмахера и эксцентричной рок-звезды, продлившаяся вплоть до самой смерти артиста в 1991 году. Вынужденный представляться...
«Когда чувствуешь, что совсем выдохся, вспомни, что у тебя еще семьдесят процентов».
Лисбет Саландер, великий хакер и неутомимый борец за справедливость, столько раз глядела в лицо смерти, что и сама уже не вспомнит. Столько раз она шла навстречу своей гибели, без страха и раздумий, – и всякий раз оставалась жива. Но в этот раз смерть сама решила прийти к ней. И она отнюдь не безлика – у нее лицо… родной сестры Лисбет. Камилла решила раз и навсегда покончить с той, кого она ненавидела всю свою жизнь. Она долго готовилась, копила силы и ненависть. Выжидала. И наконец дождалась....
Микаэль терпеть не мог смайлики. Он полагал, что человеческого языка вполне достаточно для выражения любой мысли. При этом не хотел выглядеть ретроградом, поэтому собирался послать в ответ веселую рожицу, но в результате кликнул на красное сердце и задумался. Сердце - это могло быть неправильно истолковано. Почти признание в любви, хотя... Какая, к черту, любовь? Сегодня все это значит не так много - объятия, поцелуйчики, привет-привет...
Лисбет Саландер, великий хакер и неутомимый борец за справедливость, столько раз глядела в лицо смерти, что и сама уже не вспомнит. Столько раз она шла навстречу своей гибели, без страха и раздумий, – и всякий раз оставалась жива. Но в этот раз смерть сама решила прийти к ней. И она отнюдь не безлика – у нее лицо… родной сестры Лисбет. Камилла решила раз и навсегда покончить с той, кого она ненавидела всю свою жизнь. Она долго готовилась, копила силы и ненависть. Выжидала. И наконец дождалась....
"Когда чувствуешь, что совсем выдохся, вспомни, что у тебя еще семьдесят процентов"
Лисбет Саландер, великий хакер и неутомимый борец за справедливость, столько раз глядела в лицо смерти, что и сама уже не вспомнит. Столько раз она шла навстречу своей гибели, без страха и раздумий, – и всякий раз оставалась жива. Но в этот раз смерть сама решила прийти к ней. И она отнюдь не безлика – у нее лицо… родной сестры Лисбет. Камилла решила раз и навсегда покончить с той, кого она ненавидела всю свою жизнь. Она долго готовилась, копила силы и ненависть. Выжидала. И наконец дождалась....
В языках существует много разных красивых слов, почти для всего в этой жизни, - пояснил незнакомец. - Прежде всего для любви, вы согласны? В молодости вы, конечно, читали Китса и Байрона, которые, как мне кажется, нашли для нее самые лучшие слова. Но боль, Микаэль, она бессловесна. Даже самые великие поэты не в состоянии её описать. Туда мы с вами и отправим - в безмолвное...
Лисбет Саландер, великий хакер и неутомимый борец за справедливость, столько раз глядела в лицо смерти, что и сама уже не вспомнит. Столько раз она шла навстречу своей гибели, без страха и раздумий, – и всякий раз оставалась жива. Но в этот раз смерть сама решила прийти к ней. И она отнюдь не безлика – у нее лицо… родной сестры Лисбет. Камилла решила раз и навсегда покончить с той, кого она ненавидела всю свою жизнь. Она долго готовилась, копила силы и ненависть. Выжидала. И наконец дождалась....
Вот только жизнь никогда не бывает похожей на сказку.
Лисбет Саландер, великий хакер и неутомимый борец за справедливость, столько раз глядела в лицо смерти, что и сама уже не вспомнит. Столько раз она шла навстречу своей гибели, без страха и раздумий, – и всякий раз оставалась жива. Но в этот раз смерть сама решила прийти к ней. И она отнюдь не безлика – у нее лицо… родной сестры Лисбет. Камилла решила раз и навсегда покончить с той, кого она ненавидела всю свою жизнь. Она долго готовилась, копила силы и ненависть. Выжидала. И наконец дождалась....
Стилистика должна опираться не только и даже не столько на лингвистику, сколько на металингвистику, изучающую слово не в системе языка и не в изъятом из диалогического общения «тексте», а именно в самой сфере диалогического общения, то есть в сфере подлинной жизни слава. Слово не вещь, а вечно подвижная, вечно изменчивая среда диалогического общения. Оно никогда не довлеет одному сознанию, одному голосу. Жизнь слова — в переходе из уст в уста, из одного контекста в другой контекст, от одного социального коллектива к другому, от одного поколения к другому поколению. При атом слово не забывает своего пути и не может до конца освободиться от власти тех конкретных контекстов, в которые оно входило.
