Цитаты

Увидеть и не понять – это всё равно, что придумать. Я живу, вижу и не понимаю, я живу в мире, который кто-то придумал, не затруднившись объяснить его мне, а, может быть, и себе. Тоска по пониманию. – Вот чем я болен – тоской по пониманию».

Все равно вы никогда не поймете, что думать - это не развлечение, а обязанность...

Проще поверить, чем понять. Проще разочароваться, чем понять. Проще плюнуть, чем понять.

Неужели тебе никто из нас не нужен? Или ты, может быть, не понимаешь, что это такое - нужен? Это когда нельзя обойтись без. Это когда все время думаешь о. Это когда всю жизнь стремишься к.

Слушайте, книги, а вы знаете, что вас больше, чем людей? Если бы все люди исчезли, вы могли бы населять землю и были бы точно такими же, как люди. Среди вас есть добрые и честные, мудрые, многознающие, а также легкомысленные, пустышки, скептики, сумасшедшие, убийцы, растлители, дети, унылые проповедники, самодовольные дураки и полуохрипшие крикуны с воспалёнными глазами. И вы бы не знали, зачем вы.

Можно, конечно, объявить кампанию по предотвращению зимы, шаманить, нажравшись мухомора, бить в бубны, выкрикивать заклинания, но лучше всё-таки шить шубы и покупать валенки...

- Теперь, пожалуй, достаточно. Последний вопрос. Ваше мировоззрение, кратко.
- Материалист, сказал Перец.
- Какой именно материалист?
- Эмоциональный.

... все командные инстанции и штабы окруженной группировки в сущности имели одну лишь задачу - обеспечить героическую позу во время массовой бойни и эффектное завершение трагедии.

Я выжил в Сталинграде. Катастрофа на Волге

Иоахим Видер

«Вся наша армия взята в стальные клещи. В окружение попало около 300 тысяч человек – более 20 первоклассных немецких дивизий. Мы и в мыслях не допускали возможности такой чудовищной катастрофы!» – читаем на первых страницах этой книги. Будучи офицером-разведчиком в 6-й армии Паулюса, автор разделил ее трагическую судьбу, пройдя все круги Сталинградского ада – от победного летнего наступления до зимнего разгрома и советского плена. Но эта книга – больше чем откровения выжившего, которому довелось...

Я инстинктивно чувствовал, что героической рамкой пытаются окантовать преступление, замаскировав его словами о национальной чести

Я выжил в Сталинграде. Катастрофа на Волге

Иоахим Видер

«Вся наша армия взята в стальные клещи. В окружение попало около 300 тысяч человек – более 20 первоклассных немецких дивизий. Мы и в мыслях не допускали возможности такой чудовищной катастрофы!» – читаем на первых страницах этой книги. Будучи офицером-разведчиком в 6-й армии Паулюса, автор разделил ее трагическую судьбу, пройдя все круги Сталинградского ада – от победного летнего наступления до зимнего разгрома и советского плена. Но эта книга – больше чем откровения выжившего, которому довелось...

Сохранение политического и военного престижа требовало нашей гибели.

Я выжил в Сталинграде. Катастрофа на Волге

Иоахим Видер

«Вся наша армия взята в стальные клещи. В окружение попало около 300 тысяч человек – более 20 первоклассных немецких дивизий. Мы и в мыслях не допускали возможности такой чудовищной катастрофы!» – читаем на первых страницах этой книги. Будучи офицером-разведчиком в 6-й армии Паулюса, автор разделил ее трагическую судьбу, пройдя все круги Сталинградского ада – от победного летнего наступления до зимнего разгрома и советского плена. Но эта книга – больше чем откровения выжившего, которому довелось...

Списаны и похоронены! Таково было удручающее впечатление от кощунственной речи Геринга на нас, корчившихся в муках сталинградского ада.

Я выжил в Сталинграде. Катастрофа на Волге

Иоахим Видер

«Вся наша армия взята в стальные клещи. В окружение попало около 300 тысяч человек – более 20 первоклассных немецких дивизий. Мы и в мыслях не допускали возможности такой чудовищной катастрофы!» – читаем на первых страницах этой книги. Будучи офицером-разведчиком в 6-й армии Паулюса, автор разделил ее трагическую судьбу, пройдя все круги Сталинградского ада – от победного летнего наступления до зимнего разгрома и советского плена. Но эта книга – больше чем откровения выжившего, которому довелось...

