Цитаты
286384
Учительница велела нам написать рассказ, кем мы хотим стать, когда вырастем, – рассказывает Ной.– И что ты написал?– Я написал, что сперва хочу как следует побыть маленьким.– Очень хороший ответ.– Ну правда, а? Мне бы больше хотелось состариться, чем повзрослеть. Все взрослые сердитые, смеются только дети и старики.– Ты так и написал?– Да.– А что учительница?– Сказала, что я не понял вопроса.– А ты что?– Сказал, что она не поняла ответа.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
— Внимание детей назад не вернёшь, — сказала как-то мама. — Время, когда они тебя слушают не из вежливости, — это время уходит первым.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
– И мы без конца пишем сочинения! Как-то учительница велела написать, что мы считаем смыслом жизни.
– И что ты написал?
– Общение.
Дед закрывает глаза.
– Это лучший ответ, какой я слышал.
– Учительница сказала, что надо дать более развернутый ответ.
– А ты что?
– Я написал: «Общение. И мороженое».
Дед надолго задумывается. Затем спрашивает:
– А какое именно мороженое?
Ной улыбается. Хорошо, когда тебя понимают.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
Настоящая неудача – это когда не можешь сделать еще одну попытку.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
– Как ты в нее влюбился? – спрашивает мальчик. Ладони деда ложатся одна на собственное колено, другая – на коленку мальчика. – Думаю, она заблудилась у меня в сердце. Не смогла выбраться. Твоя бабушка страдала топографическим кретинизмом. Могла заблудиться даже на эскалаторе.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
– Воспоминания ускользают от меня, любимая, это как пытаться снять нефтяную пленку с воды. Я вечно читаю книгу, в которой не хватает одной страницы, и эта страница всегда самая важная.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
– Учительница велела нам написать рассказ, кем мы хотим стать, когда вырастем, – рассказывает Ной.
– И что ты написал?
– Я написал, что сперва хочу как следует побыть маленьким.
– Очень хороший ответ.
– Ну правда, а? Мне бы больше хотелось состариться, чем повзрослеть. Все взрослые сердитые, смеются только дети и старики.
– Ты так и написал?
– Да.
– А что учительница?
– Сказала, что я не понял вопроса.
– А ты что?
– Сказал, что она не поняла ответа.
Новеллы Фредрика Бакмана проникнуты тем же мягким юмором и теплотой, что и его «полнометражные» романы-бестселлеры, изданные сегодня уже в сорока трех странах. Это современные притчи на вечные темы или – если хотите – своего рода сказки для взрослых. Бакман верен себе – он снова говорит простыми словами о самом важном: о смысле жизни, о смерти, о безжалостном времени и человеческой памяти. «Сделка всей жизни» – это рассказ о том, чем ты готов пожертвовать ради спасения чужой жизни. Когда на...
«Я села, зажмурилась и подняла лицо к небу, дыша полной грудью, чтобы пропитаться ароматами местных растений. Я заново переживала свои отъезды, вечно сопровождавшиеся слезами: чем ближе был поезд в Париж, тем глубже я забивалась в свою раковину. Я вспомнила, как мне становилось тоскливо, как я тайком прятала в чемодан разные амулеты – найденный на земле кусочек коры, пустую скорлупу от миндаля, веточку лаванды или кисть сирени, сорванные, когда мама не видела. Я уже забыла, какое это было мучение – покидать наш дом после проведенных в нем длинных каникул. Даже в те времена, когда я была в восторге от парижской жизни. Я без усилий вызвала в памяти мамину руку на своем плече, ее ласковые слова: “Ты же вернешься, ты всегда возвращаешься”. Я открыла глаза и послала вопрос голубому небу:– Какой я вернусь, мама?»
Аньес Мартен-Люган – автор мировых бестселлеров о любви, в том числе нашумевшего романа “Счастливые люди читают книжки и пьют кофе”, который сделал ее знаменитой. Книги Мартен-Люган переведены почти на сорок языков, в одной только Франции продажи превысили два миллиона экземпляров. “Однажды я станцую для тебя” – ее шестая по счету романтическая история. Талантливая танцовщица Ортанс делит свое время между балетной школой, где она преподает, и непростыми отношениями с женатым мужчиной. Безумная...