Каждый член говорящего коллектива преднаходит слово вовсе не как нейтральное слово языка, свободное от чужих устремлений и оценок, не населённое чужими голосами. Нет, слово он получает с чужого голоса и наполненное чужим голосом. В его контекст слово приходит из другого контекста, пронизанное чужими осмыслениями. Его собственная мысль находит слово уже населённым. Поэтому-то ориентация слова среди слов, различное ощущение чужого слова и различные способы реагирования на него являются, может быть, существеннейшими проблемами металингвистического изучения каждого слова, в том числе и художественного.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Основной категорией художественного видения Достоевского было не становление, а сосуществование и взаимодействие. Он видел и мыслил свой мир по преимуществу в пространстве, а не во времени. Отсюда и его глубокая тяга к драматической форме.Весь доступный ему смысловой материал и материал действительности он стремится организовать в одном времени в форме драматического сопоставления, развернуть экстенсивно.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
В каждом голосе он умел слышать два спорящих голоса, в каждом выражении — надлом и готовность тотчас же перейти в другое, противоположное выражение; в каждом жесте он улавливал уверенность и неуверенность одновременно; он воспринимал глубокую двусмысленность и многосмысленность каждого явления. Но все эти противоречия и раздвоенности не становились диалектическими, не приводились в движение по временному пути, по становящемуся ряду, но развёртывались в одной плоскости как рядом стоящие или противостоящие, как согласные, но не сливающиеся или как безысходно противоречивые, как вечная гармония неслиянных голосов или как их неумолчный и безысходный спор.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
мир Достоевского — художественно организованное сосуществование и взаимодействие духовного многообразия, а не этапы становления единого духа. Поэтому и миры героев, планы романа, несмотря на их различный иерархический акцент, в самом построении романа лежат рядом в плоскости сосуществования (как и миры Данте) и взаимодействия (чего нет в формальной полифонии Данте), а не друг за другом, как этапы становления. Но это не значит, конечно, что в мире Достоевского господствует дурная логическая безысходность, недодуманность и дурная субъективная противоречивость. Нет, мир Достоевского по-своему так же закончен и закруглён, как и дантовский мир. Но тщетно искать в нём системно-монологическую, хотя бы и диалектическую, философскую завершённость, и не потому, что она не удалась автору, но потому, что она не входила в его замыслы.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Идея как предмет изображения занимает громадное место в творчестве Достоевского, но все же не она героиня его романов. Его героем был человек, и изображал он в конце концов не идею в человеке, а, говоря его собственными словами, «человека в человеке». Идея же была для него или пробным камнем для испытания человека в человеке, или формой его обнаружения, или, наконец, — и это главное — тем «медиумом», тою средою, в которой раскрывается человеческое сознание в своей глубочайшей сущности.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Достоевский сумел прослушать диалогические отношения повсюду, во всех проявлениях осознанной и осмысленной человеческой жизни; где начинается сознание, там для него начинается и диалог. Только чисто механические отношения не диалогичны, и Достоевский категорически отрицал их значение для понимания и истолкования жизни и поступков человека (его борьба с механическим материализмом, с модным физиологизмом, с Клодом Бернаром, с теорией среды и т. п.). Поэтому все отношения внешних и внутренних частей и элементов романа носят у него диалогический характер, и целое романа он строил как «большой диалог». Внутри этого «большого диалога» звучали, освещая и сгущая его, композиционно выраженные диалоги героев, и, наконец, диалог уходит внутрь, в каждое слово романа, делая его двуголосым, в каждый жест, в каждое мимическое движение лица героя, делая его перебойным и надрывным; это уже «микродиалог», определяющий особенности словесного стиля Достоевского