— Ну, сегодня-то мы пообедаем вместе, Братец Кролик! Нынче я и укроп припас, так что ты у меня не отвертишься, — сказал Лис.…Тут дядюшка Римус замолчал и стал вынимать из золы картошку.
— Старый Лис съел Братца Кролика? — спросил мальчик дядюшку Римуса.
— А кто их знает, — ответил старик. — Сказка-то кончена. Кто говорит — Братец Медведь пришёл, его выручил, а кто говорит — нет. Слышишь, мама зовёт тебя.
Беги, дружок.

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Понял тут Лис , что опять остался в дураках. А Братцу Кролику позлить его охота , он кричит:
-Терновый куст- мой дом родной , Братец Лис!

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

-Что-то вид у тебя нездоровый ,братец Черепаха,- говорит Лис.
- Все ползаю да хвораю..
-Никак, и глазок у тебя красный?
- Попробовал бы ты все ползать да ползать,хворать да хворать...

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Терновый куст - мой дом родной!

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Делай со мной что хочешь, братец Лис, только, пожалуйста, не вздумай бросить меня в этот терновый куст.

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

«Коржики - они, конечно, лучше на вкус, чем на слух...»

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Только бы ты не вздумал бросить меня в этот терновый куст!

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Так часто бывает на свете: один натворит бед, а другой за них отвечает.

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Тот, кто всем докучает и суёт нос, куда не нужно, всегда попадает впросак.

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Братец Лис - не джентельмен! :)

Сказки дядюшки Римуса

Джоэль Харрис

Джоэль Чандлер Харрис (1848–1908) – известный американский писатель, фольклорист и журналист. Более двух десятков лет Харрис выпускал сборники негритянских сказок, в которых неизменным рассказчиком был восьмидесятилетний дядюшка Римус. Сказки повествуют о неунывающем шутнике и проказнике Братце Кролике, который благодаря уму и находчивости справляется с жизненными трудностями.

Самое загадочное как в Первой мировой войне, так и в рассказе «Его прощальный поклон» — за что и зачем воюют британцы с немцами, зачем вообще воют. Если оставить в стороне рассуждения на тему «раздел рынков сбыта и источников сырья» (давно уже оставленные думающими историками) и идеологическую лирику о «демократической Антанте» vs. «феодально-автократическом Тройственном союзе» (сравним чудовищную с этой точки зрения Российскую империю с самым идеальным государством в европейской истории — Австро-Венгрией), то остается развести руками и начать спекулировать на тему мистического «коллективного самоубийства старой Европы». Сенегальский солдат французской армии, протыкающий штыком вестфальского учителя математики из-за того, что сумасшедший боснийский серб застрелил немолодого австрийского принца, — все это выглядит абсурдистским примером из задачника по формальной логике, но не событием в жизни Европы столетней давности.

Шерлок Холмс и рождение современности

Кирилл Кобрин

Истории о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне — энциклопедия жизни времен королевы Виктории, эпохи героического капитализма и триумфа британского колониализма. Автор провел тщательный историко-культурный анализ нескольких случаев из практики Шерлока Холмса — и поделился результатами. Эта книга о том, как в мире вокруг Бейкер-стрит, 221-b относились к деньгам, труду, другим народам, политике; а еще о викторианском феминизме и дендизме. И о том, что мы, в каком-то смысле, до сих пор живем внутри...

