Цитаты
286378
В голове поплыло — вероятно, прибыл авангард чистейшего виски. Впрочем, это мог быть и арьергард казенного хереса. Господи, ну и духота.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
... он влип в утро, как покореженный морской паук в нефтяное пятно.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
Любые перемены на пользу; под лежачий камень и вода не течет, вспомнил Диксон. Однажды ему дали почитать стихотворение, которое заканчивалось примерно так: «И наконец войти во вкус утрат»[18]. Как это верно; с этого все и начинается — привыкаешь к минимуму, а там и культивируешь его, делаешь из него кредо. Окружающий мир изобилует дурными людьми и явлениями; единственный способ парировать миру — упорствовать в моделировании новых ситуаций, подтверждающих заявленный негатив. Почему Прометей не сбежал от своего стервятника? Только потому, что хотел продолжения мук; без вариантов.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
Диксон снова ожил. Все пять чувств атаковали разом — он не успел ни сбежать, ни встать в стойку. Не для него степенный выход из чертогов Морфея — Морфей вышвырнул Диксона энергичным пинком. Диксон распластался на постели, замер от отвращения к себе — он влип в утро, как покореженный морской паук в нефтяное пятно. Свет был несносен; впрочем, не так несносен, как зрительный акт; раз попробовав, Диксон зарекся ворочать глазными яблоками. В голове кому-то приспичило выбивать ковер — от этого все, что находилось в поле зрения, пульсировало, как нарыв. Рот облюбовала неведомая зверушка — всю ночь гадила, к утру издохла. Вдобавок полисмены гоняли Диксона по пересеченной местности, а потом с завидным профессионализмом охаживали дубинками. В общем, худо ему было.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
Это блюдо состояло из разнообразных питательных веществ вроде разнообразных супов, рыбы, яиц, дичи, птицы, мяса, сыра, разнообразных фруктов и, разумеется, хлеба и масла, также оно содержало более распространенные напитки вроде абсента, минеральной воды, чая, кофе, молока, портера, пива, виски, бренди, вина и воды, а также множество компонентов для укрепления здоровья вроде инсулина, дигиталина, каломели, йода, настойки опия, ртути, угля, железа, ромашки и средства от глистов и, разумеется, соли и горчицы, перца и сахара и, разумеется, небольшого количества салициловой кислоты, чтобы замедлить брожение.
Все эти, а также многие другие составляющие, перечисление которых отняло бы массу времени, хорошенько перемешивались в пресловутом горшке и кипятились четыре часа, пока не достигалась консистенция месива, или размазни, когда вся еда, все питье и все для укрепления здоровья как следует смешивалось и превращалось в единое нечто, не бывшее ни едой, ни питьем, ни лекарством, но совершенно новым веществом, малейшая порция которого мигом разжигала и тут же усмиряла аппетит, возбуждала и утоляла жажду, уравновешивала и стимулировала телесные жизненные функции и преприятнейшим образом ударяла в голову.
Роман лауреата Нобелевской премии 1969 года по литературе Сэмюэла Беккета (1906–1989) «Уотт» был написан во время Второй мировой войны, когда автор скрывался от гестапо в горах Воклюз. Тогда же у автора возник замысел пьесы «В ожидании Годо». Но в отличие от многих последующих работ «Уотт» остается ирландским философским романом, наполненным тем мрачным юмором, который стал отличительной особенностью всей прозы Беккета. Эксцентрика, логический абсурд и комическая бессмыслица этой книги не...
Жалость - приятное чувство, устоять перед ним так же трудно, как перед музыкой военного оркестра.
Перед вами три романа великой Франсуазы: «Здравствуй, грусть», «Смутная улыбка», «Через месяц, через год» — романы, с которых началась ранняя и стремительная творческая дорога писательницы и которые, так же, как и полвека назад, расходятся огромными тиражами и зажигают сердца миллионов читателей во всем мире. Невиданный успех романа «Здравствуй, грусть» принес Франсуазе Саган престижную литературную премию Критиков, а также всемирную известность и богатство, а после выхода «Смутной улыбки»...
Когда же у пустыни вырастут уши, чтобы услышать меня?
«Последнее искушение Христа» — роман греческого писателя Никоса Казандзакиса, который принес его автору всемирную известность. Впоследствии американский режиссёр Мартин Скорсезе снял по этому роману фильм, также ставший заметным событием в культуре XX века.
— Вот что бывает с неженатыми, — качали головами старики. — Во что бы то ни стало им надо спасти мир. Семя бьет им в голову, и разум мутится. Ради Господа, женитесь вы все, расходуйте свои силы на женщин, рожайте детей, чтобы успокоиться!
