Цитаты
286160
Между нами никто не может встать. Ни живой, ни мертвый. Это любовь, про которую пишут сказки, про которую говорят, что так не бывает, хотя на самом деле все хотят именно такого чувства в своей жизни. Взаимной любви без сомнений, без ревности, когда она настолько велика, что все остальное рядом с ней меркнет.
Счастье не дается легко. Особенно если ты простая девушка, а твой избранник настоящий прекрасный принц. Но не только это может помешать Джулии и ее возлюбленному. Чужие тайны не дают им жить спокойно. И чтобы жить долго и счастливо, девушке еще предстоит узнать, что же совершил злой маг много лет назад…
Мой разум сильнее сердца, и даже если бы я захотела, то не смогла бы влюбиться. Я должна сначала узнать человека со всех сторон, взвесить все "за" и "против", просчитать все варианты развития отношений.
Какая девушка не желала бы, чтобы ее спас прекрасный рыцарь? Но когда в жизни Хелен Лоуренс появляется лучший из них, благородный сэр Ланселот, она отказывается верить своим глазам. Ланселота не существовало! Она историк и твердо знает это. Но у Времени свои взгляды на судьбы людей, и поэтому ей придется не просто поверить, а стать частью этой древней легенды, ведь от любви никто не может уйти – ни мудрый король, ни великий воин, ни даже практичная Хелен…
Власть всегда портит людей...Только очень сильные и чистые душой люди могут противостоять ей, но даже они совершают ошибки.
Какая девушка не желала бы, чтобы ее спас прекрасный рыцарь? Но когда в жизни Хелен Лоуренс появляется лучший из них, благородный сэр Ланселот, она отказывается верить своим глазам. Ланселота не существовало! Она историк и твердо знает это. Но у Времени свои взгляды на судьбы людей, и поэтому ей придется не просто поверить, а стать частью этой древней легенды, ведь от любви никто не может уйти – ни мудрый король, ни великий воин, ни даже практичная Хелен…
Жизнь и смерть — единое целое. Смерть может стать жизнью, а жизнь — обратиться в смерть.
С чего начинается история девушки? С первого взгляда, неловкого касания пальцев, нежного поцелуя. С чего начинается история женщины? Со свадебных колоколов и нового дома, куда муж вносит ее на руках. Моя история началась в тот день, когда меня из собственной спальни похитили в другой мир… Аурихэйм – мир из легенд и сказок. Мир, наполненный магией столь могущественной, что сложно даже представить, насколько силен его повелитель. Мне довелось стать его невестой, и все, что я могу сказать –...
Сильной женщина становится там, где рядом с ней нет сильного мужчины.
С чего начинается история девушки? С первого взгляда, неловкого касания пальцев, нежного поцелуя. С чего начинается история женщины? Со свадебных колоколов и нового дома, куда муж вносит ее на руках. Моя история началась в тот день, когда меня из собственной спальни похитили в другой мир… Аурихэйм – мир из легенд и сказок. Мир, наполненный магией столь могущественной, что сложно даже представить, насколько силен его повелитель. Мне довелось стать его невестой, и все, что я могу сказать –...
Все можно исправить, было бы желание.
С чего начинается история девушки? С первого взгляда, неловкого касания пальцев, нежного поцелуя. С чего начинается история женщины? Со свадебных колоколов и нового дома, куда муж вносит ее на руках. Моя история началась в тот день, когда меня из собственной спальни похитили в другой мир… Аурихэйм – мир из легенд и сказок. Мир, наполненный магией столь могущественной, что сложно даже представить, насколько силен его повелитель. Мне довелось стать его невестой, и все, что я могу сказать –...
Да, мы действительно «просто друзья» — просто чертовы друзья (почему никто не хочет замечать этого?).
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
— Ты говоришь о любви в сети?
— Я говорю о любви с первого взгляда.