С 57: "Среди бумаг, перебираемых нервными руками элегантного брюнета, любопытны две. «Сведения о русско-германских хлебных пошлинах» и «меморандум из Белграда». Первая совершенно недвусмысленно указывает на интерес, который проявляли в Лондоне к так называемой таможенной хлебной войне между Берлином и Петербургом. Она началась в 1879 году, когда германский канцлер Бисмарк ввел высокие протекционистские тарифы на ввоз из России некоторых продовольственных товаров, прежде всего – пшеницы, ржи, овса и ячменя. Германия была важнейшим рынком русского хлебного экспорта; это решение сильно ударило по российской экономике, прежде всего, по помещикам. Бисмарк действовал в интересах собственных производителей, юнкерства, несокрушимой социальной опоры только что созданной Германской империи. В дальнейшем тарифы на русский продовольственный импорт только росли; скажем, с 1894 года по 1904 таможенная пошлина на русскую пшеницу увеличилась с трех с половиной марок за сто килограмм до пяти с половиной. Торговый конфликт значительно ухудшил двусторонние отношения, которые – несмотря на тесные родственные связи двух царствующих домов и участие в так называемом «Союзе трех императоров (немецкого, российского и австро-венгерского) – и без того были далеки от идеальных, особенно после удара, нанесенного Бисмарком по русским интересам на Берлинском конгрессе 1879 года. Многие историки считают, что протекционистская война против русского хлеба была одной из причин, которая заставила Петербург пойти на сближение с Парижем. Франция, опасавшаяся внешнеполитической изоляции после поражения 1870-71-х годах, отчаянно пыталась найти союзника, чтобы противостоять растущей мощи Германской империи. Россия, нуждаясь во французских займах и обиженная поведением Бисмарка, на этот союз пошла. Через три года после описываемых в рассказе событий, было подписано русско-французское соглашение, а в 1894-м – секретная военная конвенция. Так начал складываться один из двух военно-политических блоков, сражавшихся в Первой мировой".(Диппочта старых времен)

Шерлок Холмс и рождение современности

Кирилл Кобрин

Истории о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне — энциклопедия жизни времен королевы Виктории, эпохи героического капитализма и триумфа британского колониализма. Автор провел тщательный историко-культурный анализ нескольких случаев из практики Шерлока Холмса — и поделился результатами. Эта книга о том, как в мире вокруг Бейкер-стрит, 221-b относились к деньгам, труду, другим народам, политике; а еще о викторианском феминизме и дендизме. И о том, что мы, в каком-то смысле, до сих пор живем внутри...

Традиции, как мы видим разные, но в обоих случаях Шерлок Холмс выступает в качестве проницательного профессионального историка, работающего с источником. В «Собаке Баскервилей» он начинает с датировки рукописи, затем осторожно отвергает ее мистическую трактовку, предложенную археологом-любителем доктором Мортимером, и наконец блестяще устанавливает нерелевантность семейного документа происходящему прямо сейчас. Рукопись используется злодеем Стэплтоном как источник для реконструкции мистического события, перенесения его из прошлого в современность, в конце концов — превращения его из завершившейся истории в вечно повторяющееся событие мифа. Холмс, которому в девонширской глуши противостоят представители других направлений историографии конца XIX века — проторасист мистик Мортимер (вспомните его увлеченное описание различных особенностей строения черепов) и фанатик «юридической школы» Фрэнкленд (он пытается засудить Мортимера за то, что тот разрыл захоронение древнего человека, не спросив разрешения родственников усопшего; перед нами атака универсалистского римского права на романтический националистический культ «почвы»), — возвращает инцидент с Хьюго назад в прошлое, тщательно отделяя его от современного сюжета. Никакой мистики, никакого сатанизма, никакого Диавола — только зловещий мошенник Стэплтон, креольская красавица и сельская Мессалина по имени Лора Лайонс. Мещанская драма, не более.

Шерлок Холмс и рождение современности

Кирилл Кобрин

Истории о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне — энциклопедия жизни времен королевы Виктории, эпохи героического капитализма и триумфа британского колониализма. Автор провел тщательный историко-культурный анализ нескольких случаев из практики Шерлока Холмса — и поделился результатами. Эта книга о том, как в мире вокруг Бейкер-стрит, 221-b относились к деньгам, труду, другим народам, политике; а еще о викторианском феминизме и дендизме. И о том, что мы, в каком-то смысле, до сих пор живем внутри...

Немного неприлично любить то, что любил во время оно - в детстве и юности.

Шерлок Холмс и рождение современности

Кирилл Кобрин

Истории о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне — энциклопедия жизни времен королевы Виктории, эпохи героического капитализма и триумфа британского колониализма. Автор провел тщательный историко-культурный анализ нескольких случаев из практики Шерлока Холмса — и поделился результатами. Эта книга о том, как в мире вокруг Бейкер-стрит, 221-b относились к деньгам, труду, другим народам, политике; а еще о викторианском феминизме и дендизме. И о том, что мы, в каком-то смысле, до сих пор живем внутри...