С ним я открывала для себя другую форму желания и наслаждения, которые намного превосходили и сам секс и его качество.
Аньес Мартен-Люган – автор мировых бестселлеров о любви, в том числе нашумевшего романа “Счастливые люди читают книжки и пьют кофе”, который сделал ее знаменитой. Книги Мартен-Люган переведены почти на сорок языков, в одной только Франции продажи превысили два миллиона экземпляров. “Однажды я станцую для тебя” – ее шестая по счету романтическая история. Талантливая танцовщица Ортанс делит свое время между балетной школой, где она преподает, и непростыми отношениями с женатым мужчиной. Безумная...
Я не перестану жить любовью или надеждой на любовь.
Аньес Мартен-Люган – автор мировых бестселлеров о любви, в том числе нашумевшего романа “Счастливые люди читают книжки и пьют кофе”, который сделал ее знаменитой. Книги Мартен-Люган переведены почти на сорок языков, в одной только Франции продажи превысили два миллиона экземпляров. “Однажды я станцую для тебя” – ее шестая по счету романтическая история. Талантливая танцовщица Ортанс делит свое время между балетной школой, где она преподает, и непростыми отношениями с женатым мужчиной. Безумная...
Пластмассовая корона, надетая или не надетая в детстве, играет большую роль в жизни человека. К пластмассовой короне нужны пластмассовые ногти, нарисованные брови и мечта стать стилистом.
«Муха» – это Санкт-Петербургская академия имени А.Л.Штиглица, она же – училище имени Веры Мухиной; престижное учебное заведение для художников. Арина Обух – выпускница «Мухи», художник-график и писатель с особой оптикой: её тексты – это «проза художника», который видит мир иначе. И в этом мире сосуществуют бомжи и философы, художники и музы, рыбы и кладбищенские копачи, промоутеры и демонстраторы пластических поз, рыбаки и кариатиды… Вместе с ними можно прогуляться по набережной Фонтанки, по...
Мне часто приходилось слышать, что удар «соединяет» соперников, и сейчас я наконец понял, как это происходит на самом деле. Удар - это что-то осязаемое и весомое, и когда я почувствовал, как под моим кулаком у Йохана напряглись мышцы, от них ко мне по вытянутой руке пробежал волнующий трепет.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Бой - это всегда испытание на прочность.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Бой - это всегда испытание на прочность. Обычно говорят, что первым делом надо учиться держать удар. А по-моему, сначала важнее понять, что удар тебя не убьёт. Что, даже пропустив его, ты останешься в живых. Если хочешь стать настоящим боксером, ты должен первым делом победить собственный страх.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
...помни, что лучший учитель — это опыт и что по книжке драться не научишься.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
- Брань и оскорбления - это тоже боевые приемы, - объяснил Макс. - Хотя слово, конечно, бьет не так сильно, как кулак. Чтобы защититься от словесных ударов, нужно нарастить кожу, точно так же, как нужно нарастить мускулы, чтобы сильнее бить кулаком.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Кулак — твоё оружие. Он должен быть как молот, всегда готовым колотить, сколько нужно, и не знать усталости.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Боксер должен вести размеренную жизнь, — говорил он. — Не шляться допоздна. Не курить. Не пить чай и кофе. Не употреблять алкоголь и прочие дурманящие вещества. Каждый день у тебя должно прибавляться сил для будущих поединков. Для этого надо питаться не так, как все, думать не так, как все, и спать не так, как все.