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Достоевский искал такого героя, который был бы сознающим по преимуществу, такого, вся жизнь которого была бы сосредоточена в чистой функции осознания себя и мира. И вот в его творчестве появляется «мечтатель» и «человек из подполья». И «мечтательство» и «подпольность» — социально-характерологические черты людей, но они жения с жизненно-характерологической доминантой изображаемого человека. художественной доминанте Достоевского. Сознание не воплощённого и не могущего воплотиться мечтателя и подпольного человека является настолько благоприятною почвою для творческой установки Достоевского, что позволяет ему как бы слить художественную доминанту изображения с жизненно-характерологической доминантой изображаемого человека.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Приведём несколько высказываний героев Достоевского о заочных анализах человеческой души, выражающих ту же мысль.В «Идиоте» Мышкин и Аглая обсуждают неудавшееся самоубийство Ипполита. Мышкин даёт анализ глубинных мотивов его поступка. Аглая ему замечает:«А с вашей стороны я нахожу, что все это очень дурно, потому что очень грубо так смотреть и судить душу человека, как вы судите Ипполита. У вас нежности нет: одна правда, стало быть — несправедливо» (VI, 484).Правда оказывается несправедливой, если она касается каких-то глубин чужой личности.Тот же мотив ещё отчётливее, но несколько сложнее звучит в «Братьях Карамазовых» в разговоре Алёши с Лизой о капитане Снегирёве, растоптавшем предложенные ему деньги. Рассказав об этом поступке, Алёша даёт анализ душевного состояния Снегирёва и как бы предрешает его дальнейшее поведение, предсказывая, что в следующий раз он обязательно возьмёт деньги. Лиза на это замечает:«Слушайте, Алексей Фёдорович, нет ли тут во всём этом рассуждении нашем, то есть вашем… нет, уж лучше нашем… нет ли тут презрения к нему, к этому несчастному… в том, что мы так его душу теперь разбираем, свысока точно, а? В том, что так наверно решили теперь, что он деньги примет, а?» Аналогичный мотив недопустимости чужого проникновения в глубины личности звучит в резких словах Ставрогина, которые он произносит в келье Тихона, куда пришёл со своею «исповедью»:«Слушайте, я не люблю шпионов и психологов, по крайней мере таких, которые в мою душу лезут».Нужно отметить, что в данном случае в отношении Тихона Ставрогин совершенно неправ: Тихон подходит к нему как раз глубоко диалогически и понимает незавершённость его внутренней личности.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Тот катарсис, которым завершает романы Достоевский, можно было бы конечно, не адекватно и несколько рационалистично - выразить так: ничего окончательного в мире еще не произошло, последнее слово мира и о мире еще не сказано, мир открыт и свободен, все еще впереди и всегда будет впереди.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
Карнавал — это великое всенародное мироощущение прошлых тысячелетий. Это мироощущение, освобождающее от страха, максимально приближающее мир к человеку и человека к человеку (все вовлекается в зону вольного фамильярного контакта), с его радостью смен и весёлой относительностью, противостоит только односторонней и хмурой официальной серьёзности, порождённой страхом, догматической, враждебной становлению и смене, стремящейся абсолютизировать данное состояние бытия и общественного строя. Именно от такой серьёзности и освобождало карнавальное мироощущение.
Настоящее издание посвящено проблемам поэтики Достоевского и рассматривает его творчество только под этим углом зрения. Специальное изучение поэтики Достоевского остаётся актуальной задачей литературоведения.
admin добавил цитату из книги «Глас Господа» 6 лет назад
...культура - это тонкий слой, вклиненный между организмами и средой обитания; культура существует лишь потому, что среда неоднозначно диктует поведение, при котором обеспечивается выживание, так что всегда остается зазор для свободного выбора. Зазор, достаточно широкий, чтобы разместить в нем тысячи разных культур.
admin добавил цитату из книги «Последние истории» 6 лет назад
Да, сейчас она замечает: тело устремлено к земле, словно все его части, утомившись, спокойно отказались от повседневных схваток с земным притяжением. Да, говорит тело, я сдаюсь, иду тебе навстречу, больше не сопротивляюсь, ветшаю, клонюсь, горблюсь, падаю на колени и в конце концов приникаю животом, лицом и бедрами к земле, простираю руки: всоси меня, позволь впитаться, раствориться, дай обратиться в частички влаги, просочиться внутрь и там остаться.
Ольгу Токарчук можно назвать одним из самых любимых авторов современного читателя — как элитарного, так и достаточно широкого. Новый ее роман «Последние истории» (2004) демонстрирует почерк не просто талантливой молодой писательницы, одной из главных надежд «молодой прозы 1990-х годов», но зрелого прозаика. Три женских мира, открывающиеся читателю в трех главах-повестях, объединены не столько родством героинь, сколько одной универсальной проблемой: переживанием смерти — далекой и близкой, чужой...