"Не шути с обезьяной, и она не будет шутить с тобой".
Из всех новых понятий, с которыми я познакомился благодаря Бремену, самые интригующие – любовь и математика
Да, – мысленно соглашается он, уже ослабляя связь, – но я МИЛЫЙ невыносимый, заносчивый и бесконечно рассеянный сноб.
Люди предсказуемы, – наконец мысленно произносит Джереми. – В отличие от электронов.
утренний Апдайк может запросто привести к вечернему Кортасару
- Потому что нельзя наверняка определить, вранье пролетает через твой мозг или правда, - ответил я. - Критериев не осталось, приличные люди могут врать, лгуны говорить правду, самих оттенков правды может быть полсотни...
- Правда всегда одна, - возвразила Анна.
- Да, но... Вот ты знаешь, что каждая ядерная ракета снаряжается десятками ложных боеголовок? Они летят к цели облаком, так что нельзя разобрать - где боевая ракета, а где фальшивая. То есть каждая правда, которая одна, сопровождается роем абсолютно неотличимых от нее неправд.
А полтора миллиарда лет назад серую в прожилках плесень выбросило на вулканический пляж - и вуаля! - мы наблюдаем вокруг себя печальные последствия.
Если в моем сердце есть женщина, - другой женщине нет места даже в моей постели...
- Идите же скорее, вскоре полночь... - И принцесса превратится в тыкву, так? - перебила я его, заливаясь смехом. - Не переживайте, тыква в тыкву превратится не может.
И реакция команды была явно настороженной (прим. имеется в виду, на присоединение России к НАТО). Могу вам сказать, почему. Потому что НАТО, на мой взгляд, - рудимент прошлого. Эта организация возникла в ходе холодной войны между двумя системами, и сегодня это просто внешнеполитический инструмент Соединенных Штатов. Там нет союзников, там есть только вассалы. Я примерно представляю себе, как идет работа. Кто-то может немножко поспорить по каким-то второстепенным вопросам, а по серьезным там никто не спорит. В НАТО есть только два мнения: американское и неправильное. - Похоже, вы воспринимаете это изменение направления всерьез.Да, и я прошу прощения, вот представьте себе, если бы Россия оказалась членом НАТО, мы бы себя так не вели, конечно. У нас есть свое мнение по очень многим проблемам. И мы бы по-настоящему отстаивали бы свое мнение. Но я думаю, что к такой демократии наши партнеры не готовы.
Посеять страх среди российских граждан почти невозможно
нельзя же отказываться от поставленной цели из-за одной лишь опасности? Этак, пожалуй, и жить не стоит.
Короли и императоры - всего лишь люди, всего лишь смертные... Какими бы богатствами они ни обладали, они не избавят их от смерти.(с) Джон Фишер
Эксцентричность - одна из тех английских черт, что выглядят слабостями, но на самом деле таят под собой силу; это признак яркой индивидуальности, замаскированной под странность.
По словам офицера КГБ, Филби был "англичанином до кончиков ногтей", и уже поэтому подозрителен. В Великобритании Филби был слишком британец, чтобы вызывать подозрения; в России он был слишком британец, чтобы ему можно было верить.
Это все мусор, дрянь; и дрянь те люди, которые своим друзьям сыплют грязь на голову и поднимают их на смех.
– А как полагается называть ваше открытие? – Ну, скажем, «нейронное линейное разложение вектора состояния с последующим сдвигом фаз и целенаправленным усилением заранее выбранных чистых состояний».