«Последнее искушение Христа» — роман греческого писателя Никоса Казандзакиса, который принес его автору всемирную известность. Впоследствии американский режиссёр Мартин Скорсезе снял по этому роману фильм, также ставший заметным событием в культуре XX века.
— А кто будет платить? — забеспокоился трактирщик. — Голова, вино…
— Ты веришь в загробную жизнь, Симон-киринеянин? — поинтересовался Петр.
— Конечно, верю.
— Даю тебе слово, что там я тебе и заплачу. Если хочешь, могу даже дать расписку.
Трактирщик почесал в затылке.
— Что? Ты не веришь в загробную жизнь? — угрожающе спросил Петр.
— Верю, Петр. Черт побери, верю… но не настолько…
«Последнее искушение Христа» — роман греческого писателя Никоса Казандзакиса, который принес его автору всемирную известность. Впоследствии американский режиссёр Мартин Скорсезе снял по этому роману фильм, также ставший заметным событием в культуре XX века.
Когда же у пустыни вырастут уши, чтобы услышать меня?
Эта книга не жизнеописание, но исповедь человека борющегося. Выпустив ее в свет, я исполнил свой долг – долг человека, который много боролся, испытал в жизни много горестей и много надеялся. Я уверен, что каждый свободный человек, прочтя эту исполненную любви книгу, полюбит Христа еще сильнее и искреннее, чем прежде.
Н. Казандзакис
— Вот что бывает с неженатыми, — качали головами старики. — Во что бы то ни стало им надо спасти мир. Семя бьет им в голову, и разум мутится. Ради Господа, женитесь вы все, расходуйте свои силы на женщин, рожайте детей, чтобы успокоиться!
Эта книга не жизнеописание, но исповедь человека борющегося. Выпустив ее в свет, я исполнил свой долг – долг человека, который много боролся, испытал в жизни много горестей и много надеялся. Я уверен, что каждый свободный человек, прочтя эту исполненную любви книгу, полюбит Христа еще сильнее и искреннее, чем прежде.
Н. Казандзакис
— А кто будет платить? — забеспокоился трактирщик. — Голова, вино…
— Ты веришь в загробную жизнь, Симон-киринеянин? — поинтересовался Петр.
— Конечно, верю.
— Даю тебе слово, что там я тебе и заплачу. Если хочешь, могу даже дать расписку.
Трактирщик почесал в затылке.
— Что? Ты не веришь в загробную жизнь? — угрожающе спросил Петр.
— Верю, Петр. Черт побери, верю… но не настолько…
Эта книга не жизнеописание, но исповедь человека борющегося. Выпустив ее в свет, я исполнил свой долг – долг человека, который много боролся, испытал в жизни много горестей и много надеялся. Я уверен, что каждый свободный человек, прочтя эту исполненную любви книгу, полюбит Христа еще сильнее и искреннее, чем прежде.
Н. Казандзакис
для каждого социального типа характерен свой специфический невроз
"Лови момент" - одно из ранних произведений Сола Беллоу, положивших начало его блистательному творческому пути. Герой этого романа - типичный представитель "опоздавшей молодежи" 50-х, первых бунтарей преуспевающей послевоенной Америки. Ему - как и многим его сверстникам - кажется: он так и не пережил всей полноты бытия, доступной лишь на полях сражений. Он готов на все ради искренних чувств, - однако его представления о любви никак не вписываются в ханжеские, овеянные голливудским глянцем...
Чей-нибудь папа, - сказал Жак, - твой или мой, должен был нам сказать, что не так уж много людей умерло от любви. Но сколько погибло и сколько погибает каждую минуту - и в каких невероятных местах! - оттого, что им ее не хватает...
Выдающийся американский писатель, публицист и общественный деятель, командор ордена Почётного легиона Джеймс Артур Болдуин (1924 — 1987) родился в Нью-Йорке 2 августа 1924 года. Он был старшим из девяти братьев и сестёр и воспитывался в доме своего отчима-пастора. Первый же, повествующий о религиозном обращении гарлемского подростка, автобиографический роман – «Иди, вещай с горы» (1953) – принёс молодому автору популярность на родине. Среди других известных произведений писателя – «Другая...
Болезни не интересуются теми, кто хочет умереть.
Замечательный роман на вечную тему — роман о любви. Блистательная «Жюстина» Лоренса Даррелла, не случайно названная так же, как и нашумевший в свое время роман маркиза де Сада: чувства в нем столь же изысканы, экзотичны, и он не менее глубок психологически и философски.
Можно только позавидовать читателям, которые впервые откроют для себя волшебный мир этого автора.