— Этого дерьма просто не существует, — ответил он. — Любые отношения строятся изначально с мгновенного притяжения, а затем медленно идут к провалу. Уж поверь мне, я этому живой пример.
— Ты пример, который зовется мужчина-шлюшка, — я сделала глоток пива. — А это разные вещи.
— Если я был бы мужчиной-шлюшкой, то у меня бы не было шести девушек на протяжении
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Дорогой Картер,
Я приношу свои извинения, что заставила тебя сломать ручки мисс Капентер вчера, но я не извиняюсь за то, что НЕНАВИЖУ тебя. Ты уродлив и ты много говоришь. Вот почему я всегда втягиваю тебя в проблемы, потому что ты не может заткнуться, и ты всегда думаешь, что все знаешь, НО ЭТО НЕ ТАК! Я, правда, желаю, чтобы тебя наконец-то сбил автобус, потому что ты одна сплошная неприятность. И такой неприятности, как ты, слишком МНОГО.
Не с уважением,
АризонаПисьмо Аризоны Картеру. 4 класс
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Мне никогда не нравилось, когда другие люди возлагали на меня свои надежды при наличии у меня своих собственных.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Я никогда не ценил тех людей, которые чего-то вечно ожидают от меня, в то время как я должен сделать свой выбор.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Дорогая мисс Капентер,
Мне жаль, но у меня плохие новости насчет вчерашних занятий. Я не хочу показаться нервным, и я извиняюсь за то, что сломал ваши любимые ручки, но я не стану извиняться за то, что НЕНАВИЖУ Аризону Тернер.
Она просто уродина и все время болтает. Я не могу никак понять почему вы никогда не вызываете ее в свой кабинет, как например меня. Она заслуживает серьезного наказания, и я очень надеюсь, что она завтра где-то сдохнет, так как я больше не желаю видеть ее или ее ужасного постоянно болтливого рта.
Искренне ваш,
Картер.Письмо Картера учителю. 4 класс.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
— Почему я с тобой дружу? — Потому что никто больше не хочет с тобой дружить.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Если она звонила тебе, то ты всегда брал трубку и бежал ей на помощь как щенок к хозяйке.
— Лучшие друзья всегда так делают.
— Даже когда один из них на свидании? Ах да, или после секса со своей девушкой? — он скрестил руки. — Лично я так не думаю.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Если вы не являетесь другом, то это только потому, что вы семья, а семья это навечно.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Некоторые люди приходят в твою жизнь по поводу, некоторые ненадолго, а некоторые на всю жизнь.
Картер и Аризона знакомы с четвертого класса. Сначала они были заклятыми врагами, затем – друзьями не разлей вода. Они знали друг о друге все – проблемы, мечты, влюбленности. Все было просто и понятно, пока они не осознали, что между ними есть нечто большее… Здесь-то и началось самое интересное. Пришло время вновь стать заклятыми врагами и испытать друг друга на прочность. А также сделать наконец выбор – что для них важнее всего в жизни? И какова этому цена?
Правда, в парке было навалом шпаны. Задирали их часто, но дрались тогда по-честному, до первой кровянки, без всякого беспредела. А здесь, у метро, в те давние годы вообще было тихо и благостно. А сейчас? Мама дорогая! Кошмар. Толпы людей сновали, едва не снося друг друга, текли бесконечные, бурлящие людские потоки. Сумасшедший город, нет, правда! Конечно, он слышал, что многое изменилось. Но чтобы так? Та, прежняя, его Москва осталась в далеких, сладких и мучительных воспоминаниях и казалась сейчас сказочно просторной и спокойной: полупустые улицы, площади, мосты, зеленые скверы. Все исчезло как не было. Исчезла знаменитая купеческая московская умиротворенность, ее размеренность, благостность. Все исчезло. Другие улицы, другие здания, другой народ. Другой город
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
– Мы всегда жили сложно и избалованными не были. Родина – это не только красивое слово. Это еще и судьба!Судьба… Всю жизнь бояться – это судьба? Всю жизнь хотеть и не получать? Мечтать и отчетливо понимать, что все эти мечты – тьфу. И никогда – никогда! – им не суждено сбыться? Толкаться в вечных очередях, задыхаться в автобусах, слышать хамство – это судьба? И так – всю жизнь? Единственную и неповторимую? Всегда знать, что никогда не увидишь Париж, не пройдешься ранним туманным парижским утром не торопясь по Монмартру, не присядешь в кафе на бульваре, чтобы медленно выпить привычную чашечку кофе? Какая судьба, мать их? И что было самым смешным – он знал, что все эти сволочи, все эти гады и маразматики, все они и их дети, и их, так сказать, приближенные, все это имеют! Им что, положено? А всем остальным – нет?