– Так вот, кошка Шредингера – это иллюстрация проблемы измерения в квантовой механике. Квантовая механика описывает микроскопические системы – субатомные частицы, атомы, молекулы – при помощи математического формализма под названием «волновая функция». По волновой функции можно предсказать, какова вероятность получить те или иные результаты при измерениях над вашей системой....– Проблема вот в чем. До того, как вы произвели измерение, волновая функция не говорит вам, каким будет его исход. Она говорит только, что один из двух исходов реализуется с вероятностью пятьдесят на пятьдесят. Но после того, как вы произвели измерение, любое последующее измерение над этой системой даст тот же результат. Если кошка была мертва, когда вы ее увидели, она так и останется мертвой. С точки зрения волновых функций акт измерения каким-то образом превращает исходную смесь двух волн, представлявших смесь двух возможностей, в чистую волну – так называемое чистое состояние, – которая уже представляет только одну возможность. Это и называется «стягиванием» волновой функции – или «схлопыванием» системы....– А между прочим, до тех пор, пока один из наших предков не научился этому фокусу со схлопыванием, Вселенная выглядела совершенно иначе, чем сейчас. Там происходило все и одновременно, все возможности сосуществовали друг с другом. Волновая функция не стягивалась никогда, она только становилась все сложнее и сложнее. Это звучит дико, я понимаю... какой-то грандиозный антропо- или геоцентризм – думать, что жизнь на одной нашей планете могла так повлиять на всю Вселенную, но при таком немыслимом богатстве возможностей, при такой колоссальной сложности было, быть может, неизбежно, что где-то зародится существо, которое положит конец многообразию, породившему его самое.Она смеется, но в ее смехе чувствуется неловкость, даже смущение. С такой интонацией некоторые рассказывают о зверствах или катастрофах.– Со всем этим трудно свыкнуться, но вот так мы устроены. Мы – это не просто «вселенная, познающая себя». Мы – это вселенная, которая себя опустошает в процессе самопознания....Мне трудно в это поверить:– Получается, первое же животное на Земле, у которого появился этот аппарат, схлопнуло... всю Вселенную?...Она пожимает плечами:– Это могло произойти и не на Земле, а в остальном так и было. Кто-то должен был быть первым. И конечно, речь не может идти о всей Вселенной. Одного взгляда, брошенного на ночное небо, еще мало, чтобы все-все измерить. Но это должно было очень сильно сузить спектр возможностей – в первую очередь зафиксировать Землю и Солнце, сконденсировать их из смеси всех мыслимых распределений материи, которая должна была занимать пространство Солнечной системы. Кроме того – зафиксировать наиболее яркие звезды с точностью, определявшейся остротой зрения этого существа. Тем самым все остальные возможные конфигурации были уничтожены. Только подумайте, какие звезды, созвездия, миры исчезли навсегда в тот момент, когда один из наших предков впервые открыл глаза!...– И вы думаете, мы продолжаем этим заниматься? Схлопываем то, что находится за световые годы от нас? Другие звезды? Галактики? Другие формы жизни? «Сужаем спектр возможностей», да? Просто смотрим в телескоп, а при этом крушим Вселенную направо и налево?
Быть человеком – значит непрерывно истреблять бесчисленное множество тех, кем мы могли бы стать.
Вообще же умирали довольно часто, и Миша понял, что от медицины, в сущности, толку мало — прав был Чехов: ерунда сама пройдет, а прочее неизлечимо.
… это была чушь, но в ней что–то было. Во всякой чуши что–то бывает, и порой кажется, что она–то и есть истинное лицо мира.
Вообще, когда ты плаваешь в мире, а не относишься к нему, как к временному испытанию, можно дождаться ответа, иногда благожелательного.
Есть особые люди, призванные вызывать любовь и нежность с первого взгляда, люди, призванные служить красоте. Они творят красоту в самые тёмные времена, словно пытаясь объяснить что нет ничего важнее любви и всепоглощающей нежности, от которых чище и лучше становится человеческое сердце. В таком сердце, открытом для красоты и любви, нет места страху, агрессии, крови, нет места войне...
" Я ставлю ладонь козырьком, прикрывая глаза от вечернего солнца. Действительно. Хэйден. Здесь, на пляже. Когда Сабина подбегает к нему, он обхватывает ее руками и с восторгом кружит, крепко держа в объятиях. Она улыбается мне через его плечо. И я бегу к нему. С улыбкой на губах, солнцем на лице и надеждой в сердце."
Женщина встала у окна, мужчина устроился в кресле. Женщина смотрела на темное небо, мужчина на женщину. Женщина видела месяц и звезды, мужчина – одну звезду. Женщина думала, что они гораздо ближе, чем кажется, мужчина – что его звезда дальше, чем ему того хотелось бы. Женщина понимала, что может просить их, но не властна над ними, мужчина – что может просить ее, но не властен над ней.