Когда тело умирает, его убивает Сознание, которое играет это тело. Проявление тела может исчезнуть, но то, что ты есть — бессмертное Бытие, — ничего не потеряло.
Смерть — это лучший советчик в твоей жизни, потому что она ставит тебя лицом к лицу с твоей бренностью. По меньшей мере, с бренностью тела, духа и души. Она означает конец всего, чем ты себя считаешь. Перед лицом смерти ты поставишь свою концепцию под вопрос. Концепцию того, чем ты себя считаешь. Я тебе советую поставить эту концепцию под вопрос сейчас.
На вопрос «Почему» всегда есть только один ответ: «А почему бы и нет?»
Всё есть именно так, как есть, потому что именно так и не иначе проявило себя Бытие.
Распознай во всём обман, особенно в том, кто распознаёт во всём обман.
Истину невозможно познать, невозможно знать, невозможно выразить. И ей также не нужен тот, кто её познаёт.
То, что ты есть, не зависит от твоего правильного образа действий или хорошего поведения.
То, что ты есть, ты не познаешь никогда. Это просто не объект знания. Можешь ты с этим примириться или нет — это так!
Безнадёжность — это твоя природа. В безнадёжности больше нет «я». Смирение — это освобождение. Ты смиряешься, познав, что идея, что ты можешь достичь себя, — это всего лишь идея. Что то, что ты есть, никогда не может достичь себя, потому что оно себя никогда не теряло. Ты можешь вновь отыскать только то, что удалено от тебя. Но это без остатка здесь. Вопрос «Кто я?» — намёк на эту тайну. Намёк на то, что, по-видимому, ты уже полностью есть то, что ты есть.
Ты — это вечно Нерождённое, вечно Неумирающее, Источник в себе.
Тёмная ночь душиВопрос: Обязательно ли перед так называемым пробуждением проходить через «тёмную ночь души»?
Карл: Или, нельзя ли полегче?
Вопрос: Ну да, если нет необходимости…
Карл: Сначала ты определяешь себя как «я» со свойствами и историями, которые ты называешь своей личностью. Напротив, похоже, независимо от тебя, существует мир. В нём ты принимаешься за поиски. Ты ищешь объекты, которые могли бы дать тебе удовлетворение. Обстоятельства, в которых ты почувствуешь себя счастливой. Ты прилагаешь усилия и ищешь, и ищешь до тех пор, пока не перестаёшь искать. Потому что однажды поиск прекращается. Не потому, что ты так умело его провела. Он просто прекращается. В какой-то момент появляется осознание, что нет смысла искать в объектном. Ты понимаешь, что в нём ничего не найти. Тогда возникает пустота — в тебе, в мире — и ты воспринимаешь её, возможно, как депрессию. В этой депрессии, в которой ничего не может тебе помочь, ты поворачиваешься. Ты смотришь на то, что пребывает до этого мира.
Вопрос: И это прорыв?
Карл: Ты не имеешь к этому никакого отношения. Мы говорим о сознании. Поначалу сознание ищет себя в объективности, в мире, и познаёт: мир и объекты не могут удовлетворить то, что я есть. Они виртуальны. Они обнаруживают свою мнимость. И сознание просто становится недвижимым. В этой недвижимости оно осознаёт само себя. Это чистое Осознание, более нет никакого второго. Более нет никакого интереса к миру.
Мы сами творим вокруг себя волшебство. И судьба наша находится только в наших руках. Чувствуем себя несчастными, значит, сами сделали себя такими, не пустили радость в жизнь. Ну и счастье свое куем сами же. . Ищи радость в каждом ее моменте, наслаждайся каждой минутой, даже тогда, когда тебе грустно. Ведь и грусть — это момент особой близости с самой собой, когда мы понимаем многое, что раньше было от нас сокрыто…
«Можно всю жизнь пытаться стать популярным, - часто говорил он. - Но тогда количество пришедших на твои похороны будет определять, главным образом, погода».
«Невозможно остаться другом тому, чьи гениталии ты видел».
...после эпической ссоры с кем-то вся динамика отношений навсегда меняется. Словно между континентами открывается сейсмический разлом.
«Удивительное чувство, когда знаешь, что ты нужен, к тебе стремятся, тебя ценят. Секс это ведь только глазурь на кексе.»
Иногда мы любим людей, которых встречаем, иногда мы не любим людей, которых встречаем, но знать их - самое важное в жизни, это и делает нас людьми.
Трудно не любить того, кто не понимает, почему его не любят, еще труднее обидеть того, кто не поймет, почему его обидели.
Есть вещи, которые приносят старой деве гораздо больше радости, чем простое сексуальное удовлетворение.
Она была вполне довольна собой и своей жизнью, могла иногда позволить себе ту или иную роскошь. Но и дома, и на работе Мэри старалась быть всегда одна, и друзьями ее были пять тысяч томов книг, которые обрамляли стены ее кабинета, да еще несколько сотен дорогих пластинок с записями музыки Баха, Брамса, Бетховена и Генделя. Она любила возиться в саду, убирать в доме, не смотрела телевизор и не ходила в кино. У нее никогда не было мужчин, и она не стремилась к этому.
Но расставания, Тим! Они самые трудные, их горько принять, особенно, если мы любим. Разлука означает, что так, как было, уже не будет. Что-то уходит из нашей жизни, какую-то часть самих себя мы теряем и уже не найдем, не сможем вернуть. Но расставания бывают нередко, Тим. Они такая же часть нашей жизни, как встречи. Тебе надо помнить, что ты знал Дони, а не горевать потому, что тебе пришлось расстаться с ней. Этого нельзя избежать. Если ты сохранишь память о ней, а горевать о ней не будешь, то тебе не будет так больно. И все это так длинно и так сложно, что ты не понял ни слова. Правда, любимый?
Не важно, большой ты или нет, важно насколько велико твое горе.
— Да, именно это я и хочу сказать. Ты изменилась. О, ты все еще ужасная старая мегера и до сих пор тебя до смерти боятся молоденькие машинистки, но ты изменилась. Боже, как ты изменилась! Даже другие заметили это. Во-первых ты выглядишь прекрасно. Как будто теперь ты бываешь на солнце, а не сидишь под камнем, как улитка. И на днях я слышал, как ты смеялась, когда эта идиотка Селеста потешала публику.
...самые неразрешимые проблемы - это те, которые по самой своей природе не оставляют места для мечты.
― ... В каждом из нас есть что-то прекрасное и что-то нежелательное. Спору нет, тело и черты лица у Тима великолепны, но не кажется ли вам, что в значительной мере эта его поистине поразительная красота есть отражение души?