Того, кто способен взглянуть в лицо кошмарам прошлого, будущее уже не страшит.
Вещи, от которых ждешь чего-то с большой долей уверенности, не всегда оправдывают твои ожидания.
— Ты хочешь грустить в одиночестве, или я могу присоединиться?
- Да вы здесь прибрались, я вижу. Я и не знал, что у вас в гостиной есть ковер на полу. - Мы его настелили прямо поверх мусора, инспектор.
Если постараться, можно убить чем угодно.
— Ты не должен был этого делать, — заметила я. — Тебе нельзя так рисковать собой. — Брось, — ответил Локвуд. — Я готов умереть за тебя, ты же знаешь, — он хмыкнул и добавил. — И, Бог свидетель, я уже не раз был близок к этому. Так что слазить за тобой в какую-то нору — плевое дело.
Разумеется, я на него не обиделась. Обижаться можно только на друзей.
В конце концов, это ведь всегда забавно, когда женщина безуспешно ищет мужчину.
Я не трус, просто риск – это все же не мое, да и превысила в этом месяце я лимит по рисковым ситуациям
Ни один человек не может знать и уметь всего, – спокойно ответила я. – Буду совершенствоваться в тех моментах, что вы указали.
О высший дар, бесценная свобода,Я потерял тебя и лишь тогда,Прозрев, увидел, что любовь — беда,Что мне страдать все больше год от года.Для взгляда после твоего уходаНичто рассудка трезвого узда:Глазам земная красота чужда,Как чуждо все, что создала природа.И слушать о других, и речь вести —Не может быть невыносимей муки,Одно лишь имя у меня в чести.К любой другой заказаны путиДля ног моих, и не могли бы рукиВ стихах другую так превознести.
Ты рад моим терзаниям всечасным, Тогда как ей моя печаль не в радость, Затем что рана не смертельно зла. Но лучше быть из-за нее несчастным, Чем предпочесть других объятий сладость, Порукою тому — твоя стрела.
Чуть омрачен моей любимой лик, Весь трепещу, и сердце холодеет, Страшусь примеров давних каждый миг, И этих страхов разум не развеет. Я женскую изменчивость постиг: Любовь недолго женщиной владеет.
Злые они, а не растерянные, — в сердцах произнесла Клара Борисовна. — Жестокие и бессердечные эгоисты. И не только мой класс, а все поколение. Разве двадцать лет назад было такое, чтобы ученики залезли в учительскую — исправить оценки в классном журнале? А в понедельник у нас был звонок о заложенной бомбе…
— Чтобы контрольную сорвать? — предположил водитель.
— Чтобы снять на телефон панику. И разместить видео в интернете.
Очень вкусно, — похвалил Юрасик, откусив от пирога. — Ты готовишь прямо как моя бабушка.
— Ну, кто-то отлично ведет хозяйство и печет пироги, а кто-то превосходно мусорит, пачкает тарелки и виртуозно эти пироги поедает, — сказал Глеб. — Каждому свое.
— Неправда, — откликнулся Юрасик, поняв, что он намекает на него. — Я вчера, например, помыл посуду.
— С ума сойти! — восхитился Глеб. — Ты прямо мастер Самоделкин! Бабушка в обморок не упала?
И это настоящие раскопки? — разочарованно присвистнул Загоркин. — Следы майя? Обыкновенная квадратная яма.
— У меня на даче бассейн копали, — сказал Мухин. — Такую же яму рыли. Только глубже.
— Эта яма называется раскоп, — пояснил бородатый археолог, который согласился показать ребятам место сенсационной находки. — Углы раскопа обязательно должны быть прямыми, поэтому яма квадратная. И копается она совершенно не так, как твой бассейн, парень
А вот интересно, — проговорил Глеб, накладывая на оладью толстый слой малинового варенья, — что происходит с нами в завтрашнем дне?
— Это как? — спросила Лена, отхлебывая чай.
— Ну так — мы перепрыгиваем во вчерашний день, а для всех наступает завтрашний, — пояснил Глеб. — А мы там есть?
— Скорее всего, есть, — сказал Юрасик. — Ведь мы же были там, когда еще ничего не произошло.
— А если мы меняем предыдущий день, то завтрашний тоже меняется?
"К моменту, когда они достигли третьего этажа, Брайант насчитал семь использованных шприцев, три разбитые пивные бутылки и два презерватива. – И кто говорит, что в мире не осталось романтики? – спросил он, когда они вышли на площадку седьмого этажа. Ким промолчала."
"Как бы им этого ни хотелось, оба понимали, что весь мир им спасти не удастся, но иногда приходилось решать те проблемы, которые возникали прямо на пустом месте."
"И никакие криминалистические находки не заменят того, что называется доброй полицейской работой: дедукции, инстинкта и здравых практических рассуждений".
"– Знаешь, шеф, я всегда знал, что ты страшнее всего, когда улыбаешься, – заявил сержант, когда они вышли на улицу."
"– Мне сказали, что тело – это не что иное, как одежда, которую сбрасывают, когда она больше не нужна. Твоей бабушки больше нет, Пола. Ее одежда доставила ей много горя, но теперь бабушка от нее освободилась."
"– Я только хочу сказать, что рад, что из вас двоих на меня работаешь именно ты. Твоя сестрица – дама, очень недовольная жизнью."
"– Я заметил, что люди редко вспоминают о своих начальниках с любовью. Особенно когда эти люди – записные лентяи."
"Только настоящий психопат может раскусить психопата."