Скажите, какая сила заставляет женщину мечтать о шиншилловом манто, русских соболях, «Роллс-Ройсе», драгоценностях от Картье или Ван Клеффа и Арпелса, или о самых дорогих духах, ресторанах, о доме в самом дорогом районе и так далее? Сама недоступность и невероятность суммы делает эти вещи желанными для неё - свидетельством и гарантией драгоценности её женственности и её личности.
Миссис Харрис, скромная лондонская уборщица, однажды видит в шкафу клиентки платье от Диора — и у нее вдруг появляется мечта о столь же восхитительном платье. Эта мечта приведет миссис Харрис в Париж, познакомит с удивительными людьми, устроит ей чудные каникулы. Загадочным образом эта мечта пусть немного, но улучшит весь мир. Таких книжек — добрых, ласковых, веселых — должно быть много-много. Тогда, глядишь, и реальный мир изменится к лучшему.
Плохо, что страдание - едва ли не единственный способ разбудить спящий дух.
Об этом романе Генри Миллер сказал: «Я только мечтать могу так писать». Этим романом восхищались Курт Воннегут и Джозеф Хеллер. Этот роман критики единодушно признают одним из лучших американских произведений XX века. Рок-музыканты посвящали ему песни, он лег в основу либретто популярной рок-оперы, а также одной из серий культовых «Секретных материалов». Но чем же так заворожила и литературоведов, и писателей, и самых обычных читателей трагикомическая история стареющего миллионера Юджина...
admin
добавил цитату
из книги
«Голый завтрак»
6 лет назад
Стянул опиумную свечу из бабушкиной жопы
admin
добавил цитату
из книги
«Голый завтрак»
6 лет назад
Чёрное Мясо, подобно испорченному сыру, невыразимо приятно на вкус и вызывает тошноту, так что едоки едят, блюют и снова едят, пока не упадут в изнеможении
admin
добавил цитату
из книги
«Голый завтрак»
6 лет назад
Хирургия утрачивает свое мастерство... Весь опыт, все умение... я когда нибудь рассказывал вам, как сделал апендэктомию ржавой банкой из под сардин? А однажды я остался совсем без единого инструмента и удалил маточную опухоль зубами
admin
добавил цитату
из книги
«Голый завтрак»
6 лет назад
Воспользовавшись замешательством, анестезиолог извлекает изо рта пациента большую золотую пломбу...
После войны я был тяжело болен — не мог наступить на муравья, видеть тонущего майского жука и кончил тем, что написал толстую книгу, требуя, чтобы человек взял защиту природы в свои руки.
Пронзительно нежная проза, одна из самых увлекательных литературных биографий знаменитого французского писателя, лауреата Гонкуровской премии Р. Гари.
…никогда не рассматривал кровосмесительство с точки зрения смертного греха и вечного проклятия, как лживая мораль рассматривает сексуальные излишества, которые для меня занимают чрезвычайно скромное место на монументальной шкале человеческой деградации. Все неистовства кровосмесительства представляются мне более безобидными, чем ужас Хиросимы, Бухенвальда, военного трибунала, полицейского террора и пыток; в тысячу раз безобиднее, чем лейкемия и другие "приятные" последствия генетических исследований наших ученых. Никто никогда не заставит меня искать в сексуальных порывах людей критерий добра и зла. Мрачная физиономия какого-нибудь выдающегося физика, рекомендующего цивилизованному миру продолжать ядерные взрывы, мне куда более ненавистна, чем мысль о том, что сын спит со своей матерью. На фоне интеллектуальных, научных и идеологических извращений двадцатого века сексуальные извращения находят в моем сердце самые нежные извинения. Женщина, занимающаяся проституцией за деньги, представляется мне сестрой милосердия и честной дарительницей хлеба насущного по сравнению с проституцией ученых, продающих свои мозги для разработки генетических ядов и атомного кошмара. По сравнению с душевными и умственными извращениями, в которые пускаются предатели рода человеческого, наши сексуальные измышления - включая продажные и кровосмесительные, - вокруг трех жалких сфинктеров, которыми наградила нас природа, выглядят ангельски невинно, как улыбка младенца.
Пронзительно нежная проза, одна из самых увлекательных литературных биографий знаменитого французского писателя, лауреата Гонкуровской премии Р. Гари.
Один профессор даже коварно прозвал меня «чудо-ребенком», утверждая, что в жизни не встречал парня, настолько лишенного слуха и голоса.
Пронзительно нежная проза, одна из самых увлекательных литературных биографий знаменитого французского писателя, лауреата Гонкуровской премии Р. Гари.
...наверное, я единственный человек в мире, которому врач запретил рисовать.
Пронзительно нежная проза, одна из самых увлекательных литературных биографий знаменитого французского писателя, лауреата Гонкуровской премии Р. Гари.