Не налегай на жирное и на сладости. Не ешь незрелые фрукты и слишком пряные блюда. Боксерам, как диким животным, нужна простая пища, побольше цельных злаков и овощей. Ешь курятину и свинину с говядиной, только куски старайся выбирать попостнее. От жирного мяса густеет кровь и замедляется реакция. Я каждое утро съедаю по два яйца. Они полезны для мышц и для повышения работоспособности. Чтобы набрать вес, а тебе это нужно, ешь больше сыра и пей больше молока. Молоко , молоко и еще раз молоко. Коровы — верные друзья боксера. Почти все мои знакомые боксеры выпивают по два литра молока в день, особенно когда хотят набрать вес.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Бокс был для него чем-то гораздо большим, чем просто спорт; он дрался за свою жизнь и ради своей семьи.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
— Я провёл несколько десятков боев и с чем я только не сталкивался на ринге — с героизмом, трусостью, яростью или стразом. Но это никогда не зависело от того, откуда родом противник и какого цвета у него кожа. Кровь у всех красная.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
У меня было полно поводов для тревоги. Я был евреем, живущим в нацистской Германии. Меня исключили из школы и разлучили с любимой девушкой. Моего отца лишили возможности законным образом зарабатывать на жизнь, мою семью выгнали из квартиры. Я обитал в сыром подвале, а родители и сестра - у меня над головой, в одной-единственной разделённой простынями комнате, где нельзя ни на минуту остаться одному.
Карл Штерн живет в Берлине, ему четырнадцать лет, он хорошо учится, но больше всего любит рисовать и мечтает стать художником-иллюстратором. В последний день учебного года на Карла нападают члены банды «Волчья стая», убежденные нацисты из его школы. На дворе 1934 год. Гитлер уже у власти, и то, что Карл – еврей, теперь становится проблемой. В тот же день на вернисаже в галерее отца Карл встречает Макса Шмелинга, живую легенду бокса, «идеального арийца». Макс предлагает Карлу брать у него уроки...
Упади семь раз и поднимись в восьмой
У рода Мэзер дурная репутация в Салеме. Много веков назад из-за священника Коттона Мэзера в городе объявили охоту на ведьм. По обвинению в колдовстве казнили десятки людей. Их потомки до сих пор хранят память о мрачной трагедии. Появление Саманты Мэзер, одной из этого проклятого рода, снова приносит смерть в Салем. Девушку преследуют несчастья. Ее ненавидят и сторонятся в школе, на нее косо смотрят на улице. Духи хотят, чтобы Саманта Мэзер убралась из Салема навсегда. Жители города мечтают ей...
– Исследование – процесс не мгновенный, он должен быть выстроен по кусочкам. Быстро не значит хорошо. Такой подход к делу ухудшит восприятие, и ты чтонибудь пропустишь.
У рода Мэзер дурная репутация в Салеме. Много веков назад из-за священника Коттона Мэзера в городе объявили охоту на ведьм. По обвинению в колдовстве казнили десятки людей. Их потомки до сих пор хранят память о мрачной трагедии. Появление Саманты Мэзер, одной из этого проклятого рода, снова приносит смерть в Салем. Девушку преследуют несчастья. Ее ненавидят и сторонятся в школе, на нее косо смотрят на улице. Духи хотят, чтобы Саманта Мэзер убралась из Салема навсегда. Жители города мечтают ей...
Голоса людей чересчур пронзительны.
«С мая того года и до начала следующего я жил в горах…» Живописное, тихое место, идеальное для творчества. Скромное одноэтажное строение в европейском стиле, достаточно просторное для холостяка, принадлежало известному в Японии художнику. Все было бы мирно и спокойно, если бы не картина «Убийство Командора», найденная на чердаке, если бы не звон буддийского колокольчика по ночам, если бы не странный склеп, что возник из-под каменного кургана посреди зарослей, если бы не встреча с эстетом...
Выходит, я вляпался в некое, как он говорит, начало?
«С мая того года и до начала следующего я жил в горах…» Живописное, тихое место, идеальное для творчества. Скромное одноэтажное строение в европейском стиле, достаточно просторное для холостяка, принадлежало известному в Японии художнику. Все было бы мирно и спокойно, если бы не картина «Убийство Командора», найденная на чердаке, если бы не звон буддийского колокольчика по ночам, если бы не странный склеп, что возник из-под каменного кургана посреди зарослей, если бы не встреча с эстетом...