Дома, как и люди, быстро становятся странными, если их оставить наедине с собой.
Я раскину руки,
И мысли моих врагов улетят, как стая скворцов,
И съежатся они, словно куча тряпья,
Я приду к ним туманом и дождем,
Я приду к ним в полуденной дреме,
Стаей воронов, что закроют рассветное небо на севере,
А когда враги решат, что спасены,
Я приду к ним в крике, что разрушит безмолвие зимнего леса.
Дождь откроет дверь для меня, и войду в нее,
Камни соорудят трон для меня, и взойду на него,
Три исконных королевства станут моими навеки,
Англия станет навеки моею,
Безымянный раб наденет серебряную корону,
Безымянный раб воцарится в чужой земле…
Оружие врагов моих чтят в аду, как святыню,
Замыслы их лелеют, как священные тексты.
Кровь, что я проливал на полях древних сражений,
Собрана адскими ризничими с запятнанной земли.
Собрана в сосуды из серебра и слоновой кости.
Я принес Англии магию,
Но англичане презрели мой дар.
Магия будет написана на камнях и холмах,
Но разум их не сможет ее постичь.
Облетевшие деревья зимой –
Письмена, которых им никогда не прочесть…
Два чародея появятся в Англии…
Первый будет страшиться меня, второй – жаждать узреть меня.
Первым будут управлять убийцы и воры,
Второй устремится к саморазрушению.
Первый похоронит сердце свое под снегом в темном лесу,
Но боль его не уймется.
Второй увидит сокровище свое в руках недруга…
Первый жизнь проведет в одиночестве, сам заточив себя в тюрьму,
Второму уготовано бродить одинокими дорогами.
В поисках Башни Тьмы на высоком склоне холма…
Я восседаю на черном троне, но им не дано увидеть меня.
Дождь отворит мне дверь, и я войду.
Камни соорудят трон для меня, и я взойду на него…
В отличие от Макара, принципиального противника физического насилия («никогда не прибегай к насилию, кроме тех случаев, когда ты сильнее»), Бабкин в любых неоднозначных ситуациях предлагал сначала врезать противнику, а затем уже беседовать с ним по душам. Макар на это всегда возражал цитатой из французского революционера: «Можно уступить силе, но безропотно покоряются только разуму».
– Ни от кого не ждут побега меньше, чем от того, кто только что пытался его совершить.
"Слона на скаку остановит...и хобот ему оторвёт."
Когда-то Яна услышала, что красивая женщина умирает дважды. Точность этой горькой фразы поразила ее. Да, сначала отомрет ее красота, а потом уйдет и ставшее уродливым тело.
– Мы не хотели никого обидеть! И Владимир поддакивает: – Переборщили малость, что ж теперь! Один раз всего! Знаете, говорю им, я вам так скажу. У шотландцев есть пословица: чтобы тебя называли Джоном-плотником, нужно всю жизнь работать плотником. А чтобы тебя называли Джоном-засранцем, достаточно один раз обделаться.
Они плывут на «Мечте», а уж куда она их принесет, известно только небесам. С мечтами всегда так. Никогда нельзя предугадать, как далеко они тебя заведут.
– Замерзли, Яков Семеныч? – посочувствовала Кира. Боцман подмигнул: – Моряки не мерзнут, они просто синеют!
Но черный – самый сочный цвет. Кровь черна, а кто скажет, что она красна, тот видит одними глазами, не сердцем.
– А этот ураган?
– Ветерок, пожалуй, свежий. Но ничего особенного.
Он наклонился к ней и заговорщическим тоном спросил:
– Кстати, знаете, что означает примета, если чайка летит гузном вперед?
– Нет…
– Значит, ветер очень сильный! – тем же таинственным тоном поведал Яков Семеныч.
Маша засмеялась. Всю тревогу ее как рукой сняло.
– А если мы не наблюдаем подобного явления, – как ни в чем не бывало продолжал боцман, – значит, все не так уж и страшно.
Но это лишь утвердило Никиту в мысли, что парень – тот, кто ему нужен. Мужчина, у которого нет врагов, ничего не стоит.
Есть же парень, который ловит детей над пропастью во ржи, думал Матвей. Значит, должен быть и тот, кто ловит их над морем. И не только детей – всех. Как говорил Холден Колфилд: «Знаю, это глупости, но это единственное, что мне хочется делать по-настоящему».
недавно вычитанная в интернете шутка: «Господь не может уследить за всеми. И поэтому он создал бабу Галю…»
Есть два типа женщин: одни ценят любое внимание к себе, вторые негодуют и злятся, когда его не получают. Соответственно, способ общения с ними должен быть разным. С первым типом нужно быть внимательным и хорошо слушать, и они все тебе расскажут из благодарности. Со вторым типом метод другой.
Молодые чересчур заняты собой, чтобы по-настоящему понять своих близких.
Родство мыслей, а не крови – вот что важно.
Журналист не тот, кто знает и говорит, а тот, кто может говорить о том, чего не знает.
Деревня — это не центр Москвы, тут каждый с утра и до вечера может себя работой обеспечить.
Поделились на тройки. Мне выпало действовать с лейтенантом Сенчиным, поражавшим меня весь день своей невероятной молчаливостью. После утреннего разговора об энергетике он и слова не сказал, кажется. Замечательный человек, лучший компаньон.
Люди по нынешним временам куда опасней мертвяков.
«Стрелять» и «воевать» есть две большие разницы.
— Посадкой поползём, к посёлку, — решил я. — Заметит кто — и хрен с ним. Может, сразу стрелять и не начнут, сначала на смех подымут, типа вокруг жизнь деревенская, а два дурака по кустам ползают. — И чего? — Как чего? Пока ржать будут, сбежим.
Я увидел мир и очень устал.
Глобус — это статуя земли, которая все время вращается.