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Спустя много лет Свиридов почему-то это вспомнил: «Любила – не любила, а вот жалела точно». Подумал, в России именно так. Любовь – жалость. Жалость – любовь. Нигде этого нет. А может, это и правильно? В смысле, жалость – любовь?
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Пели птицы, и слышался монотонный гул недалекого шоссе. На душе было муторно. В эти минуты он окончательно понял – так жить нельзя. Нельзя жить в ненависти. Нельзя жить примаком в этой семье, нельзя пользоваться добротой этих, по сути, чудесных людей. Нельзя бесконечно, как змея, шипеть в своей комнате, ругаясь с женой. Нельзя спать с нежеланной женщиной. Нельзя. Аморально. Как аморально жить в стране, которую ты не принимаешь.
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Странное дело, но так было всегда, с самого детства – когда мечты сбывались, он тут же терял ко всему интерес. В семь лет мечтал о пожарной машине. Буквально грезил ею. Ну баба Катя и скопила со своей скромной пенсии. Машина стоила безумных денег, но для любимого внука сделаешь и не то, и на Новый год она торжественно внесла в дом большущую картонную коробку. Свиридов разглядывал ее, огромную, лакированную, блестящую и – не подходил. Потом пристроил ее на подоконник. Но никогда в нее не играл. Подойдет, посмотрит, проведет рукой по блестящему боку и отойдет.
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Салихат смотрела на него, и сердце ее плавилось от нежности и печали. Вот бы так смотреть на него всю жизнь! Никогда бы не надоело. Вечером смотреть, перед сном. В полутемной комнате. Утром проснуться – и снова не отрываясь смотреть. Любоваться на его черные, сросшиеся на переносице брови, на бледное лицо в синеватой щетине. На впалые щеки, острые скулы. На мужественный и красивый, плотно сжатый рот. Провести бы рукой по его волосам – черным, в синеву, с чуть заметными нитями седины. Смотреть, разглядывать, замирать от восторга – всю долгую жизнь. И нет счастья больше.
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
А ночью приснился сон. Нет, не совсем так – она не поняла, сон это был или явь. В чудеса и прочие мистификации Салихат не верила. В загробную жизнь? Наверное. Но представляла себе это слабо, нечетко, расплывчато, как на переводной блеклой картинке: райские сады, полные сладких плодов, журчащие ручейки, зеленые лужайки, поляны с пышно цветущими разноцветными цветами. Неужели это возможно?
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Знаешь, как мы ходили за покупками? Ох, сыночек, не дай бог кому-то это знать. Беру я с полки, допустим, сыр. Или колбасу. И тут же записываю ценник в блокнот. Потихоньку, чтобы никто не заметил, потому что стыдно. Записываю в столбик, а потом свожу. Потому что знаю, сколько у меня денег – с точностью до копейки. Если хватает, иду платить. А если перебор – оставляю на полке.
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...
Я-то знаю, что ты не завидовал. Но признайся, подколоть ты любил. Ты вообще язва, сынок, и сам это знаешь. А твой отец считал эти слова попреком. Мужчины ведь слишком прямолинейны, не чувствуют, не понимают нюансов, не улавливают настроение. И все это откладывалось и копилось.
Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные. Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так. И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон...