... не всякая потеря есть убыток...
Щедрый подарок, – покачал я головой и поклонился ибн Кемалю. – Слишком щедрый. – Каждый должен получать за свои поступки столько, сколько заслужил, – не согласился со мной ассасин. – А меру награды определяет тот, кто ее выдает.
Всё точно по древней восточной мудрости, которая говорит о том, что уходящий по дороге вдаль уносит с собой только одну четверть печали разлуки, а три других остаются у того, кто смотрит ему вслед.
Споры способствуют всесторонней дискуссии.
– Смерть в чем-то не разбирается? – Могу сказать, что Смерть не разбирается в Жизни. А вы, люди, кажется, только этим и занимаетесь – живете.
Все мы хорошие люди, когда хорошо притворяемся.
Она пыталась убежать от Дьявола. Но, как он сам и сказал, Дьявол – в каждом из нас. И бежать от него смешно.
Люди умирают. И наверное, лучший способ смириться с их смертью – умереть первым.
— Ты знаешь, чего хотят все люди?
— Чего?
— Быть не такими, как все. Однако уже это желание делает их похожими на других. Я смотрю на это каждый день, каждую минуту. Я видел всех. Через меня проходили старики и дети, женщины и мужчины, все со своей историей, все со своими причинами, мыслями и оправданиями, но никто не выделяется, потому что твои собственные проблемы зачастую переносят ещё тысячи и миллионы людей. И пока ты думаешь, что ты один сражаешься со Вселенной, по этому же поводу с ней сражается половина человечества. – Ноа взмахивает руками и со свистом опускает их, продолжая неотрывно смотреть на меня шоколадными и очень добрыми глазами, в которых, как мне кажется, пляшут искры. – Люди ищут смысл и не находят его. Они считают, что смысл в деньгах, в семье, в любви, в друзьях. Но все это составляющие смысла. А сам он заключен в том, чтобы прожить жизнь неординарно, Ари, чтобы отличиться от других, оставить след. Быть исключением – есть суть существования. Не быть богатым, быть знаменитым, умным, добрым или решительным. А уникальным. И ты до сих пор считаешь, что на тебя свалилось тяжёлое бремя? Верно! Быть не таким, как все трудно. Но это стоит того. Я думаю, что стоит.
– Не пытайся понять людей, – пожимает плечами мужчина, – напрасный труд. Я когда-то пытался найти объяснение их поступкам. Не нашёл. Больше я не разделяю людей и монстров. И ты не разделяй. Никому нельзя доверять, помнишь?
— Если ты ничего не знаешь о тёмной стороне, она ничего не знает о тебе. — Ты видишь демонов, они видят тебя, — шепчет Норин. — Не бывает исключений.
— Ох, осторожнее, моя милая. — В каком смысле? С грустной улыбкой Мэри-Линетт накрывает ладонью мои холодные пальцы. — Самое светлое сердце становится тёмным, когда его разбивают.
Едва ли существует семья, в которой нет проблем. Разве кто-то может быть по-настоящему счастлив? Разве это вообще возможно? Людей уничтожают другие люди. Людей уничтожают внешние неприятности. Люди уничтожают сами себя.
Романы - это новые миры, куда мы входим, когда читаем их. Орхан Памук
К тому же если женщина сознательно красить волосы в рыжий цвет, то она и сознательно выбирает для себя роль шлюхи.
Любовь не всегда умна и практична.
Мы воспринимаем мир так, как будто его формируют люди и человеческие организации, хотя чаще всего это не так.
Лукреций утверждал, что у Вселенной нет Создателя, что Провидение - вымысел и у существования нет конца или цели, а лишь бесконечная смена созидания и разрушения, полностью управляемая случаем.
Ничто не доставляет нам большего удовольствия, чем наблюдать, как другой человек наполняется нашими собственными эмоциями. Адам Смит.
Одно из железных правил экологии: вблизи экватора больше разнообразие видов с узким ареалом обитания, а вблизи полюсов видовое разнообразие значительно ниже, но ареал распространения значительно шире.
Самый безопасный путь - не делать ничего против совести. Этот секрет позволяет нам радоваться жизни и не бояться смерти. Вольтер
— Ты хочешь грустить в одиночестве, или я могу присоединиться?
- Да вы здесь прибрались, я вижу. Я и не знал, что у вас в гостиной есть ковер на полу. - Мы его настелили прямо поверх мусора, инспектор.
Если постараться, можно убить чем угодно.
— Ты не должен был этого делать, — заметила я. — Тебе нельзя так рисковать собой. — Брось, — ответил Локвуд. — Я готов умереть за тебя, ты же знаешь, — он хмыкнул и добавил. — И, Бог свидетель, я уже не раз был близок к этому. Так что слазить за тобой в какую-то нору — плевое дело.